Часть 6

Конец прошлой части

— Младшая госпожа, почему вы не поприветствовали меня в ответ? Я конечно в курсе ваших свежих ран, но это не повод отмалчиваться. Или вы подобным образом протестуете? Ох, простите мне мою глупую шутку. Прошу, только не кричите от злости, — ха-ха-ха! Даже сейчас воспоминания об этой встрече вызывают смех. Больше никто не имеет права смеяться на до мной. Что бы не произошло, с чувством юмора у Аканэ Инуи все хорошо, даже сейчас. Но тогда ее излюбленная хитрая улыбка показывала мне, что нам будет очень весело…

***

— Сегодня мы с вами начнем изучать азы математики. По планам, мы должны были начать с изучения букв, но из-за вашего состояния, нам придется их отложить, — думаю, вам, мои дорогие читатели, математика тут особо не инетересно, вам ее и в школе хватает. Поэтому я лишь кратко расскажу главнве моменты за примерно пол года нашего обучения и моего проживания в герцогстве Ханагаки.

***

Все же мой уже притупленный, но все такой же скверный характер никуда не делся. Я часто отказывалась учиться, ленилась, не учила домашнее задание, но у Аканэ был свой, совершенно иной подход к наказаниям. Как правая рука моей тети, она конечно знала про тот инциндент с теми рыцарями, что стояли у моих дверей, как стражники, и она воспользовалась этим. Сначала она уговаривала, шла на компромис, но когда я переходила границы, меня закрывали в собственной комнате. Буквально. Когда это случилось впервый раз, я не сразу поняла: с утра меня никто не будил, чему я конечно, была рада. Но потом ко мне никто не приходил, ни принести умывальной воды, ни позвать меня на обед и когда я попыталась выйти, она оказалась закрытой. Ни с первого, ни с десятого раза она не поддалась мне. Как бы громко я не стучала, никто не приходил. Хотя я и не так громко стучала я боялась наказания тети, но даже не смотря на это, удары должен был услышать хоть кто-то. Но никто ничего не слышал. Никто не открыл мне дверь. И я весь день просидела взаперти, без еды и воды. Я долго сидела и думала, с чего вдруг меня закрыли? Я ведь ничего не делала, не шумела, просыпалась рано и не перечила тете и слушала ее приказы. В голове как будто щелкнуло. Приказы. Приказ о новом учителе. Аканэ Инуи. Это она виновата! Верный ход мыслей, до последнего пункта. Я тогда принципиально не стала делать уроки и перед сном бросила бумаги прямо у двери. Последующие два дня меня так же никто не будил и не выпускал. На третий день, когда я была очень голодна, я все-таки сделала это злочастное домашнее задание и аккуратно все сложила на стол. Помню, как ворчала себе под нос, что в следующий раз я не поддамся соблазму и не буду делать эти задания. И это было правдой. Подобных ситуаций я припоминаю где-то пять до того момента. После таких случаев не было. Просто за какие-то промахи или внезапное прогуливание, Аканэ наказывала меня двойным домашним заданием.

***

В то утро Грей как обычно разбудила меня, но сделала она это очень быстро, вода для умывания была уже подле моей кровати. Она помогла мне встать, умыться и переодеться. Но поверх платья она одела мне пальто, на ноги одела сапожки и сказала идти за ней. Перед тем как выйти из комнаты, я мельком успела взглянуть в окно. На небе стояли черные тучи, они мне показались похожимм на те, что были в день моего отъезда из поместья Тачибана. — Интересно, когда они польют? — прошептала я. — Вы что-то сказали, младшая госпожа? Нам нужно торопиться, госпожа Шананет лишь сказала быстро собрать вас и выходить к ней, — Грей стояла у дверей и ждала меня. Я тут же вышла из комнаты, идя к входным дверям поместья. — Куда мы? — спросила я, смиренно идя за ней. — К сожалению, такой информацией я не владею, — сказала Грей, открывая входные двери. Яркий свет на секунду ослепил меня. Зажмурившись, я начала тереть глаза. Как только открыла их, передо мной стояла тетя в почти таком же пальто, как и я, только оно было больше моего. Так же на ее руках были перчатки. — А вот и ты, племянница. Прошу в карету. Не хотелось бы по прибытию попасть под дождь, — сказала тетя, пропуская меня внутрь кареты.

