Часть 5. Сладкой нугой растеклось по душе блаженство

- Я хочу кое-что тебе сказать. Эта фраза может значит всё что угодно, хотя я и догадывалась в замысле. Сжимаю в руке замусоленную мною салфетку и киваю, разрешая. Кажется, проходит вечность, когда я ожидаю конца его размышлений. Моссес долго подбирает правильные слова, смотря в сторону. - Айда. Я долго сомневался в том, стоит ли это говорить. - пауза. - Мне очень дорога наша дружба с тобой, и, признаюсь, я испытывал большой страх перед тем, чтобы сказать. - он снова делает паузу, поднимая на меня свой взгляд. Моё сердце бешено колотится. - Я тебя... Я тебя люблю. Люблю твой звонкий голос, тёмные волосы, зелёные глаза, руки... Я могу бесконечно перечислять о том, как ты мне близка. - мужчина немного напрягается. Я пребываю в ошарашенном состоянии, не в силах выдавить ни одну фразу. - Но я хочу знать и о твоих чувствах. Если это не взаимно - я пойму. Мысли бессвязно метаются между "да", "нет", "дай мне время на раздумия"... Собрать себя в кучу казалось непосильной задачей. Неловкость снова давит, отягощая нас обоих. А ведь правда. Я считаю, что он привлекателен, даже очень. И не только в плане внешности. Его характер и отношение ко мне каждый раз вызывали ранее непонятный румянец на щеках, а теперь всё стало гораздо, гораздо ясней. Я судорожно вздохнула, сжимая в руке ножку бокала и осознавая мысль, проскользнувшую мгновение назад: "Твой усталый взгляд, Фрэнсис, мне стал в тысячи раз роднее чужих, незнакомых". Да. Это была неосознанная, крылатая влюблённость, дававшая энергию на то, чтобы оставаться здесь. Оставаться ради него. - Фрэнсис. - в его глазах появляется проблеск надежды. Трудно не умилиться подобной реакции. - Я тоже. - Что... Тоже? - с замиранием сердца спрашивает он, сам не замечая, как придвигается ко мне ближе. Он открылся передо мной прямо сейчас, протягивая свою душу на ладони. - Пожалуйста, отве- Успеваю быстро сориентироваться, хватаясь за его вновь свесившийся галстук и притягиваю мужчину к себе, затягивая в очередной поцелуй. Он облегчённо выдыхает, издавая непонятное, сдавленное мычание. Смешанный вкус вин дурманил разум. Лёгкое алкогольное опьянение воздействовало на меня прибавлением смелости. Мы обменивались своей любовью друг с другом. Мир сузился до одного столика в баре и нас двоих, занятых взаимной лаской. Благо, мы находились подальше от непрошенных взоров других посетителей. Кровь стучала в ушах, приглушая посторонний шум. Как же хорошо. Я отпрянула от него, гладя по шероховатой щеке. Улыбка на наших губах обрела новые смыслы, расцветая радостью. Теперь всё казалось таким понятным... Понятным только нам. - И я тебя, Фрэнсис. - нетрудно догадаться по тому, как он оживился, по-щенячьему счастливо глядя на меня, что Моссес вот-вот вознесётся на седьмое небо от осчастливившего его признания, наполненного моей правдой. - Мне сложно, даже невозможно перестать думать о тебе. Каждый раз, возвращаясь с работы, я надеюсь, что ты попадёшься мне где-нибудь по дороге. Я не жалею ни об одной минуте, проведённой с тобой. - груз из души улетучивается. Понимаю, что эти слова было очень тягостно держать внутри. Тихие перешёптывания, затяжные поцелуи, совсем не случайные касания - общим словом, романтика, была нашей напарницей весь этот вечер. Я была готова взлететь, оторваться от земли, так было легко, чисто на душе. Губы распухли от терзаний неравнодушными чувствами. Свечи вокруг нас, казалось, свыклись со своим положением, а огонь застенчиво дрожал при наших неровных вздохах. В этот раз я настояла на том, чтобы я смогла оплатить за себя. Устоять перед моей просьбой молочнику было тяжело. Теперь немногие победы бывают и на моей стороне. Славно. Фрэнсис, сопровождая меня весь путь обратно, практически ничего не говоря, придерживал меня за талию, нежно оглаживая мягкий изгиб. Незамысловатые, щекочущие касания губ он оставлял на моём лице, плечах. Когда мы подходили к зданию, к нам подошёл маленький, тёмный силуэт. Пушистая тёрлась о ноги, и я в ней смогла распознать Рею. Маленького, хитрого наблюдателя, который будто и так понимал, чем закончится это свидание. На её подлизывания у мужчины вызвался искренний смех, заполнявший мою душу блаженством. Он взял её на руки, а я прижалась к Фрэнсису боком. Снова целует меня на прощание, но уже не в ладонь. Он оттягивает момент прощания, не желая отпускать меня. Замечаю, как дыхание его стало чуть тяжелей, а взгляд туманней. Нехотя, он удаляется в свою комнату, устало улыбаясь. В последующие дни он был крайне осторожен со мной, боясь чего-то. Я старалась не зацикливаться на этом из уважения после того раз, как решилась поинтересоваться в его поведении: - Фрэн, что-то стряслось? Ты ведёшь себя в последнее время так, будто что-то утаиваешь от меня. Ты можешь спокойно рассказать мне об этом, я всегда буду готова выслушать тебя. - его взгляд мечется из стороны в сторону. Хмурюсь. Волнение за любимого звеняще гремит. - Всё в порядке, не беспокойся. - он максимально старается избегать этой темы. Мне не то, чтобы обидно. - Точно? - уверенности его ответ не вселял. Я надеюсь на точный ответ. - Точно, Айда. Все дела в норме... - выдыхаю, пожимая плечами. Если он не готов пока мне говорить о чём-то, то это нормально. Но то, что он, возможно, не доверяет мне пока полностью, слегка огорчает. Но первая же неделя наших отношений так же была насыщенна нашей всеобъемлемой, общей любовью, заботой в простых действиях, молчаливым взаимопониманием. Между нами не было той близости, о которой многие могут подумать. Пока что, нам хватало и непринуждённых разговоров, обмена мнениями и совместным времяпрепровождением в ресторанах, в гостях друг у друга, прогулках в различные места. Он встречал меня с работы, пользуясь предлогом о ежедневной доставке положенного молока лично мне, а я была только за. Моссес тоже свыкнулся со своенравной Реей, которая сразу приняла его. Благословение этого существа заполучали только избранные, ведь соседей она обходит стороной, презрительно фыркая на их желание погладить её. Как знать, что за жизнь она ведёт за пределами апартаментов. Может, у неё тоже был свой роман? Смеюсь от этих мыслей, но не отрицаю. Каждый раз, доходя до страсти, мы останавливались на самой грани, обходясь лишь поцелуями, по моей просьбе и по его пониманию. Он не торопит события, выжидая столько времени, сколько мне понадобится для того, чтобы я позволила нашим отношениям взойти на новый уровень. Но все мы люди, и иногда бывает, что даже Фрэнсису бывает трудно удержаться от поглаживания девичьих бёдер.