10. Я терпеливая

Вопреки всем моим опасениям, второе второе свидание проходит вполне удачно. Димона удается задобрить хамоном и парой банок пива, хоть он и продолжает поглядывать на нас с Котом косо, делая всё, чтобы мы не сближались лишний раз и даже намеренно вклиниваясь между нами, когда все садятся за стол. Мы с Ильей переглядываемся, усмехаясь, но решаем не портить Диме его момент триумфа. Тем более, мне всё равно немного неловко проявлять нежность при таком количестве народа и на большее, чем взяться за руки, так и не отваживаюсь. — У меня тост! — объявляет Димон, как только все наполняют бокалы. Мне наливают белое вино, что явно не помешает в этот напряженный день. — Пускай наши мелкие будут мелкими, а братаны — братанами, для которых наши мелкие — это их мелкие, а они для них братаны! Без вот этих вот извращений, где мелкие — не мелкие, а… короче, вы поняли. Чтобы всё чисто по-родственному! — с этими словами он выразительно смотрит на нас с Котом, но я всё равно ничего не понимаю, поэтому неловко улыбаюсь. Судя по лицам остальных, они чувствуют то же самое. Разве что маленький Максик сосредоточенно кивает, но это и неудивительно, наверняка они с отцом пока говорят на одном языке. — Вот я вам честно говорю, пацаны, я своего сына так воспитаю, шобы с ним такой херни не было! И ты, Костян, свою дочь воспитывай, шоб никаких мужиков! Хотя бы младшую, раз старшую не уберегли! Выпьем! На этом моменте все дружно чокаются бокалами… и немножко умом, но спорить с Димоном бессмысленно, и мы просто соглашаемся с ним, чтобы потом сделать по-своему. Ему всё-таки тридцать скоро, его беречь надо, а то еще потеряем деда, и как мы потом без его моралей? Скучно. — Я бы лучше выпил за то, чтобы наши дети нам доверяли, — улыбается папа, когда звон стекла утихает. Он ловит мой взгляд и добавляет: — Пока я знаю, что с любой проблемой мои дочери пойдут ко мне — будь это сломанная кукла, плохая оценка… или проблемы в отношениях, мне спокойно. Они должны помнить, что я всегда их жду, и мы со всем справимся. Вместе. Остальное не имеет значения. Мне вновь становится совестно, что я сразу ему не рассказала, ведь у меня самый понимающий на свете папа, но с другой стороны, сделала это раньше, чем всё зашло бы слишком далеко. Поэтому я быстро смахиваю едва выступившие в уголках глаз слезы и приподнимаюсь с места, чтобы стукнуть свой бокал об папин. Все следуют моему примеру, и на этот раз получается как-то душевнее, что ли. — Ладно, давайте жрать уже, а то так и с голоду помереть можно, — ворчит Димон, который не ел целых пять минут и наверняка и правда близок к кончине. За столом раздается смех, и мы все приступаем к поеданию шашлыка. Тот, несмотря на все отвлекающие события, получился невероятно вкусным — нежным и сочным, а в сочетании с фирменным соусом Димы и вовсе божественным. Даже Ира отступает от своей диеты, хоть специально для нее сделали запеченную рыбу. Только Саша держится и грызет свой сельдерей, пока ее муж уплетает мясо за двоих. Посиделки проходят в атмосфере беззаботности и веселья. На нас с Котом никто подозрительно не косится. Во-первых, потому, что между нами всё еще сидит Димон, а во-вторых, наверняка из-за того, что в папиной компании уже сложилась традиция выбирать невест, когда те еще учатся в школе. Даже он познакомился с Мариной, когда она была в одиннадцатом классе, хоть ей уже и исполнилось восемнадцать лет. Кот, конечно, не входил в их круг, но был к нему приближен и, видимо, перенял привычки, что уже никого особо не удивляет. — На следующие выходные никаких планов не стройте, поедем к нам на дачу отмечать мой день рождения! — напоминает Ирина, которой в этом году исполняется двадцать один год. Забавно, что в некоторых странах в этом возрасте только разрешают употребление алкоголя, но за все годы, что я знаю жену дяди Димы, ни разу не видела ее без бокала вина. Она и во время беременности с ним не расставалась, правда, наливала туда вишневый сок… наверное. — Илья, тебя тоже приглашаю! Начинай вливаться в нашу большую и дружную семью. Она приподнимает свой бокал, улыбаясь, но ее голос и взгляд кажутся мне немного зловещими. Не то, чтобы я считала их компанию недружелюбной, но учитывая кровожадный