***

Дорога была не такая уж долгая. Наверно пол часа. Может даже час. Все время я смотрела в окна, потому что не могла выдержать рассматривающего взгляда тети. Она как будто искала во мне что-то. Какую-то подсказку, но сама не знала какую. Она наверное, раз сто успела осматреть меня с ног до головы: начиная от сапожек и заканчивая моими волосами. В окне же не было ничего интересного, деревья, засеянные поля или луга. Когда мы вышли из кареты, вокруг нас было очень много разныз могил и памятников. «Что мы делаем на кладбище?», крутился этот вопрос у меня в голове. Тетя приказала кучеру и сопроваждающим нас рыцарям остаться возле кареты, а мне сказала следовать четко за ней и ни в коем случае не отходить от нее не на шаг. Меня очень сильно это напрягло, как и сам факт того, что мы находимся на кладбище. Мы шли не долго, остановились мы у довольно красивого памятника, но тетя остановила и развернула меня к немв спиной, положив руки мне на плечи. Она опустилась так, чтобв нашм глаза были на одном уровне и сказала: — Пока ты не узнаешь правду, ты не можешь узнать, кто здесь похоронен. Скажи, ты ведь хочешь знать это? — Хочу, тетя. — То, что ты услышишь дальше, будет очень больным, и тот, кого-то ты считаешь самым близким, окажется демоном во плати. Ты и это хочешь знать? — она смотрела чётко в мои глаза, не отводя взгляда. -… — я не знала, что ей ответить, и про какого она вообще? Но жить с демоном я не хотела. Вдруг он меня съест? Обычная детская фантазия, но я не уверена, что без нее осмелилась бы сказать: — Да, — ответ был уверенным, но не я. — Хорошо, но после того как узнаешь правду, не вини меня или кого-то еще, как делала это раньше, — она встала с легкой улыбкой, которая почти сразу пропала. Ее взгляд казался мне очень грустным, Тетя не смотрела на могилу, что была позади меня. — Это началось ещё задолго до твоего рождения. На совершеннолетие твоей матери, мы с ней узнали, что наши отец и мать подписали соглашение о свадьбе твоей матери и отца, — я вообще не понимала причем тут мама. — Твой отец был сыном графа, что владел фирмой по производству и продаже камней, что только начала показывать свои прекрасные бутоны. Наш отец, твой дедушка, сразу понял, что их фирма будет блистать, дал добро на предложение о браке от графа. Тот тоже не поставил сына в известность, — по моим воспоминаниям, в поместье Тачибана, служанки рассказывали мне красивейшую историю любви моих родителей: что они любили друг друга с детства и мечтали пожениться. Как думаете, я поверила слугам или тете? — Праздник был испорчен. Но так считала я одна. Твоя мать принила это как должное, как свой долг для процветания нашего рода и, ни сказав и слова против, согласилась на брак. Формально. На самом деле никого не волновало ее мнение, — помню, что тогда заметила как тучи стали сгущаться. Скоро должен был пойти дождь. — Поэтому после ее совершеннолетия, почти сразу же была их помолвка, а уже потом свадьба. Твоя мама даже не знала за кого она выходит замуж, но все равно повиновалась воле родителей. Я же не хотела отдавать свою сестру замуж за того, кого ни я, ни она не знали. Из-за чего наш дом превратился в вечные скандалы и ссоры. Но я не смогла уговорить ни сестру, ни отца или мать. Первое время все было хорошо. Мы с сестрой отправляли письма друг другу каждый день. Рассказывали, как проходят наши дни. В её письмах она писала о том, что муж её очень хорош, он ухаживает за ней и почти каждый день балует какими-нибудь подарками, — в тот момент я почувствовала что-то неладное. -… Так было четыре года. Все это время с сестрой мы встречались либо на каких-то мероприятиях, но рядом с ней всегда был её муж, либо она приезжала домой. Иногда одна, иногда со своим муженьком. Но спустя эти четыре года, наша общение в какой-то момент резко прекратилось. Все гонцы, которых я отправляла к ней, возвращались обратно с моим же письмом. Отец и матушка первое время говорили, что ничего страшного, все же твоей матери и отцу нужно время и на друг друга, потому она не отвечала на письма. Но спустя девять месяцев полного молчания от твоей матери и отца, мы начали бить тревогу. Если с твоим отцом все понятно, то сестра не могла так поступать добровольно. Хотя бы со мной за все это время она должна была связаться. И когда мы приехали к ним с целью проверить ее, сперва мы узнали, что они не живут в поместье, они живут в дальнем имении, что нас очень удивило. Отправившись еще и туда, нам объявили как самую ужасную новость, так и самую хорошую. Хорошая новость заключалось в том, что родилась ты, Такемичи. А плохая была о том, что твоя мать