In my head

«Что ж… Это заставляет над многим задуматься», — начал Гарри, пока Гермиона лишь прикусила по привычке губу, явно тоже обдумывая прочитанное и связывая с этим их собственный опыт. «Получается, малыш Том, до смерти боявшийся смерти, прости за каламбур, нашёл какое-то описание крестражей и почти сразу бросился их создавать. Даже не имея сильно магических артефактов, из простого дневника», — начал размышлять Гарри. «Ну, после первого он или немного успокоился или поумнел ненадолго. Во всяком случае, мы знаем, что дальше он использовал семейные реликвии Гонтов: кольцо и медальон», — продолжила Гермиона. «И похоже в этих трёх крестражах он старался вложить свои способности для защиты, как и писал Ликорис. Память в дневнике, способность к принуждению и легелименции в кольце и медальоне» «Точно», — согласился Гарри. «Все остальные были куда проще. Да, ломались трудно и со спецэффектами от вложенной магии души, но никак не влияли сами по себе. Разве что обычное зачарование было, как на кубке Беллатрикс» «Кубке Хафлпафф, ты хотел сказать?» Подразнила Гермиона. «Ты поняла, что я хотел сказать», — улыбнулся ей в ответ Гарри. «И мы знаем, что кубок и медальон он получил вместе, украв у Хепзибы Смит. Видимо и крестражи он создал из них почти одновременно, разом перешагнув к 4/7 связанной души. И это явно сделало его безумным, когда большая часть души связана» «Очень и очень похоже», — согласилась Гермиона. «Иначе как безумием, я не могу объяснить его желание заявиться в Хогвартс перед Дамблдором и оставить диадему Равенкло в свалке Выручай-комнаты. Правда. Он мог бы понять, что куча вещей там не просто так и много кто это место уже находил. Не лучший сейф для якоря души» «Так что с моим шрамом тогда?» Решил спросить Гарри после минутного молчания. «Ну… У него уже было 5 крестражей тогда, верно?», — начала Гермиона. «Так что мы не можем полагаться на логику и здравомыслие тут. Плюс пророчество. Даже первые три фразы» «Знаешь, я думаю он и правда хотел сделать из тебя крестраж», — решила Гермиона. «Мы знаем, что Червехвост забрал палочку Волдеморта после его развоплощения в коттедже. Но он мог забрать и любой другой предмет, вроде броши, кинжала, пера или чего угодно небольшого. Думаю, у Волдеморта было что-то с собой, сильно магическое, связанное с Основателями, скорее всего. Сделать Избранного пророчеством залогом своего бессмертия — вполне себе мысль для эгоцентричного ублюдка!» «Тогда что пошло не так?», — спросил Гарри. «Он убил моих родителей и никто не мешал ему делать со мной всё что угодно» «А вот тут вступает в силу фактор Гарри Поттера», — широко ухмыльнулась Гермиона. «Ты правда Избранный, милый мой, даже не пробуй отказываться. Прими уже. В самых невероятных ситуациях с тобой происходит что-то ещё более невероятное. Может это Судьба с большой буквы «С», может, как Дамблдор говорил, это любовь и жертва твоей матери. Но на последнем этапе, когда Волдеморт направил в тебя ритуальную Аваду, на тебе оказалась кровавая руна защиты, полностью нарушившая ритуал в самой его уязвимой части, когда между заклинатели и жертвой не должно было быть ничего. И вот мы получили отброшенную Аваду, развоплощение Волдеморта и твой незаживающий шрам в виде той самой руны» «Но я, точнее мой шрам, всё же содержали часть души Волдеморта, не так ли? Иначе как объяснить мои видения, его влияние на меня, да и мое второе выживание после Авады. Дамбс рассчитывал на это, конечно, но Волдеморт мог и просто голову мне отрубить или типа того», — Гарри продолжил сомневаться. «Ох, как же с тобой трудно! За что люблю, не знаю», — сказала ему почти на ухо, прижавшаяся Гермиона. «Дамблдор, похоже, знал о ритуале крестража. Но он знал и то, что ты, уникальный мой, застрял посередине. Ты и не хоркрукс, полноценный якорь души, и точно не крестраж, которому бы понадобилась твоя смерть и запечатывание души в предмете. Волдеморт умер в процессе ритуала. Никто вообще не думал и не рассчитывал такое!» «Ооокей», — с трудом удалось произнести Гарри, отвлекаясь от откровенно уже облепившей его подруги. «Давай мы сделаем с тобой всё, что ты сейчас хочешь, но сначала завершим наш разговор про крестражи» «Ладно», — притворно надулась Гермиона. «Но тебе придется постараться, так что пеняй на себя» «Вообще, я думаю, что Волдеморт завершил часть Хоркрукса с тобой, в смысле связал души. Но вот отделить твою и запечатать в предмет ему не удалось. В итоге ты не стал полноценным якорем, так как ритуал крестража этого не требует. И ты точно не мог быть настоящим крестражем, потому что это вообще не то, для чего был разработан ритуал. Вот и мучился, родной, с этой недосвязью, которая стремилась тебя покинуть каждый раз вблизи создателя»