Пролог

      Время,кажется, шло слишком долго. Тиканье часов доходило до ушей, сначала надоедало, теперь вынуждает прикрыть глаза, положить голову на парту и уснуть. Но возвышающаяся над головами учеников фигура учителя не давала и шанса на сладкий сон. Монотонный голос повышался на несколько тонов, стоило Веронике или кому-нибудь другому в аудитории взглянуть куда-то не туда. Тюрьма, а не урок. К счастью, он был последним - седьмым, и скоро они все разъедутся по домам. Вероника вновь взглянула на дорогие часы на своей руке, её губы растянулись в лёгкой улыбке. Спустя пару секунд прозвучала на всю школу причина её радостной улыбки-звонок. Урок закончился, пятнцадцать человек поднялось со своих мест и все засобирались. Наконец-то домой. Рони собрала пренадлежности и книгу по биологии в черный рюкзак и вышла вместе с группой учеников. Коридор за несчастных десять секунд наполнился учениками, что так спешили домой и надеялись не попасть под дождь. Конечно почти каждого кто-либо забирал на машине, либо они сами уезжали, но все же по пути к автомобилю не хотелось промокнуть. Последние пару дней в Нью-Йорке шли ливни как из ведра, а иногда город застилал густой туман, и даже участились случаи аварий. Одну из таких своими глазами увидела Вероника, по пути в школу. Машина разбилась в дребезги, сбила столб и даже задела пару человек. Тогда гудела скорая помощь и полиция, а по новостям тем же вечером передавали, что люди, находившиеся в машине, не выжили. Ни один. Тогда Рони подумала, как страшно было бы попасть в аварию, а что ещё хуже-умереть подобным образом. Около ворот её уже ждала машина- Audi А6, а за рулём мужчина- Теренс. Теренса она знала всю жизнь, он был прекрасным водителем и просто очень добрым человеком. Но в силу возраста Рони понимала, что скоро ему придется уйти в отставку.Но так же Рони понимала- это будет заслуженным отдыхом для него. Рони села на заднее сиденье за водителем, закрывая дверь за собой. Она уже давно перестала ждать, пока он выйдет из машины и откроет ей дверь, ведь сама когда-то попросила об этом. - Здравствуй, Рони. - Через зеркало улыбаясь ей, поприветствовал девушку. - Здравствуй, Теренс, - тоже улыбнулась, на самом деле была рада видеть. Машина тронулась и медленно отъехала от ворот, удаляясь от двухэтажного здания школы. Тяжелые тучи по прежнему закрывали небо и не думали двигаться с места. Вечером скорее всего будет дождь. Дорога от школы до дома занимает всего пятнадцать минут, за все время проживания в Манхэттене, в своём районе, Рони успела выучить каждый дом, каждую вывеску, каждый фонарь, мимо которых они проезжали. Она редко выезжала за пределы Манхэттена. А точнее, так думала её мама. Вернувшись из своих мыслей в реальный мир, Рони заметила, что они наконец-то у дома. Это был жилой десятиэтажный дом, Андерсоны жили на десятом этаже, а Теренс жил прямо под ними-так удобнее. Вероника буквально выскочила из теплой машины в такую любимую осеннюю прохладу. Лифт к счастью работал на отлично, поэтому Рони без труда добралась до своего этажа, после того как попрощалась с Теренсом. Большая квартира встретила её тишиной. Почти как всегда она снова была одна дома. Скинув, а после всё-таки аккуратно поставив на полку чёрные лоферы, Рони прошла в квартиру и сразу же направилась в сторону своей комнаты, держа в руках рюкзак. По пути она расстёгивала пуговицы белоснежной рубашки, а зайдя в комнату уже сняла ее и повесила на стул. Шкаф она почему-то игнорировала. Темно-синюю юбку ждала та же участь, как и всю остальную специальную школьную форму. Прошло пару минут и Вероника наконец-то в домашней одежде! Терпеть она не могла строгую форму, в которую даже мелких изменений в виде значка или чего либо ещё нельзя был внести. Рони устало упала на большую кровать и прикрыла глаза. Надо было придумать чем заняться до прихода мамы, хоть она и придёт всего-то через пару часов. В вечер пятницы ничего не хотелось делать, кроме как отдыхать и спать после долгих уроков, но планы на вечер уже были, и надо было занять себя чем-нибудь. Спустя пару минут раздумий первое, что пришло в голову Веронике-это домашнее задание. Его можно было бы выполнить и в воскресенье, но и оттягивать момент выполнения не хотелось. С тяжелым вздохом она поднимается с кровати, садится за стол и берет в руки биологию. Как она её ненавидела. Биология и химия впринципе не были её предметами, но так как она училась в частной оплачиваемой школе, она хорошо разбиралась в этих