и скитлс

питер забавно пытается быть хорошим: гражданином, другом, племянником, героем, учеником — пока весь мир скатывается в безнадежность. мэй нежно обманывается, путается поломанными пальцами в волосах — она наглядный пример хорошести: труд (на благо америки) с девяти до девяти, кошко-кошелек со скидочными купонами, полуночная тревожность напополам с взрослыми передачами после двенадцати, распахнутые нервы, брусничная выпечка по субботам и молитва по воскресеньям. она чистит каблуки каждый вечер и всегда берет скитлс и милки-вэй на кассе — для питера. питер честно старается стараться: он пару раз снял котят с деревьев и пару раз предотвратил апокалипсис, и столько же — чуть не умер. этого не достаточно — вселенная беспощадно трепещет по краям, откусывая по четверти от окровавленных вен. он недостаточно уверен, как мэй, и чересчур упрям — прямо как здоровская мишень для следующей жертвы во имя благополучия и мира во всем мире. недовольная эмджей заботливо заваривает ему пластилиновую лапшу из закусочной на углу: — ты знал, что желудок может сжаться до таких размеров, что срастется с остальными органами? будет как мешок с кислотой, понимаешь? питер застенчиво улыбается. иногда он засиживается до первых пожарных и перебарщивает с сахаром и кофеином, а иногда — все вместе, и еще реже — растерянно разговаривает с хулиганами о мире и жизни, скрестив побитые колени. иногда нарочно позволяет приложить себя о кирпичи. иногда — больше, чем нужно для перегрузки мозга. иногда — до первого растерянного возгласа карен. здорово отрезвляет. «быть хорошим — неблагодарная штука», в первый раз задумывается питер, когда зашивает ошметки в низу живота зубной нитью. мэй почистила каблуки и не забыла про скитлс, и теперь стучится в ванную. питер стабильно старается быть хорошим, вселенная стабильно пытается поглотить его в себя. тони старк пожимает плечами, пока питер старательно сдерживает рвущуюся наружу куролесицу из наэлектризованных вен и радиоактивной крови. он говорит: — не пытайся быть лучше, чем ты есть, быть идеальным — работка для мазохистов. побереги нервы. или: — хорошими могут быть те, у кого не хватает чужого дерьма в жизни. или: — разберешься с недостатками межпланетной системы после того, как перестанешь путать зад и перед толстовок. что из этого — и чего-то этого достаточно, но питер растерянно блестит бронзовыми глазами, промахивается мимо подоконника, когда пытается забраться домой, и звонко обрушивается на брусчатку. в ребрах здорово фонит, идеальность размывается. на секундочку — дышать становится проще. на секундочку кажется, что мир взбесился, а потом остатки смываются слезами и кровью, и он беспомощно рыдает, спрятав оголенный череп за ладонями. у него немного угловатая улыбка, сливовый синяк на всю скулу, вырвиглазные футболки с звездными воинами и наруто, воинственная влюбленность в убийцу вселенных, и он весь — одни только отголоски просроченного марта, без моря, но с радиохед, — но он старается быть хорошим, пока не разобьется о асфальт, споткнувшись о школьное крыльцо.