Раскаленный воздух

      Реммао был необычайно спокоен. Сидя на краю стола, он задумчиво доедал лепешку. Неторопливо пережевывая и, останавливаясь всякий раз, когда придвигал свиток ближе к глазам. Даже внешне он сегодня был другим — волосы были полностью расплетены, почти белое схенти перечеркивало плавной линией смуглое тело. Неизменными были лишь золотые ленты — они скрепляли одеяние и спускались змеиным изгибом на спину. Светлая ткань еще больше оттеняла его лицо, возводя острые черты в храмовый барельеф. В однообразном ритме он отсчитывал пяткой высокой сандалии по ножке стола ход своих мыслей, распределяя их лишь в ему понятном порядке. Искоса бросив мимолетный взгляд на тихо вошедших учеников, уточнил: — Дия где? Переглянувшись между собой в поиске кто возьмет ответ, Рэймсс бросил шёпотом «ты с ней живешь» и проследовал к своему месту. — Должно быть скоро будет, — вымолвила Эва в надежде, что подруга не подведет и все-таки доберется до храма.       Реммао безучастно хмыкнул и небрежным жестом отбросил свиток на стол. Тут же передумал и аккуратно свернул его, сложив поверх остальных. — Тогда начнем без нее. Давайте сегодня еще раз обсудим ритуал закрытия, — ухватившись взглядом за точку на полу помедлил, — при работе в парах. Кто за что отвечает, если один становится, скажем так…не совсем…в себе.       Эва, склонив голову, внимательно следила за тем как Реммао медленно обходит стол, растягивая слова на ходу, будто подбираясь к чему-то более объемному. Внутри нее трепыхались вгоняющие в краску слова о зажимании по углам с его младшим братом и последующий внезапный поцелуй этого же младшего брата, что вызывал столько вопросов и жар в ладошках. Девушка вытерла их на всякий случай о ткань юбки прокручивая навязчивую идею, что Реммао мог поцелуй видеть и теперь готовит для них пронзительную лекцию о вреде отношений и невозможности пар у шезму. Она слышала об этом столько раз, что долгое время все исправно работало и, каждый раз взглянув на Рэймсса, у нее не было и мыслей дотронуться до его щеки и тем более провести по ней…носом. Но на этой мысли перед ее носом опустился папирус с уже написанными наполовину ритуалами из опыта работы и с мертвыми и с живыми. — Эвтида, тебе ясно задание?       Испугавшись осознанию, что она перестала в какой-то момент слушать наставника и теперь глядит на его насмешливое выражение лица, Эва лишь крепче сжала калам. Реммао вздохнул и совершенно неожиданно нежно провел ладонью по ее макушке: — Допиши восхваления по памяти и сдашь мне. «Вы перегрелись вдвоем с утра с братцем?» — промелькнуло в ее голове, но ответила лишь тихое, — поняла. — Великолепно, вот бы всегда меня все понимали.       Взглянув на равнодушно раскладывающего на столе письменные принадлежности Рэймсса, Эва поморщилась — будто и не было ничего. Она подтянула ближе сумку и дрожащей рукой вытянула маленький свиток. Согревая его теплом кожи, она не решалась переложить папирус на стол — если заметит Рем, то влетит не только ей, но и младшему, ведь его почерк он узнает из тысячи иероглифов. Не то, чтобы ей было жаль наглого некроманта, но на губах еще ощущалось его мягкая улыбка. Может он специально это сделал, чтобы я его не сдала?       В ожидании, что виновник мыслей прочитает ее немой вопрос на расстоянии, она повернулась в его сторону. Он не сразу заметил обжигающий взгляд и требовательно вздернутые брови.       Насмешливо улыбнулся слегка повернув голову и вернулся к задаче. Но через мгновение он тяжело вздохнул и калам в его руке остановился. Рэймсс выбрался из-за стола и под внимательным взглядом Эвы подошел к брату. Усевшись на край стола, заговорил: — Ты не можешь передать кое-что Нейт?       