The white violin

      Когда мы с Пятым прибежали к зданию Академии Амбрелла, если ещё можно назвать это зданием, нам пришлось перелезать через куски бетона дабы дойти до братьев и сестры. — Ребята, вот оно. Апокалипсис ещё в силе, — говорил семье запыхавшийся Пятый. — «Конец света сегодня», — заключила я и положила свою ладонь на плечо Пятого, опираясь на него и пытаясь отдышаться. — Вы же говорили, что его не будет, — недовольно произнес Лютер. — Мы ошиблись. Ясно? — пусть Пятый за себя говорит. Я даже это не утверждала, но ладно. — Эта газета. Мы нашли её в будущем, в тот день, когда я застрял. Заголовок не поменялся. — Нет, это ничего не значит. Время могло измениться с тех пор, как газета вышла сегодня утром, — говорил Диего, сидя на обломках Академии. — «Вы нас не слышите. Когда Пятый нашел её, он предположили, что этот дом рухнул вместе со всем, но вот мы здесь, луна сият, Земля цела и невредима, но... Не Академия», — Клаус выхватил из рук Пятого газету, пока я рассказывала, пробормотав: — Я запутался. — «Так, слушай нас, идиот», — привлекли мы вдвоем одновременно с Пятым внимание. — Ваня разрушила Академию до апокалипсиса. Мы думали, что Харольд Дженкинс причина... — начал Пятый, эмоционально размахивая руками. — «Но он лишь катализатор. Ваня — это бомба! Конец света наступил из-за неё» — Её надо найти, — пробормотал Номер Один, вникая в наши объяснения.       Вдруг мы услышали звук пропеллером вертолёта над нами. Все вместе подняли головы, и на нас едко светило прямо в глаза. — Уходим от сюда! Быстро! Встречаемся в Super Star! Давайте! — скомандовал Лютер, и все стали в спешке убегать от места падения здания Академии.       Пятый, не раздумывая, схватил меня за руку и телепортировался подальше от сюда и поближе к назначенному братом месту. *****       Все собрались в здании боулинга, раздумывая над дальнейшими нашими действиями. Мы сидели вокруг стола и разговаривали. Я развалилась на плече Пятого, глубоко вздыхая от бездействия. — Слушайте, мне неприятно это говорить, но нам всем надо приготовиться, — подал первым голос Лютер после нашей длиной и молчаливой паузы. — К чему? — спросил резко Диего недовольно. — Сделать всё возможное, чтобы остановить Ваню, — Эллисон раздражённо и несильно ударила Лютера блокнотом, а тот сразу остановил свою речь на секунду. — У нас врядли есть выбор, Эллисон. — Чушь, — кинул Номер Два. — Всегда есть выбор. — «Да, например?», — бросили мы с Пятым озадаченно. — Я не знаю, — я закатила глаза и цыкнул на ответ Диего и перевела взгляд на Лютера, который резко встал со стула. — Что бы мы не решили, надо найти Ваню. Причем быстро, понятно? Она может быть где угодно. — Или... здесь, — Клаус показательно встряхнул газету и стал показывать содержимое текста. — Вот, смотрите. — Точно, у неё концерт ведь, — пробормотал Кракен, рассматривая фотографию сестры. — Простите, — подала раздражающий уже всех голос сотрудница боулинга. Я недовольно промычала Пятому в ухо на его плече и вместе с ним недовольно откинулась на спинку стула. — Не хочу перебивать, но мой босс говорит: «Если не будете играть, вам лучше уйти», — девушка пожала плечами и отошла от нас. — Так, чья очередь? — Да что б, — проговорил Лютер раздражённо, взял мяч и кинул в неизвестном себе направлении, хотя даже попал и все выбил.       Эллисон что-то написала в блокноте и показала Номеру Один. Я вообще ничего не увидела, так как моя голова лежала у Пятого на плече. — Только мы способны остановить это. У нас ответственность перед отцом, — ответил Лютер, опять задевая тему про отца. Всех это уже заебало. — Отцом? Да ладно, хватит уже, — недовольно прокомментировал Диего. — Он пожертвовал всем, чтобы собрать нас вместе, — ладно. Может с этим я и согласна. — Тут я согласен с Лютером, — кинул Пятый, положив успокаивающе мне на колено свою ладонь. — Мы не можем дать ей шанса. На кану поставлено миллиарды жизни. Поздно