Глава 1: Мужчина и его любовь к своей матери и маленьким сестрам ( Часть 1)

Сидя в полутьме, я мог различить только очертания рамок со всеми фотографиями, висящими на стенах гостиной. Некоторые из них были семейными фото моего отца, матери и братьев. Одна фотография изображала моих родителей в их свадебный день. Ещё одна была моей фотографией выпускного из университета пару лет назад. Несколько фотографий были сделаны во время отпусков, которые мы проводили вместе, всей семьёй. Большой телевизор был прикреплён к стене. Там была книжная полка и несколько других полок. Большой диван на три места, небольшой диван на два места и два кресла. Я занял одно из кресел, единственное освещение в комнате обеспечивала маленькая лампа, стоящая между креслами. Проверив время на своём телефоне, я увидел, что почти полночь. Не зная, где находится мой отец, я только мог предполагать. Моё мнение о нём было очень низким. Мои младшие сёстры обе наслаждались своим свободным временем, только что исполнившись девятнадцати. Обе не состояли в отношениях, поэтому, вероятно, проводили время с друзьями, наслаждаясь напитками и танцами. Они всегда были благоразумны, когда выходили на вечеринку. После полуночи я услышал звук ключа в двери, подождал, пока моя мать закроет дверь за собой. Я услышал звук щелчка её каблуков по паркету. Она остановилась на мгновение, заметив моё присутствие в кресле. – Не включай свет, – приказал я. – Уильям? Что ты здесь делаешь? Почему ты сидишь в темноте? Хороший вопрос. Я убедился, что моё лицо не освещалось лампой, иначе она сразу бы заметила, насколько я злой. – Присядь, мама, – ответил я. Было нелегко сдерживать свой гнев. Я был зол, потому что я был расстроен, но больше всего разочарован тем, что слышал. Она была моей матерью... – Я возьму себе напиток и... Я встал и уверился, что я гляжу на неё с яростью. Даже в темноте я знал, что она видела белое в моих глазах. – Сядь. Сейчас, – прошипел я. Увидев, как моя мать подскочила, мне на мгновение было больно от того, что я её испугал, но сдерживать свои эмоции было нелегко. Я мог сказать, даже в темноте, что моя мать нарядилась, чтобы вызвать восторг. Я знал о новом поведении. Совместное время с подругами. Слушать о таком поведении от своих друзей было неловко. Но когда я сам последовал за ней и узнал, что она делает... – Я твоя мать, – она попыталась возразить, – Я не буду... Я подошёл поближе, убедившись, что ей пришлось приподнять голову, чтобы встретиться глазами со мной. – Садись. Мать, – сказал я язвительно, – Иначе я просто понесу тебя туда и заставлю тебя сесть своей задницей на стул. Она не была глухой или глупой. Она слышала, что я едва сдерживаю свой гнев. Махнув головой, она сделала шаг в сторону и осторожно села, разглаживая своё платье. Только после этого я включил главный свет, но сделал его достаточно тусклым, чтобы не было слишком ярко. Стоя перед ней, она смотрела на меня, и её глаза уже блестели. Моя мать выглядела сексуально до невозможности. Маленькое чёрное платье оставляло её плечи открытыми, демонстрировало её декольте, а подол едва достигал середины бедра. Я протянул руку. – Дай мне твою сумочку, – потребовал я. Она сразу же передала мне сумку, и я нашёл то, что искал. Вытащив чёрные трусики, я бросил их на кофейный столик. – Ты замужняя женщина с тремя взрослыми детьми, а ты ходишь без трусиков, – с отвращением заявил я. Продолжая поиски, я нашёл презервативы. Это был шестипак, и я немного облегчился, увидев, что осталось шесть неиспользованных. Я бросил их на столик рядом с её трусиками. – Зачем ты носишь с собой презервативы, мам? – спросил я, – Я знаю, что мой отец уже не способен зачать ребёнка. Мама