Часть 37

Настя проснулась рано, долго валялась, пытаясь уснуть снова, но на душе скребли кошки, поэтому она все-таки встала, и сначала вычистила зубы до скрипа, и как и была — в одной легкой пижаме с шортами выперлась в кухню. Абсолютно не удивилась, застав здесь Артема. Она и не слышала, как он ложился, а это вряд ли бы ему удалось провернуть спокойно. В конце концов, снимал-то Темыч однушку, и да — раскладушка у него нашлась, а вот ходить не как слон он вряд ли научился. Столько лет не умел — и вдруг научился? Это вряд ли, не такой он был человек, чтобы заморачиваться на приобретение навыков сомнительной полезности. Судя по взъерошенному виду и тому, как Артем залипал на экран КПК — он кодил всю ночь. Ну… Кажется, новая работа действовала на Воронцова положительно. По-крайней мере, Танчики его уже не интересовали. Ну да, он же теперь был карьер о нацеленный и все такое прочее. И правильно — Танчики Воронцова в ведущие программисты не выведут. Н: Темыч, кофе остался? Еще вчера вечером банка кофе была почти пустая, и этот гений скорей всего все во время своего ночного порыва кодерского вдохновения пропил весь оставшийся кофейный запас. Не дожидаясь ответа, Настя потянулась, прихватила банку из-под кофе, поболтала. Так и есть. Пусто. Жизнь была всесторонней болью. А: В шкафу еще одна есть? нетерпеливо буркнул Артем, на краткий миг отрываясь от программы, которую проглядывал на предмет косяков. На горизонте просветлело. Чуточку. Пока Настя наливала кофе, Артем гипнотизировал взглядом экранчик, а затем сплюнул и отодвинул его от себя. То ли отчаялся найти косяк, то ли решил, что шлифовка на сейчас окончена. А: А мне налить? нахально поинтересовался он. А: Плати за аренду койко места натурой, женщина. Н: Если б натурой. фыркнула Аленка Н: тебе что, футболки погладить некому? А: А их что, гладить надо? Артем задрал бровь, насмешливо ухмыляясь, а потом вдруг посерьезнел, и глянул на Настю пронзительно. А: Ну, ты как? Н: Я — нормально. натянуто улыбнулась Настя, отворачиваясь и доставая из кухонного шкафчика еще одну чашку для кофе. Отчасти это было даже правдой. Так вышло. Так вышло, что одиночество Настя уже не один год как возвела в ритм жизни. Привыкла не думать, привыкла отодвигать чувства на задний план и лить их в свои тексты сотнями тысяч литров, собственно, поэтому и писала. Потому что с трудом могла обойтись без этого. И все-таки давненько ей не было настолько паршиво. Давненько не хотелось забиться под одеялко и рыдать там три дня кряду. А: Врушка. проницательно вздохнул Воронцов, таки вытащился из-за стола, обнял Настю за плечи. Настя развернулась лицом к Артему, уткнулась лбом в его плечо, прикрыла глаза, пытаясь не реветь, но плечи все-равно норовили дрожать. А: Ну не реви, дурища. Артем ворчал как добродушный медведь, поглаживая Настю по затылку. А: не реви, непутевая. Все у тебя будет, поняла? Все-таки он был редкостный болван, но офигительный друг. Увы, и он сейчас все бросил и уехал в Москву, домой Насте предстояло возвращаться в гордом одиночестве. И от этого было еще хуже. И не хотелось возвращаться совершенно, даже вопреки тому, что вроде как в Москве Настю уже никто и не держал. Хотя, как это никто? А Темыч? Тот самый Темыч, который повадился ходить в качалку, после побега Вадика, когда к Насте приставали прокинутые Кислицыным приятели. В драку Артем влезал всего пару раз, но ведь влезал же. Прям идеальный старший брат, только родители были разные. А: Слушай, может, ты все-таки мне дашь адресочек своего