Сон. Безликий

      Весь день у девушки было слегка подавленное состояние, было тяжело, даже учиться не хотелось, но из-за чего? В голове то и дело что-то всплывало, но быстро затухало. Хотелось спать, что девушка и сделала по возвращении домой. — Мне кажется или в последнее время она стала больше спать? — Мать стояла над дочерью, которая уснула на диване в гостиной. — Это тревожит. — Не волнуйся, скоро промежуточные экзамены, поэтому она устала. — Отец приобнял стоящую женщину за плечи. — Надеюсь на это.       А пока отец отвлекал обеспокоенную жену, Ёсико видела поле, всё то же поле, но уже без тени. — Где? — Кто? — Где ты? — Было ощущение, что что-то не так, не хватало чего-то. — Тень? — Какая тень? — Моя.       На этот раз звуков не было, никаких. Трава не шевелилась, ветра не было, небо было темно, но без единой звезды. — У меня теперь есть обличие. — Покажись. — Уверена?       Ёсико кивнула и стала смотреть по сторонам, хотелось увидеть собеседника. Она думала, кем же он может быть. Вдруг она в детстве создала себе невидимого друга, который только сейчас напомнил о себе. А может у неё едет крыша из-за нагрузки? А может что-то ещё, кто знает. — Хорошо. — Ёсико моргнула, просто, рефлекторно, моргнула, а перед ней появился какой-то великан. — Ох ты. — Ёсико смотрела снизу вверх. Человек. а было ли это человеком — не совсем понятно, был огромен, он был выше десятиэтажного дома, казалось, что его макушка сейчас коснётся облаков. — Дитя, теперь ты меня боишься? — Нет. — Стоило огромных усилий, чтоб сказать это.       Лица, а точнее лиц, у этого существа не было, вместо каждого из них было чёрное пятно. — Очень хорошо.       У существа было четыре ноги, но просвета меж коленями не было, четыре ноги срослись в две. — Кто ты?       У него было четыре руки, казалось, что в одной ладони может поместиться половина луны. — Пока что не пришло время, я скажу позже.       Существо нагнулось и опустило свою руку на землю. — Смертное дитя, не хочешь ли ты увидеть мир так, как его вижу я?       Ёсико упала на землю, хоть существо и пыталось опустить как можно мягче, его рука всё равно вызвала сильный поток ветра и мини-землетрясение. — Если хочешь, то залезай. — Казалось, оно и не заметило падения девушки.       Ёсико отказалась от этого предложения, слишком уж страшно это выглядело, особенно при отсутствии лица. — Очень зря, так красиво.       Ночь во сне сменилась днём, а после — вечером, она не смогла узнать ничего нового. — Тебе пора. — Ёсико на секунду подняла глаза и в эту секунду увидела что-то похожее на ухмылку, но это ей лишь показалось.       На этот раз она проснулась не от ветра, а от сильного землетрясения. Оказалось, что это отец потрясывал её, чтоб разбудить. — В последнее время ты стала больше спать, может не пойдёшь сегодня? Отдохни. — Его лицо выражало всё его волнение по поводу состояния любимой дочери. — Нет, всё в порядке, я пойду. — Ёсико покачала головой.       Дальше всё, как обычно, оделась, поела, почистила зубы, умылась и ушла в школу, где отучилась почти до вечера, а после вернулась домой. Сегодня ей вновь слишком сильно хотелось спать. Кажется, что с каждым днём ей хочется спать всё больше и больше, но почему? Она не могла дать ответа на этот вопрос, казалось, что её подводит собственный разум, потому что стали забываться какие-то вещи, те же самые сны, которые она помнила постоянно, но последние четыре дня был лишь черный экран, то есть отсутствие сна. — Может я правда переутомилась? — Она сидела у себя в комнате и слушала музыку. — Надо сходить к врачу. — С тобой всё в порядке. — Раздался голос в голове, от чего Ёсико дёрнулась и огляделась по сторонам. — Кто здесь? — Она схватила лавовую лампу с тумбы. — Покажись!       Но никто ей не ответил. Она была одна, нервная и испуганная. — Я правда переутомилась. — Ёсико сама не заметила, как отключилась и завалилась на бок. — Ну вновь здравствуй, смертное дитя.