предметах. Потому что попросту приходилось. Им всем твердили что им это понадобится, что жизнь непредсказуема и мало-ли всем этим детям когда-то придётся во взрослой жизни решать задачу на генетику или что-то подобное. А помимо биологии надо было ещё решить алгебру, написать литературу, и выучить много-много дат по истории Америки... Прошло пару часов после того, как подросток сел за учебники. Все задания были сделаны, но устную часть она всё же решила оставить на следующий день. Острый слух уловил то, как открылась дверь, а ещё шаги и возню в коридоре. Мама пришла. По хорошему надо было встретить маму, но последняя ссора вынуждала девушку гордо сидеть в комнате и ждать, пока она сама подойдет. Если вообще подойдет. Точнее сама гордость вынуждала, такой вот Вероника человек. Джаннетт без каблуков всегда ходила тихо, невозможно было услышать её шагов, если ты стоишь дальше от неё всего на пять метров. Зато когда она была на каблуках, Рони могла узнать этот стук из тысячи других звуков. Так произошло и сейчас, Вероника только услышала стук в дверь и тут же хотела ответить, но не успела. - Надеюсь, ты не забыла о вечере в ресторане в честь открытия нового филиала нашей больницы, - Ровный, даже холодный тон голоса. Такой же холодный, как её голубые глаза. В комнату вошла статная женщина средних лет в белом деловом костюме. Наверное, она никогда не видела её в домашней одежде. Вероника впринципе редко видела свою мать. Может, она говорила бы мягче, если бы не ссора? - Да, мам, я помню, - старается не отставать, так же прямит спину, сидя на стуле.- Я надену то черное платье, не хочу другое. - Одевай что угодно, только не выгляди как бездомная, не опозорь меня. Как всегда после ссор.Вышла из комнаты и больше ничего не сказала. - Почему ты не хочешь говорить, кто мой отец?!Я уже взрослая и имею право знать, пусть он нас бросил или что там, я хочу знать причину почему его у меня нет! Плюётся ядом, пытается давить и узнать, но Джаннетт держится крепкой стеной. - Тебе это незачем, разговор закрыт. - Всегда так, я не понимаю, ты чего-то боишься? Почему ты не хочешь говорить о нём? Джаннетт разворачивается, молча уходит в сторону своей комнаты, этим молчанием обозначая, что тема закрыта. Снова. Она никогда не кричала, не повышала голос ни на тон выше. Давила молчанием, наказывала им же. Вот что стало причиной их ссоры, молчания и холода. Вероника не хотела, чтобы было так. Но уже надоело, что тема отца в их разговорах приводит ни к чему. Она не знала об этом буквально ни-че-го. Кем он таким был и что произошло, что мама так не хочет об этом говорить? В конце концов пару дней спустя после ссоры она решила закрыть эту тему. Не навсегда конечно же. Пора было собираться. Это был на самом то деле процесс недолгий. Свои короткие волосы она умела укладывать сама, много макияжа не надо было, да и не стоило, платье уже было выбрано, а подходящих туфлей у неё много не было. Время близилось к семи вечера, Вероника осматривала себя в зеркале, пытаясь найти какие-либо недостатки в её образе. Заметила. Не хватало украшений, а точнее той подвески, которую она практически никогда не снимала. Теперь она сияла. Черное короткое платье с длинными рукавами открывало вид на ноги и ключицы, при этом полностью скрывая руки. На шее красовалась подвеска на тонкой цепочке, с черным камнем-ониксом, в виде капли. Когда-то мама подарила эту подвеску Веронике. На ногах же были туфли на высоком каблуке и с лентами, что обвязывали ноги чуть выше. Джаннетт их не одобряла, говорила что такой каблук выглядит, проще говоря "не очень". Но это были единственные, которые понравились Веронике в бутике. Теперь всё было идеально. Внезапно телефон, лежащий на столе, начал вибрировать, а вибрации в свою очередь били по ушам, проходясь по столу. Вероника поспешила ответить на звонок, не удосужившись посмотреть кто звонит, но из динамика раздался знакомый голос. - Привет, Вивс, - Голос парня был довольно таки весёлым. - Идёшь ведь на празднование? Знаю идёшь, мне отец уже сказал, что вы там будете. - Лиам! Да, придётся, но ты знаешь моё отношение к таким мероприятиям. Девушка хихикнула, но тут же еле заметно закатила глаза. С Лиамом Грантом она знакома с пятого класса. Сначала они просто учились в одной школе, не замечая друг друга, потом произошло то, что сблизило их. А точнее то, что Джаннетт успешно оперировала Уильяма - отца Лиама и удалила опухоль, из-за которой тот мог умереть. Уильям же в благодарность спонсировал