Глава 8. Голос-призрак.

«Голос-призрак»

<<<•>>>

      После исчезновения Макса в доме воцарилась мёртвая, гробовая тишина, прерываемая лишь тихими всхлипами Норы и шёпотом Билли, успокаивающим свою сестру. Фиби самой захотелось зарыдать в голос, но рядом стояла суперпрезидент Крутисон и слабость перед ней она не хотела показывать. Хотя, нет, она сейчас стоит замороженная и ничего не видит и не слышит. Фиби всё равно поднимает голову, чтобы не дать волю предательским слёзам. Линк всё так же лежал без сознания на коленях девушки.       Человек Гром смотрит на жену, та стоит неподвижно: руки опущены, глаза закрыты, дыхания не слышно. Он делает шаг и выдыхает, когда ничего не случается. Значит, эта способность Макса действует на определённом расстоянии. Хэнк освобождает детей, Билли и Нора бегут к Фиби. Аккуратно подходит к жене, касается её и отпрыгивает, когда Барб оживает и смотрит безумными глазами на мужа. — Ч-что... что он... он... — бормочет Барбара, трясущимися руками касаясь щёк Хэнка. — Больно... больно как... больно...       Она явно на грани истерики, Хэнку даже казалось, что ещё немного и у Барб начнётся припадок. Она упадёт на пол, начнёт вырывать волосы, царапать ногтями пол, не обращая внимание на занозы. Электра держалась достойно, но глаза её будто чуть-чуть косили, косил и язык, она не могла больше выговорить чётко хоть что-то. Дети смотрели на мать с нескрываемым ужасом, обнимая их, Фиби встаёт и размораживает суперпрезидента. Крутисон смотрит сначала на неё, потом на Барбару и говорит. — Он опасен. — заключила Крутисон, смотря на то, как Барб медленно, но верно, сходила с ума. — Если так будет продолжаться... — И что вы сделаете? — с вызовом спросила Фиби, прижимая к себя трясущихся детей. — Посадите его, да? — Объявлю в розыск. — сухо ответила Крутисон. — Макс Сандермэн больше не на учёте. Он официально враг Лиги героев. Суперзлодей.       Фиби бы рассмеялась, записала бы слова суперпрезидента на диктофон и отправила бы брату, чтобы тот, гордясь как петух, написал «я же говорил». В фантазиях прошлой Фиби, когда Макс всё ещё был злодеем, а она уже ступила на тропу героя, она мечтала, чтобы брат стал её заклятым врагом, чтобы Лига поставила именно Макса. Они бы как дети игрались с друг другом, Макс, естественно, не думая о последствиях, а Фиби бы их устраняла. Они бы переписывались, не были бы злейшими врагами, а просто так, детская вражда брата и сестры, за которую мог расплатиться и город.       Она понимает, что это глупость, опять это маленькая девочка внутри нафантазировала. Девушка Гром старается рассеять такие мысли, похожие больше на «радужную блевотину единорога», как выражался её брат, когда Фиби (по обстоятельствам) хотела сделать кому-то пакость. Она предполагает, что после сегодняшнего только Макс будет на уме и, кажется, именно он уничтожит ту маленькую девочку внутри Фиби.       Суперпрезидент Крутисон ответила на восходящий вызов, минуту молчала, видимо слушала кого-то. После, она бросила трубку и мрачным взглядом посмотрела на Девушку Гром. Фиби поняла две вещи: новости плохие и они касаются её семьи. — Один из опаснейших. — заключает Крутисон и убирает телефон. — Макс ограбил и взорвал банк в Метробурге. Есть пострадавшие, убитых нет. — будто что-то вспоминая, Крутисон достаёт телефон и набирает чей-то номер. Подносит к уху. — Объявляю Макса Сандермэна одним из главных врагов Лиги, суперзлодей, с этого момента объявлен в розыск.       Всё вокруг будто замерло, на секунды, две, а может на целый час: Сандермэны потеряли счёт времени после слов Крутисон. Макс Сандермэн объявлен в розыск и он враг Лиги. Эти два понятия если встречаются в монологе суперпрезидента, для всех её подчинённых и кто её знал, значило одно: Макса задержать, и неважно, принести живым или мёртвым.       Конечно, нельзя сказать, что на совести Лиги не было убийств и что злодеи не убивали. Все они убивали, но, как бы смешно и одновременно печально это не звучало, не со зла. Всё решал случай: вот, способность полетела не туда, электричество вырубилось — из-за этого и жизнь человека не было возможности дальше поддерживать — аппарат выключен. Может, страшные звуки борьбы добра со злом только подкрепляли в сознании самоубийцы мысль, что пора покончить, что вот, даже высшие силы об этом «кричат». Могло быть всё, что угодно, но только не умышленное убийство. Если кто-то, будь то суперзлодей, будь то супергерой убьёт кого-то, то для такого припасена...       