Реммао поднял удивленный взгляд и, спихнул младшего со стола, вытягивая из-под его бедра край свитка: — Нет. — Почему?       Наставник склонил голову и внимательно оглядел лицо брата словно видел впервые: — Потому. — Ты же заказ будешь забирать…       Расценив просьбу Рэймсса как помощь, Эвтида не привлекая внимания развернула свиток и, разровняв ладошками, спрятала под большим папирусом. Тихого разговора хватило, чтобы заглушить шелест и биение ее сердца. — И что, что я буду забирать заказ? — Ну, так отнеси…будь добр. — Сам отнеси, я тебе не посыльный. Тем более далеко. — Раньше это не было проблемой, — еле слышно ответил Рэйм и встретил один из тех гневных взглядов, что не сулили ничего, кроме звонкой оплеухи. Но он был подготовлен и заранее сделал пару шагов назад.       Развернувшись, Рэймсс направился обратно и взглянул на Эву, в попытке понять распознала ли она его разговор как попытку ей помочь. Это выглядело совершенно бессмысленно с учетом, что помощь не понадобилась бы, не придумай он ей наказание и уступив своей гордости, предложил бы отступить от спора. И как только он уловил ее взбешенный взгляд, он понял — она уже прочитала.

***

      «Реммао, я давно хотела тебе сказать о своих чувствах. Как только ты принял меня в свои ученики, меня не оставляла надежда, что я стану лучшей во всем. Нет больше сил отрицать, что моя нежность к тебе рвется наружу и видеть тебя каждый день становится пыткой. Любуюсь тобой стыдясь своих мыслей. Мечтаю, что ты меня заметишь — все мои старания нацелены лишь на то, что ты будешь мной доволен. Я пишу это потому, потому что хочу знать есть ли у меня шанс? Подари мне лишь немного своего внимания, лишь легкий как ветер поцелуй и прими меня, либо сожги этот свиток и позволь обучаться дальше»       Эва перечитывала строчку за строчкой, водила пальцем по аккуратно выведенным знакам. Лишь одна строчка была зачеркнута, но обведена поверх повторно — «легкий как ветер поцелуй»… «Вот же осел!» — подумалось ей в момент, когда она почувствовала пристальный взгляд того самого «осла». Повернув голову, она вцепилась в черные как смоль глаза, что внимательно изучали ее реакцию. В этих глазах не было той нежности, что мелькнула перед поцелуем, который и вовсе теперь казался выдуманным, не было и капельки сожаления. Рэйм смотрел на нее с легкой полуулыбкой, которую хотелось убрать с лица мокрой тряпкой, которой служители вытирали столы. Эвтида поерзала и вновь пробежалась по записке. Укрывшись рукой от Реммао, что погруженный в собственные мысли, чистил перо калама тонким кусочком дубленой кожи.       «Реммао, я давно хотела сказать о своих чувствах» — торопливо выводила Эва стараясь поскорее избавиться от неловких слов, что звучали как признание в любви, да почему же как. Она никогда не рассматривала наставника как чувственный интерес, хоть и отмечала, что он необычайно хорош собой. Лишь однажды, на парном заказе, он притянул ее ближе укрывая от патруля в глубине темной улицы. Наклонившись прошептал тихое «потерпи» и, обхватив горячей ладонью за бок, еще крепче приблизил к своему телу. Почесав от упавшей на нос пряди волос наставника, она услышала еле слышный короткий смешок, который глухо отразился в мужской груди, что была так тесно прижата к ее спине. От страха девушка не сразу оценила преимущество темноты, что скрыла смущение и лишь Реммао казался совершенно безучастным.       «Вот бы и сейчас боги направили сюда бурю, ночь и ураган…желательно все вместе» — Эвтида, ты закончила? — выдернул из воспоминаний голос наставника.       Заколотившееся сердце ответило громче, чем голос Эвы, что добела сжимала в руке калам: — Нет, еще немного.       