не могла встретить мой взгляд. Я услышал её хныканье и вытер её щёки тыльной стороной ладони. – Ты бы не понял... – Я понимаю достаточно, мам, – ответил я, схватив сумку, которую держал рядом с креслом. Открыв её, я достал папку и открыл её. Положив первое фото, я услышал, как она вздохнула, глядя на меня с удивлением. Я ничего не сказал, положил ещё несколько фотографий, каждая хуже предыдущей, если бы вы знали, что она замужняя женщина. – О, поверь мне, мам, я понимаю многое. Я думал, что все эти истории, которые я читал, это чушь, все эти девичьи вечеринки и шалости, которые, по-видимому, происходят. Удивившись, когда я понял, что моя собственная чертова мать – яркий пример того, что это не всё чушь. – Позволь мне объяснить, – сказала она тихо, – Ты не понимаешь, Уильям. Ты не знаешь всей истории. – Тогда объясни мне, мам. Потому что я чертовски разозлился сейчас, но что ещё хуже, я смущён и разочарован, что моя мать, замужняя женщина, ведёт себя таким образом. Знаешь, откуда у меня первые несколько фотографий? Она покачала головой. – От Марка. Моего лучшего друга. Он видел мою собственную мать с друзьями, готовых заниматься интимными делами с мужчинами, не своим мужем. Я указал на последние несколько фотографий. – И вот они. Ты была так занята последние пять раз, когда ты выходила, что даже не заметила, что твой собственный сын иногда был в пределах досягаемости. – Это не так плохо, как кажется. Я не плохой человек во всём этом, – сказала она тихо. – Ты занималась сексом с ними, мам? Она покачала головой. – Тогда зачем презервативы? – Я хотела! Я признаюсь в этом. Я выходила каждую ночь с подругами с мыслью найти другого мужчину. Я купила шестипак презервативов, думая, что молодой человек или двое будут готовы трахнуть меня несколько раз. Она даже покраснела, когда поняла, что только что призналась в этом своему собственному сыну. – Но я никогда не доходила до конца. Я слишком нервничаю, и часть меня знает, что я была бы не лучше, чем твой отец, если бы сделала это. – Что? – спросил я, услышав удивление в своём голосе, – Мам, он изменяет тебе? Она опустилась на своём месте. – Я не знаю, так как у меня никогда не было доказательств, но я уверена, что он изменяет мне уже много лет, – прошептала она, вытирая свои щёки, – Он всегда был занят, но сейчас это стало ещё хуже. Всегда работает допоздна. Уезжает на конференции и рабочие мероприятия. А женщины, которые его окружают, красивы и намного моложе меня, и я даже была на одном из этих мероприятий. Они льстят ему, а он только этим питается. Вздохнув, большая часть гнева исчезла, хотя я сказал: – То, что ты изменяешь ему, не делает тебя лучше, мама. – Я знаю! Но мне так одиноко, когда тебя нет, а дочери учатся в университете и живут своей жизнью. И мой муж редко бывает дома... Затем она остановилась и начала плакать. Вся злость исчезла, и я сел рядом с ней, она повернулась и заплакала на моей груди. – Мне всего сорок четыре, Уильям. Моя жизнь не должна заканчиваться сейчас. Поглаживая её спину, она плакала пару минут, прежде чем успокоиться, ощущая, как её руки сжимаются вокруг меня. – Я даже не представляла... – Я не собираюсь звонить своему сыну и рассказывать ему все свои проблемы в браке, – она легко ответила, – Но хотя бы ты заботишься, если ты здесь сейчас. – Мне не нравилась идея, что ты делаешь такие вещи, мама. Это выглядит нехорошо. Я слышал шепот и комментарии от людей, которых мы оба знаем. – Я только танцую с другими мужчинами, Уильям. – А поцелуи? Вздохнув, она кивнула головой мне на грудь. – Хорошо, да, иногда есть поцелуи. Я могу возбудиться, танцуя с привлекательным мужчиной, и немного увлечься. – Но больше ничего?