Казнь через повешиване.       Как и упоминалось ранее, мораль сверхлюдей разительно отличалась от обычных людей, из этого строится и разные законы, где в «супер» мире это нормально, а в «обычном» мире — дикость, на грани аморальности.       Также казнь через повешивание. Она была применена лишь раз. В 1567 году, штат Канзас. Сверхчеловек сжульничал в дуэли, убил своей способностью: пистолет противника взлетел, дуло повернулось к нему и пуля вылетела. Население Канзаса, конечно, в немом шоке, ведь никогда они ещё не видывали, что способность была направлена против человека. В те года существовала некая «полиция» для таких людей, ведь если не убивали, то грабили довольно часто. Члены той «полиции» задержали сверхчеловека и прилюдно повесили.       К слову, к 16 веку многие страны привыкли к «необычным» людям, власти тоже. Только если сейчас делят на злодеев и героев, то тогда делили на «подарок божий» и «проклятие дьявола». Последних сторонились, но не сажали сразу на кол, принимали всех. Счастье длилось недолго: после того случая в Канзасе обычные люди стали побаиваться «необычных». Мир содрогнулся.       Власти стран создавали рычаги воздействия на таких людей. В США был создан КПДО (комитет по делам одарённых), который в 1993 году разделился на два лагеря: Лига героев и Ассоциация злодеев. Другие страны использовали другие методы, а если нет, то комитеты носили разные названия. Такие организации имеют полное право решать судьбу сверхлюдей. В США наиболее остро проявляется борьба добра со злом, поэтому она входит в немногочисленный список тех стран, которые имеют комитеты по делам героев и злодеев. Они выполняли схожие функции и, зачастую, между ними идёт непрерывная борьба.       Только вот в одном они сходились: убийц нужно убивать. В «обычном» мире многие страны отказались от казни, а в этом мире казнь — единственный способ покарать убийцу.       Фиби вспоминала историю возникновения закона о казни и поняла, что если Макс убьёт — то он станет вторым сверхчеловеком в истории, который умышленно убил. И его повесят без суда и следствия.       Хотя, нет, уже к 20 веку казнь поменяли. Макса посадят на электрический стул. Фиби не знала почему поменяли способ, ведь после случая в Канзасе сверхлюди умышленно не убивали. Сверхлюдей не так много, поэтому пример 1567 года держал до сих пор страх за свою жизнь.       Но сейчас у Макса нет страха. У него ничего нет. Он теперь один в кромешной темноте. Колоссо только сильнее затянет его в это болото, и он переступит порог человеческого. Фиби чувствовала это, если его не остановить, то Макс может закончить как тот ковбой в 1567. — Уходите. — не то просит, не то приказывает Фиби, и Крутисон ловит немой шок. — Здесь вам больше не рады. — Ты же понимаешь к чему это может привести? — ошалев от такого неуважения к себе, сказала Крутисон. — Ни к чему. — раздаётся по дому крадущийся голос Макса. Все вздрагивают. Крутисон заметно бледнеет. Ведь голос и, кажется, даже дыхание прям у её левого уха. — Заберёшь плащ у моей сестры, я заберу вашу жизнь... — Крутисон нервно поджимает губы. Все жители дома старались глазами найти источник звука, но ничего не нашли. «И хорошо» — думали они, продолжая нервно оглядывать помещение. — Если не вашу, то... ничего страшного, я найду ту жизнь, которая вам... м... дорога. — Ты не посмеешь! — кричит она в пустоту, ощущение того, что он прямо сзади неё не покидало. — Макс, — обращается к нему Фиби, смотря на дырявый потолок, — это не стоит того.       Голос не отвечает. Ни через пять минут, ни через тридцать. Никто так и не понял, что это было. Крутисон тогда молча ушла сразу же после слов Макса о «жизни, которая дорога». — Макс совсем... чокнулся... — говорит Нора, шмыгая. — Теперь он... злодей? — спрашивает Билли, по-детски надеясь на то, что ему ответят «нет, он просто пошутил, на самом деле Макс скоро придёт и вы вместе пойдёте собирать ракету». Но такого не происходило, Билли услышал лишь сухое «да» и громкие всхлипы матери. — Но как же, как же так... Это сон, просто напросто глупый кошмар.       