Реммао сощурившись смерил ее пронзительным взглядом, изогнув в привычном жесте бровь и, поверив на слово, отвернулся.       Добравшись до строк с просьбой внимания, Эвтида отчаянно всхлипнула, понимая, что такие шутки Реммао не оценит — в лучшем случае лишит заказов, в худшем — запретит обучаться. Мысль о том, что возможно этого Рэймсс и добивался прошибла насквозь, может и поцелуй был лишь потому, что так он прощался. Но, Рем же обучает их не по своей воле, но что мешает заменить ее другой ученицей? Словно бродячие псы, хаотичные догадки терзали голову. Эва как можно тише положила перо на стол. Неотрывно наблюдая за наставником, она скомкала свиток с ее наказанием и спрятала в недрах сумки. Незаметно подняться бы не вышло и под старательно равнодушное: «чернила закончились» прихватила далеко не пустую баночку и стремительным шагом направилась в сторону Рэймсса.       Он встретил ее ухмылкой: — Ты что-то взволнована, случилось может что?       Проверив не смотрит ли на них Реммао, Эва процедила через зубы: — Не хватает чернил, не могу дописать задание.       Рэймсс осторожно вытащил из ее пальцев глиняный пузырек и поболтал его в руках оценивая остатки. Когда черная жидкость от взбалтывания перелилась каплями ему на руку, он тихо выругался: — Исфет, Эва. Могла бы просто подойти без причины.       Девушка не сводила с него упрямых глаз в надежде на то, что он выдаст свой истинный замысел: — Может ты мне объяснишь немного задание? — Ты же сказала, что тебе все понятно, — по-змеиному прошипел он в ответ. — Ох, оказалось не все, не могу понять для чего это точно надо? Что я получу в итоге? — Это зависит от того как ты справишься. — Арггх, Рэймсс! Говори прямо! — не удержалась Эва от насмешливого тона соперника и в отчаянии хлопнула ладонью по столешнице.       Рэймсс попытался перехватить ее руку, чтобы уберечь от излишнего внимания Реммао, но не успел. Тут же встретился с метнувшимся к ним хищно сверкнувшим глазам брата. Рем склонил голову будто ястреб выискивающий добычу, сузил глаза: — Эвтида, а теперь ты закончила задание?       Плечи девушки вздрогнули от осознания, что она выдала свое волнение и, не поворачиваясь, бросила торопливое: — Нет, наставник!       Реммао качнулся на стуле и резко поднялся. — А я думаю, что все же уже закончила. Ты же способная у меня.       Эвтида двинулась ему на встречу в надежде успеть перехватить папирус, она была не готова еще. Да и будет ли готова? — Реммао, еще пару строк, — умоляюще сказала она ухватив пальцами лишь воздух, — прошу.       Рем отвел тонкую руку Эвы и мягко улыбнулся: — Ну, Эва. Ты же не будешь со мной драться?       Эвтида часто задышала. В попытке успокоить сердце она села на край скамьи и, сжимая ткани юбки, посмотрела на Рэймсса в надежде, что он передумает и она не будет позориться глупой выходкой перед Реммао. Да лучше бы он загадал выкрасть расписание охотников из эпистатских сундуков, там хоть не пришлось бы смотреть в глаза тому, кто дал тебе работу и обучение. Рэймсс не сдался и, прикусив нижнюю губу, которая еще совсем недавно касалась ее кожи, с интересом наблюдал за происходящим. Даже сел поудобнее, подперев голову рукой.       И вот оно — Реммао еще раз ухмыльнулся и опустил глаза в свиток. Пробежал глазами по спешно выведенным буквам и хмыкнул. От его «хм» Эва еще крепче вцепилась в ткань? сминая ее побелевшими пальцами. Сердце пропускало удар за ударом проваливаясь все ниже. Взгляд ее замер на крошечной точке на полу и зацепился за нее как за спасение от стыда, что разливался по коже.       Брови Реммао поползли вверх словно он не сразу понял прочитанное. Отогнув край папируса, он потер пальцем лоб и, испугав до жути Эву, крикнул: — Дия, не вздумай даже уйти!       