Тарасенко, я пойду ему наваляю за тебя, а? По-братски! На это предложение Настя нервно фыркнула, и отстранилась, вытирая слезы и глубоко вдыхая воздух, чтобы побыстрее успокоиться. Н: Не надо. тихо всхлипнула, запрокидывая голову и не давая себе разреветься снова. Объективно, валять Максу было не за что. Не за два эпик фейла с его дочерью подряд. И уж точно не за то, что Настя в его адрес размечталась. Ничего не обещал? Ничего. Не стоило и рассчитывать. Воронцов тяжело вздохнул, потому, что явно его намерение ему не давало спокойно спать, а затем снова плюхнулся на стул. А: Тогда налей мне кофе, женщина. недовольно буркнул он. А: И, чур, в него не рыдать! Не люблю кофе по-эфиопски. Н: Эксплуататор! А: И рабовладелец. Артем кивнул, подтверждая настиной заявление, и девушка слегка улыбнулась. От вот такой вот бессмысленной вроде бы болтовни становилось капельку легче. Совсем чуть-чуть, потому, что вообще-то внутри резала вдоль и поперек душу сухая горечь. От одного только упоминания его фамилии, раскатистым эхом внутри будто-то рассыпалась боль. Макс, Макс, Макс… Вот как без тебя жить? Дышать, как, скажи? И не хотелось тебя винить, но как же глубоко ты въелся в душу, так что содрал своим: «Не прощу», — кожу вместе с мясом. И все-таки ты дура, помнишь, Насть? Сколько тебе о том говорили, пока ты собиралась в Москву? Кого ты слушала? Хотела затмения, хотела дать себе шанс на мечту. А: У тебя слипнется от такого количества сахара. буркнул Артем и вытащил из рук Насти кружку. Блин, задумалась. Н: А у тебя типа не слипнется? поинтересовалась Настя, оглядываясь к Воронцову. А: А я ночью работал, мне можно. усмехнулся Артем. Н: Темыч, почему мы не женаты, а? рассеянно произнесла Настя. Воронцов глянул на неё, саркастично задрав брови. А: Давай допустим, что я тебя сейчас возьму и позову замуж. вкрадчиво улыбнулся он. А: Пойдешь? Настя глянула на это взъерошенное чудовище в покосившихся очках, придирчивым взглядом. Нет, он конечно симпатичный, и кодит тоже… Но вот как глянешь в эти глаза, как поймешь что совести у Темыча нет совсем не в том смысле, в котором это может понравиться девушке… А если подумать про секс… Н: Да ну нахрен. Настя фыркнула, передернула плечами отворачиваясь. А: Вот и нефиг. нравоучительно буркнул Артем, снова утыкаясь в экран планшета. А: Задолбала со своими дурацкими шутками, Насть, правда. Н: Да я сама себя уже ими задолбала. Настя вздохнула. Н: Но что мне, плакать? По-моему, вчера и так было чересчур много слез. А: Да нет, почему, порыдай, это не вредно. Только учти: потоп устроишь — все убытки моих соседей сама оплачивать будешь. А с учетом твоей зарплаты, госпожа провинциалка, проще будет на органы распродаться… Н: Нет, ну вы поглядите на этого человека! Настя всплеснула руками. Н: И двух недель в Москве не провел, а уже понты как у истинного ма-а-асквича… А: А чего зря время-то терять? Этот чудный диалог мог продолжаться практически вечность. Он здорово отвлекал, занимал, отключал мозг от тоскливого щемления в груди. Но тут противной крякалкой взвизгнул звонок. Настя с Артемом тут же заткнулись и уставились друг на друга. Н: Ждешь кого-то? А: Ленок, кого я могу ждать здесь? Артем красноречиво обвел пальцем кухню. Ну, кухонка была маленькая, квартирка — дешевенькая. На что денег хватило, то и снял. Н: Ну, может, какую-нибудь очень непритязательную девушку. предположила Настя. А: Да ну, такие не в моем вкусе. Артем качнул головой. А: И вообще, не до девок мне сейчас, у меня испытательный срок не вышел. К двери по