Он хлопает себя по щеках, хлопает по щекам Нору, но не просыпается. Сестра «будит» его лазером и очень быстро трясущиеся нога успокаивается. Билли был взволнован, напуган и растерян, а когда такое происходило он должен оббежать Землю, остановиться в своём любимом кафе в Япониии и попросить рамэна у знакомой. Но сейчас нельзя и на секунду оставлять родных, особенно маму, которая уже на грани сумасшествия. — Я позвоню психологу, — говорит Хэнк, не отпуская Барбару, — дети, приберитесь в гостиной. Через час семейное собрание.       Билли, которому всё равно нужно было через бег убрать своё волнение приступил к работе со сверхскоростью. Фиби пыталась разбудить Линка, Нора помогла ей своими лазерами. Сестра уходит к Билли, который уже всё закончил, Фиби помогает встать «приплоду Злодемена». Тот, еле шевеля языком, смотрит на Фиби. Он хватается за голову и кричит. Героиня отшатывается от него, а через секунду подбегает и заключает его в свои объятья. Линк, перестав кричать, утыкается в шею Фиби и плачет. Девушка чувствует как намокает её воротник. — Я видел... — шепчет он, задыхаясь. — Как больно, больно... — Что ты видел? — также тихо спрашивает Фиби. — Кошмары, кошмары видел… Смерть отца, твою смерть… Смерть… — он тоже был на грани сумасшествия, Фиби не сомневалась. — Что Макс сделал, что он со мной сделал…       Посреди комнаты появляется человек в белом халате. Фиби реагирует моментально, она кидает в него комодом, но тот создаёт щит и комод возвращается на своё место. — Пострадавший… — говорит он, поправляя свои очки. — Здравствуйте. Я на некоторое время ваш личный психолог. — Фиби не отпускает руку, и не даёт Линку сделать шаг в сторону от её спины. — Зовут меня Эдди Болт. Мне позвонил Человек Гром. — Эдди Болт?! — вскрикивает она и хочет поднять его над землёй, но не может. — Я — сверхчеловек защитной фракции. — говорит он и поворачивается к Хэнку, который на руках нёс свою жену. — Вижу последствия сильного контроля сознания. — Эдди показывает на Линка. — С ним я тоже поработаю.       Хэнк кивнул. — Эдди Болт, перед тем, как вы приступите, есть один вопрос. — Да? — Это вы убили Нойзе Волк и Лидию Шейкер? — спрашивает Фиби, надеясь на то, что отец хотел задать тот де вопрос.       Судя по лицу так и есть.       Психолог вздрагивает. Он крутит свои кольца на левой руке. Эдди думает, откуда они вообще знают об этом, но не спрашивает их. Смотрит на Человека Грома, ловит его тяжёлый взгляд и потирает своё запястье. Он понял — не расскажет, его заставят. — Официально — да. — говорит тихо, так, словно их подслушивали. — Но они… Они пришли уже… «мёртвые». Я просто не смог их спасти. — В смысле?       Психолог снимает своё кольцо и несколько минут разглядывает его. — Их сознание было уничтожено, полностью. Не было ни кусочка, по которому можно было восстановить, воскресить… — он надевает обратно кольцо. — Я был в этом белом халате. Тогда… — ему явно было тяжело говорить об этом. — Я услышал крик Лидии: «халат, опять белый халат»! После этого они убили друг друга. — он нервно выдохнул. — Я не успел поймать пули.       Несколько минут в доме царит мёртвая тишина. Она сжимает горло Фиби, но девушка находит в себе силы спросить. — Суперпрезидент знает?       Он переводит на неё взгляд, в глазах его читалось всё: страх и бесстрашие одновременно, искреннее непонимание и волнение. С последним он кое-как справляется и говорит без запинок. — Конечно знает, — психолог нервно хохотнул, — а кто по-вашему сделал эту версию «официальной»?       Эдди коснулся лба Барбары и Линка, вокруг них образовалась золотая сфера. «Сумасшедшие» медленно поднимались, и когда расстояние между землёй стало чуть больше метра — остановились. Сандермэны знали, что Эдди погрузил их в летаргический сон, поэтому не удивлялись. Фиби подходит к психологу ближе, Хэнк встаёт за дочерью. — Я не знаю почему они умерли. Не успел понять, поэтому и спасти не смог…       Фиби поднимает голову и кричит: — Макс, ты слышал? Крутисон соврала! Эдди Болт невиновен!       Сказала она это для того, чтобы успокоить себя, не ожидая при этом ответа.       Свет заморгал, и по спине каждого пробежал холодок. Словно призрак, голос Макса мрачной тучею охватил дом. — Слышал.