настрой ее супруга, нужно сохранять бдительность. — Спасибо за приглашение, я постараюсь вырваться, — вежливо отзывается Кот, и снова думаю о том, что я со своей шумной семейкой, должно быть, постоянно мешаю ему быть с его главной любовью — работой. Наверняка если бы не я, он бы сейчас сидел у себя в офисе, копаясь в бумагах, а тут приходится страдать, поедая шашлык и отдыхая… Бедный. Но перспектива того, что Кот поедет с нами, кажется мне невероятно заманчивой. Это ведь выведет наши отношения на новый уровень. Может, мне даже удастся убедить всех, чтобы нас поселили в одной спальне… тем более, третье третье свидание уже на подходе, и есть шанс, что к тому времени буду знать, что делать, когда окажемся в постели… Ну там, брать шелковую ночнушку или старую пижаму, ложиться слева или справа, а то, мало ли, какие у него там заскоки в этом плане… — Тока спать придется в гостиной, кошарик, — предупреждает Димон, словно бы прочтя мои мысли. Он безжалостно протыкает вилкой очередной кусок шашлыка и добавляет: — А мелкую мы в детской положим. — Зачем? У нас еще минимум две свободных спальни, — хмыкает Ирина, напоминая о том, что их дача — это огромный двухэтажный загородный дом, который строил ее отец, чтобы… комфортно скрываться от правосудия в лесной глуши. Но сейчас проблем с законом у него уже нет, а вместо глуши там элитный коттеджный поселок. — В крайнем случае, в отцовском кабинете есть большой диван и совершенно ни к чему Илье спать в гостиной у всех на виду, жертвуя своим комфортом. На секунду мне кажется, что Диму перекашивает. Так неестественно у него дергается лицо. Но затем понимаю, что это он так подмигивает жене, видимо, пытаясь подать ей какой-то сигнал, который она упрямо не воспринимает. Я едва сдерживаю смешок. — Да? Ммм… а че, мы Михеича не позовем? — произносит Димон спустя несколько секунд молчания, во время которых он перезагружает свою систему. Михей — это старый друг Макса, и мне всегда казалось, что Дима его недолюбливает. Но, видимо, желание удержать меня от сближения с Котом куда сильнее любой неприязни. — Да и Беркута неплохо бы пригласить, все-таки такое событие! — Какое… событие? — хмурится Ирина, отложив вилку и пристально глядя на мужа. Все остальные тоже с интересом наблюдают за их разговором. А говорили, на природе делать нечего, а тут такая драма. — Вряд ли Михей захочет ехать из Питера на мой день рождения, учитывая, что ему в понедельник опять на работу. А Дениса с женой в последний раз на нашу свадьбу приглашали, да и то потому, что это брат Кости. — Ну вот ему наверняка обидно… Ну скажи, Костян? — не сдается Дима, повернувшись к папе. Тот всем своим видом показывает, чтобы его в этот цирк не втягивали. Да и мой двоюродный дядя вряд ли горит желанием таскаться по всем праздникам друзей брата, ведь у него уже давно своя жизнь. Даже с Котом, который был его приятелем в юности, они теперь не так часто видятся. — А Михей не обломится приехать, подумаешь, шесть часов в тачке потрястись… Зовем! Ирина не спорит, но ее взгляд красноречиво отображает фразу «мы с тобой дома поговорим», из-за чего Димон нервно сглатывает. Перспектива делить спальню с мелкими не кажется мне слишком радужной, но в то же время теперь я нахожу особую романтику в том, чтобы целоваться с Котом, прячась по укромным уголкам, которых в том доме немало… В общем, даже не расстраиваюсь. Наверное, в начале отношений всегда так, и любые испытания кажутся не досадными, а волнующими, что только усиливает чувства. — Хочешь прогуляться? — предлагаю я Коту, выглянув из-за Димона. Тот при этом сразу настораживается. — Здесь неподалеку есть очень красивое озеро! — О, я как раз туда собираюсь! — вклинивается Дима, и я закатываю глаза. Конечно! — Хотел посмотреть на… камыши… Давай я с тобой схожу, мелкая? — Что же ты сразу не сказала, что там будут камыши?! Теперь я обязан пойти, — усмехается Кот, вставая из-за стола. Он подает мне руку, и я охотно принимаю ее, позволяя помочь мне подняться. — Димон, тебе необязательно идти, я сорву для тебя парочку. — Тем более, ты должен помочь Максу разобрать мангал, — говорит ему Ирина, подмигнув мне. Наверняка она сама уже устала от того, каким ее муж может быть моралистом. — Ты