пытаться спасти одну. — А... Ребята, знаете, я мог бы помочь, — перед этим переглянувшись с Беном, сказал Номер Четыре. — Сейчас не время. — Нет, пусть закончит, — перебил Диего, давая шанс Клаусу. С чего вообще? — Он спас мне сегодня жизнь, — Клаус на слова брата поднялся со стула. Знаете, чего не хватает? Торжественной музыки. Герой, блин. — Серьезно? — недовольно проговорил Бен. Что уже не так? — Это правда? — Да, да, это... Не моя заслуга. Вообще-то настоящий герой это Бен, — все не понимающе уставились на Номер Четыре. — Сегодня, слушайте... Сегодня он дал мне в рожу и, тогда в доме, это он спас Диего, не я. — Я в шоке от тебя Клаус. — Хочешь докажу? Да, хочешь? Хорошо. Я тебе докажу, — Номер Четыре взял мяч для боулинга и приготовился кидать в Бена. Он же призрак. Он не сможет. — Ладно, шоу начинается, — даже Бен приготовился ловить. Они вдвоем сдурели? Или им на голову упал кирпич, пока они выбегали из Академии, что повредило им мозг. — Лови, — бросил Сеанс, кидая мяч. Ну что я и думала. Он пролетел сквозь Бена, но чуть не попал в нас с Пятым. Зашибись. — Можно ли как-то заткнуть этот голос в твоей башке, которому не имётся быть в центре внимания, — угрожающе процедил Номер Один. — Знаешь, девственником ты мне нравился гораздо больше, — что, блядь? Глаза Лютера округлились. — Что было совершенно... Он не виноват, — Клаус быстро переключился на оправдывание брата, закапывая его все глубже. — Потому что был укурен в хлам. Да... И... Та девушка, она думала, он фурий.... И... — Заткнись! — поспешил выключить Лютер то, какие слова лились из уст брата. Номер Один аккуратно посмотрел на любимую сестру, а та стала уходить. — Эллисон, стой, — Космобой пошёл за ней. Вот дурак. Я закатила глаза.       Вдруг к нам подошла какая-то незнакомая тётка, приобнимая какого-то мальчика. Наверное, сына. — Простите, простите, — наши взгляды были устремлены на подошедших к нам. — Сегодня у моего сына Кенеди день рождение. И... Вашим детям наверняка хочется играть со сверстниками. Если выши папы не против.       Вот это повезло какому-то мальцу умереть в свой день рождения.       Это женщина меня раздражает сильнее моей семьи. Смотрит на нас с Пятым, как на детей. — Да мы лучше собственную ступню сожрём! — проговорил угрожающе Пятый, злобно смотря на женщину с ребёнком. Я подняла свой взгляд на мешающих и быстро переместилась перед ними, угнетающе проговорив: — «Идите отсюда нахуй!»       Пятый поднялся со стула и дернул меня за руку, нежно обнимая. — Тихо, — успокаивающе говорил брат, чтобы способности не вышли из под контроля. Я уткнулась Пятому в шею, тихо проговорив: «Прости».       Женщина с ребёнком странно на нас покосились и ушли за свой стол, возвращаясь к своему празднику.       Вдруг с Пятым мы слышим звук того, что нам что-то отправила Комиссия. — Да, блин, — бросил Пятый и взял меня за руку, потащив к месту прибытия послания.       Брат достал капсулу и на ней было написано: «With Number Five and Number Eight». — Сука, как она нас нашла? — «Пятый, конфеты. Нельзя было этой суке доверять», — проговорила я, а Пятый стал копошиться в карманах дабы найти маячок Комиссии. — Ты знала? — я молчала в ответ. Стало почему-то стыдно. — Блядь, Лана. — «Да, прости»       Брат достал конфету и, развернув обёртку, увидел мигающий маячок. — «Дай мне, а ты пока открывай капсулу», — я выхватила маячок из рук Пятого, а тот стал открывать послание Куратора.       Я кинула на пол светящийся маячок и раздавила его ногой, победно хмыкнув. За это время Пятый открыл капсулу и достал оттуда печенье с предсказанием. Что? — «Что там написано?» — брат раскрыл печенье и показал мне.       На бумажке написано: «Time marches on... or does it?», что в переводе: «Время идет вперед... или нет?», и дописано ручкой адрес: «Rain Quail, Rm 12».        — «Вот сучка. Пошли?», — Пятый слегка кивнул и, взяв меня за руку, телепортировался в назначенное место.