мертва. Как нам сказал её муж, твой отец:» Она погибла при родах». Но я ему не поверила, — я отшатнулась от тёти, мои глаза не переставили быть расширенными от удивления. Мама умерла из-за меня? тётя посмотрела на меня и, как будто читая мысли, повертела головой, вв знак отрицания. — У моей сестрицы было очень крепкое здоровье. Но дело не только в этом. У меня было плохое предчувствие. Моя интуиция подсказывала, что-то здесь не так. Я долго пыталась разузнать, что же произошло за эти девять месяцев. За четыре месяца поисков я ничего не узнала. Потому что всю прислугу, работающую там в тот момент уволили и раскинули по всей стране, скрыв их адреса. Не удивлюсь, если многих из них убили. Когда я узнала где находятся трое женщин из служанок сестры, я незамедлительно отправилась туда. И меня радушно приняли. Но, когда тема зашла о твоей матери, меня тут же выгнали из дома. Но я не отчаялась. Я отправилась к следующей из этих троих, но та даже не открыла мне дверь. Я видела, что в доме есть люди. Но не стала настаивать. Потом нашла еще троих и так продолжалось на протяжении нескольких дней. Но когда я пришла к самому последнему из своего списка, дворецкому, он впустил меня и напоил чаем. А когда задала ему вопрос, он долго отнекивался. Но когда узнал, что он — моя последняя надежда узнать, что же случилось с сестрой, рассказал, как она умерла на самом деле, — ее голос стал тише, и, всего на мгновение, злее. — Дворецкий сказал, что когда сестра с твоим отцом только прибыли в имение ее мужа после свадьбы, все было хорошо, как и писала сестра. Но спустя три года спокойной жизни, это животное начало пропадать по нескольку дней, поздно возвращаться и ругатся с сестрой по любому поводу. Он придирался ко всему в ней, к чему только мог: " Ты выглядишь неопрятно. Да и запустила ты себя. Следила бы за собой, а то другой бы и изменять тебе начал». После такого они начали часто ссориться. Начиная от его поздних возвращений и заканчивая его высказываниями в сторону сестры, — я сразу вспомнила ту ситуацию с рыцарями. — А еще через год, он вообще осмелился вернуться пьяным. Как говорил дворецкий, его родители когда приезжали к ним, кричали на него, умоляли перестать. Но ему было все равно. И в один из дней, он даже осмелился поднять на сестру руку. После того как это животное ударило её, он, будучи пьяный, взял её за руку и увел в их комнату. Уже через несколько недель, у твоей матери появился живот и они поняли, что она беременна. Беременна тобой, — маленькая я не хотела верить в это. С моих глазах стали капать слезы. — Когда узнали о беременности, сестру всячески прятали от него. В день родов, без всяких осложненый, на свет появилась ты. Дворецкий говорил, что все были очень счасливы. Но родители твоего отца на тот момент были в имении, поэтому не могли увидеть тебя. В тот день этого монстра не было дома весь день. Чему все были тоже рады. Но на следующий день он пришёл настолько пьяным, что ему было даже сложно ходить. Но как-то он дошёл до комнаты, где были вы с сестрой. Вся прислуга бежала за ним вслед и просила, нет умолала его не тревожить вас и уйти спать, но он игнорировал их и пришёл к вам. Там он застал такую картину: ты и твоя мама мирно спали. Сначала он подошёл к тебе, протянул руки и хотел было взять на руки, как услышал голос сестры. — Не тронь мою дочь, — она сидела, опираясь руками о кровать. Лицо ее было безразлично. — Дочь?! Как ты посмела не родить мне наследника?! — после этого он, не знаю как подбежал к сестре, толкнул ее на кровать, схватил рядом лежащую подушку и начал душить ее. Вся прислуга пыталась остановить его, но разве могут обычные слуги дозволить себе мешать своему господину? Когда твой отец подбежал к сестре, ты проснулась и начала плакать, но тогда главной задачей всех было спасти молодую госпожу, — мне стало противно даже вспоминать моменты, когда такого монстра я называла отцом. — Я долго думала, сказать ли тебе правду. Но лучше я расскажу её тебе сама, чем ты узнаешь её от посторонних. Но причина не только в этом. Я на дух не переносила то, как ты называешь этого монстра «папочкой». Я надеюсь это, заставит тебя многое переосмыслить и выбрать свою сторону, племянница. Ну а теперь, ты можешь смотреть, — я почувствовала, как на мою голову начали падать капли. Начался дождь. Повернувшись, вся в слезах я начала читать, но уже при первых словах, зарыдала в голос. Это могила моей мамы. Луизы Ханагаки. Но мои слезы слились с дождём. Он был очень сильным. Сильнее, чем был, когда я была наказана. Вот почему у меня было плохое предчувствие. Продолжение, блять, следует.