больницу, в которой работала Джаннетт и вкладывал туда кучу денег, а еще как-то сказал, что сможет оплатить колледж или университет, в который поступит Вероника. Но они и сами были на это способны. Так Рони и Лиам сдружились, а иногда даже не отлипали друг от друга. Лиам так же был единственным другом Вероники, которому полностью доверяла свою дочь Джаннетт. Вивианн было вторым именем Вероники, и им называл девушку только Грант и больше никто. Сначала это видимо было с целью как-либо задеть, потому что Вероника не особо любила второе имя, но со временем она привыкла и ей даже нравилось. - Скукотища, как и всегда, но если повезёт, мы уедем раньше. Я отпрошу тебя у мисс Андерсон, со мной отпустит. - Да уж, она доверяет тебе больше чем мне, и кажется даже любит больше,- шутила, а может, в этом была доля правды. - Конечно, я ведь само очарование,- С сарказмом произнёс тот и продолжил,- Встретимся там, Вивс, удачи! Не успела ответить, как тут же звонок оборвался. Иногда Лиам просто был таким нахалом. -Вероника, выходим, я не хочу опоздать.- голос мамы раздался где-то за дверью. Вероника, взяв в руки телефон и схватив со стола клатч, побежала в коридор, стуча каблуками. Она встретилась с мамой и оглядела ее сверху вниз. Светлые, длинные волосы были собраны в аккуратный низкий пучок, а одета она была в черное вечернее платье, полностью закрывающее её ноги. Благодаря каблукам она выглядела выше и смотрела на Веронику сверху вниз. И от неё пахло приятными, её любимыми духами. Да, она точно выглядела потрясающе. И даже не только сегодня, её мама была самым настоящим примером леди, как по поведению, так и по внешнему виду. Каждое её плавное движение, каждый элегантный шаг. Костюмы и прочая подобная одежда отлично ей подходила и украшала её. Эти, и не только, черты её личности заставляли Веронику ею восхищаться. Джаннетт сияла, а в восхищении сияли и глаза Рони. Долго не задерживаясь, Вероника там же накинула осеннее пальто и вышла следом за мамой. У входа их как всегда ждал Теренс, со сложенным зонтом в руках. Он был в элегантном чёрном костюме, что сидел на нём безупречно. Кажется, на волосы Вероники упала пара капель дождя. - Прекрасно выглядите, мисс Андерсон,- Это было адресовано маме. Рони он послал улыбку и кивнул, она улыбнулась и кивнула ему в ответ. Мужчина открыл дверь Джаннетт, за ней же в машину села Вероника, а после за рулём оказался сам водитель. Ресторан находился на другом конце Манхэттена, за это Вероника его и ненавидела. Пусть он и был лучшим рестораном во всём городе, даже кафе в Бруклине Вероника считала лучше. А ещё в том самом ресторане постоянно собиралась куча богатых людей, чьё эго было раздуто как огромный шар. Они все пытались превзойти друг друга в чём либо и тихо ненавидели, а в лицо посылали улыбки и заговаривали зубы. Вероника никогда не могла понять зачем это всё, сколько бы Джаннетт не говорила ей о собственной выгоде и хорошей репутации. Машина ехала без остановки уже около двадцати минут, за это время Рони успела заметить сияющие молнии, услышать гром и наконец-то услышала, как крупные капли дождя со всей силы тарабанят по машине. - Мам, зачем вообще там я? Чтобы что?- усталым тоном внезапно донеслось со стороны Вероники. - Вероника, мы уже обсуждали этот вопрос, разве нет? - Почему они все до одного думают, что я так же буду работать в больнице как и ты?- В голосе прорезалось раздражение. - Во-первых, это очень уважаемая работа, если бы я работала на другой работе, у тебя не было бы всего того, что у тебя есть. Во-вторых-прекращай грубить. Разговор становился ссорой. И эта тема была нередкой, не в первый раз. И точно не в первый раз они ссорятся в машине, хотя так, наверное, точно делать не стоило. - Я не понимаю, когда я уже успела нагрубить? - Теперь уже явно раздраженным голосом говорит Рони, хотя знает, лучше не продолжать разговор, лучше промолчать, но не может остановить поток слов. Голос Джаннетт Андерсон остаётся таким же спокойным, но проскочили ледяные ноты, которые не предвещали ничего хорошего. Внезапно Рони уносит в другую сторону заднего сиденья, она плечом врезается в маму, её уносит снова на свою сторону и она больно ударяется головой и плечом. При ударе головой слышится характерный глухой стук, и Рони кажется, что ударилась бы она чуть сильнее-разбила бы головой окно. Не успевает понять что происходит, последнее, что слышит Рони, это визг шин и испуганный возглас мамы, а последнее что чувствует-жуткая боль по всему телу.