принципу «женщины вперед» первой подошла Настя. Пока там Темыч поднимал задницу, пока джинсы подтягивал — Настя успела и в глазок заглянуть и, охренев, даже от двери отпрянуть. За дверью стоял Тарасенко. С букетом каких-то цветочков, каких именно, Настя не разглядела. И с мрачной рожей. Первой лихорадочной мыслью было: «Блин, я даже не расчесанная». Второй: «Эй, а какого хрена?». В конце концов, он вчера ей все сказал, сам обозначил разрыв, мог и уважить то, что она от него ушла просто так, без истерики, соответствующей бьющейся в душе буре. Настя сегодня даже телефон не включала, чтобы выдержать и не набрать Макса. И чего он такой недовольный, спрашивается? И как он вообще Настю нашел? А: Кто там? Темыч наконец-то дошел до двери, и настян яростно прошипела: «Тс-с-с», — прижимая палец к губам. Она соображала быстро. В конце концов, двадцать первый век на дворе, и пробить по номеру телефона можно кого хочешь. Но, раз пришел, раз искал, напрягался и пробивал — значит, факт разрыва задел и его. Вряд ли Макс стал бы напрягаться с розыском Насти, если бы ему просто потрахаться было не с кем. Значит — пожалел о расставании. С цветами пришел — значит, пришел мириться. И вряд ли к Артему, да. Макс был самой что ни на есть правильной ориентации, да и не были они с Воронцовым знакомы, не были. И раз уж Тарасенко пришел сам — вот тут коварная мстительная Настина сущность радостно взревела. Макс был ревнивый, как Отелло. Как этим не воспользоваться? Хоть бы даже ради того, как вернуть ему его собственную беспощадность в их вчерашнем разрыве. Да, он был мужик, максималист, рубил с плеча и наотмашь. Но блин, и так-то все для него, и ничего не скрывала, все пыталась делать «как надо», без вранья и недоговорок. И не просила ничего, да. Но к «Не прощу» была совершенно не готова. И к разрыву тоже. Так и убежала, даже не попрощавшись с Лизкой, чтобы не травить девчонке душу. И вот оно — дивное явление, с цветочками и выражением лица, чем-то средним между обострившимся ревнивым самцом и виноватым придурком. Н: Раздевайся! прошипела Настя и дернула Темыча за подол футболки. Артем охренел так, что аж физиономию перекосило, но… Но кажется, лицо Насти было красноречивым. А: Кто там? Шепнул он. Н: Он! Настя глянула на Темыча пристально. Тот чудом не прыснул, явно оценив Настину идею. Быстро схватывал. Недаром — лучший друг. А: Джинсы снимать? Н: Не, не надо, но подтягивай их, как будто только что надел. А: Если меня убьют, чтоб на похороны не скупилась. фыркнул Артем, комкая в руках футболку и не зная, куда её девать. Н: Ради твоих похорон точно распродамся на органы. Дай сюда. Настя выхватила из рук Артема футболку и нырнула в неё. Футболка долговязого Воронцова была что надо — до середины бедра, даже шорты пижамные скрыла. То, что доктор прописал. Довершая картину «а я только из постели», Настя взбила пальцами собственные кудряшки, чтобы они казались еще более растрепанными. Звонок крякнул еще раз. Кажется, они с Артемом слишком долго готовились к этому их «спектаклю». А: Иду. гаркнул Воронцов и с явным усилием заставил себя не ржать, шепотом уточняя. А: Ты готова? Н: Я — да! Настя кивнула и нырнула в ванную. Было бы странно, если бы у двери оказались они сразу оба, так что… Тем более что не все «актеры» должны были появиться на «сцене» сразу. Артем дал себе пять секунд, потом завозился с ключами. Открыл. А: Вам кого? Н: Милый, кто там? Как можно нежнее выдохнула Настя, «летящей походкой» выходя из ванной. Ох, только бы Макс реально Темыча не убил…