ведь не хочешь бросить Князева одного? Тяжело вздохнув, Димон уходит помогать своему лучшему другу, а я веду Кота к озеру, не отпуская его руки. Ладонь чуть прохладная, но безумно приятная наощупь, из-за чего мне хочется уцепиться покрепче и никогда ее не выпускать… Наверняка звучит немного маньячно, но я совершенно не боюсь признать, что у меня зависимость от Ильи Котова. — Ты ведь не против, если я поеду с вами? — спрашивает мужчина, нарушая молчание. Я останавливаюсь и поворачиваюсь у нему. Вечер близится к закату, и в лучах уходящего солнца мой спутник выглядит по-особенному прекрасно, из-за чего невольно засматриваюсь и почти забываю суть вопроса. Мне кажется, ему и так должно быть понятно, что ответ будет однозначно «да». — Юля? — Тшш… не мешай мне наслаждаться моментом, — фыркаю, приложив палец к его губам. Кот усмехается в своей кошачьей манере, и мое сердце тает. — Тебя нечасто увидишь таким расслабленным и уютным, поэтому мне хочется как следует налюбоваться… — Мне кажется, рядом с тобой я всегда такой, — улыбается мужчина, придвинувшись чуть ближе. Его ладонь касается щеки, даря приятную прохладу, а взгляд задерживается на моем лице. — Да ладно вам, мистер «тебе следует попробовать отношения со сверстником»! — хихикаю, подразнивая его. Илья закатывает глаза, что у него тоже получается по-своему красиво. — Неужели ты и правда думал, что я могла повестись на кого-то из моего класса, хотя они не видели ни одной части «Голодных игр!»… А еще у них нет твоего обаяния, твоего кошачьего взгляда и вообще… они — не ты… На последних словах мой голос предательски хрипнет, ведь фраза звучит куда серьезнее, чем мне бы хотелось. Почти как признание в любви. Я смущенно опускаю взгляд, но Кот тут же обхватывает за подбородок, заставляя посмотреть на него. — Видимо, поэтому и мои отношения не складывались… Мне суждено было влюбиться в фанатку «Голодных игр», — ухмыляется Илья, запустив пальцы мне в волосы. Он придвигается ближе и выдыхает: — А ведь они мне даже никогда и не нравились… — Шутишь?! — выпаливаю, резко отпрянув. Кот смеется, а я изображаю возмущение. — То есть, ты вот это вот всё затеял, чтобы втереться ко мне в доверие, да?! Ну ты и… наглый кошара! — Мне просто нравилось прятаться от серьезных разговоров в твоей комнате, — пожимает плечами Илья, и я наигранно поджимаю губы. Будто бы я этого и не знала на самом деле. — Это потом уже понял, что с тобой можно не только скоротать время, но и поговорить… А с недавних пор еще выяснилось, что ты невероятно заботливая, понимающая, милая… и вообще золото. — Вот только не думай, что тебе удастся задурить мне голову своими комплиментами, — закатываю глаза, хотя мои щеки уже краснеют от смущения. Вот как он это делает? — Тебе придется как минимум… купить мне фигуру Хеймитча в полный рост. И когда мы съедемся, она будет жить с нами! Я прикусываю язык, подумав, что слегка поспешила с планами на будущее. У нас еще даже третьего третьего свидания не было, а он сейчас решит, что в планах я уже обживаю его квартиру и продумываю, где мы будем отмечать Новый год… Хотя так оно и есть, если честно. Но Илья примирительно кивает и берет меня за руку, чтобы все же дойти до озера. Тем более, что пути остается всего несколько минут, оно уже виднеется неподалеку, переливаясь в свете закатного солнца. Когда подходим ближе, Кот усаживается на берегу, и я подсаживаюсь у нему поближе, уткнувшись носом в его плечо. — Романтично всё-таки… — произношу, приподняв голову, чтобы в очередной раз им полюбоваться. Нужно пользоваться моментом. — Закат, озеро, ты…я… Я опускаю взгляд к его губам, и он без подсказок понимает, на что намекаю, потянувшись ко мне, чтобы подарить поцелуй. — И я! — раздается вдруг сзади, что заставляет резко отпрянуть. Обернувшись, мы видим перед собой Димона. — И я считаю, что тут просто офигенские камыши! Вставайте, поможете мне их домой нарезать… — Димон, кажется, еще немного, и я утоплю тебя в озере, — выдыхает Кот, доставая сигареты. Если бы курила, я бы сейчас тоже не отказалась, нужно выпустить пар. — А я ему помогу, — заявляю мрачно, угрожающе глядя на дядю Диму. Тот недоверчиво хмыкает. — Или расскажу Ире, как ты в очередной раз проглядел сына…