Сердце Эвтиды окончательно рухнуло в Дуат, она резко обернулась и заметила стоящую в проходе подругу. А также Рэймсса, чьи жесты и выражение лица застыли в немом совете Дие убраться подальше от гнева наставника. «Рэйм решил от нас двоих избавиться сегодня?» — промелькнуло в голове Эвы. — Я не собиралась уходить, я за водой, — тихо ответила Дия обходными путями добираясь к своему месту. — С сумкой? Ты меня доведешь до греха, я тебе обещаю, — рявкнул Реммао.       Он взглянул на свиток в своей руке, осторожно свернул его выравнивая края и вернул свое внимание к широко распахнутым глазам Эвтиды. Девушка почувствовала поступающую от волнения тошноту и открыла рот, чтобы сказать хоть что-то в оправдание, но оно погибло даже не зародившись.       Реммао сощурил глаза и? улыбаясь самой нежной из своих улыбок, медленно склонился ниже. Его волосы коснулись плеча девушки и он тихо произнес: — Эвтида, задержись после занятия, мы обсудим с тобой это… Он не договорил, лишь погладил успокаивающим нежным жестом ее запястье и резко отстранился. — Рэймсс! Объясни Дие задание, у меня нет желания повторять одно и тоже.       От внимания младшего некроманта не ускользнул нежный жест брата в сторону той, кого он совсем недавно рискнул поцеловать без спроса. Но видеть ее реакции он не мог за склонившейся фигурой Рема и от того почувствовал легкое раздражение. Только он не мог понять от чего — от неожиданного укола ревности или от своеuj глупого желания доказать ей, что он не такой хороший как ей могло показаться и сближаться с ним не стоит.       «Но зачем тогда поцеловал? Ведь хотел этого давно и даже совсем немного мечтал, что сможет повторить этот наглый трюк. Определись же!»       Рэймсс задумчиво постучал пальцами по скамье, шумно выдохнул и склонился над заданием, хотя бы оно было более понятным, чем мысленные головоломки. Эва же зло и бездумно оставляла отрывки заклинаний на папирусе, чтобы сдать Реммао настоящее задание. Ей казалось, что весь храм слышит ее сопение. Подбирающиеся слезы она вытирала краем накидки не заботясь о пятнах и стрелках, что окончательно были размазаны. Она хорошо понимала, что соглашаясь на спор с Рэймссом, в случае проигрыша, ей грозит наказание. И оно будет едким и вызывающим, но она и помыслить не могла, что он далеко ходить не будет и бросит ее прямиком на съедение старшему брату. Всхлипнув, она попыталась в очередной раз сосредоточится на тексте, но уткнулась взглядом в кружку, что опустилась на стол. — Что случилось? — встревоженная Дия осторожно коснулась руки подруги и подвинула глиняный кубок наполненный водой, — вижу же, что расстроена чем-то и ушла так рано.       Эва криво улыбнулась и, шмыгнув носом, припала к воде. Она и не догадывалась, что может так сильно хотеть пить из-за волнения и потому с благодарностью посмотрела на девушку. — Кто-то обидел? — шёпотом спросила Дия и заметила как взгляд Эвтиды на мгновение метнулся в сторону. — Так, вставай, пойдем подышим! — Раскаленным воздухом? — криво усмехнулась Эва, но, прихватив остатки воды, поднялась вслед за подругой, что лишь пожала плечами на ее вопрос. — И куда это вы?! — громкий голос наставника догнал девушек у выхода. — В уборную, — без раздумий ответила Дия, — воды много выпили и нам надо… — Исфет, избавь меня! — Реммао прикрыл глаза ладонью осознавая как глупо прозвучал его вопрос и подругам на мгновение показалось, что наставник покраснел. — Сам спросил, — буркнула Дия и, ухватив за руку Эву, настойчиво потянула за собой.

***

      Завернув за угол, где притаилось мраморная стена, в которой еще недавно Эва и Рэймсс разглядывали его прическу, Дия остановилась. — Рассказывай, ты сама не своя.       Эвтида прислонилась спиной к прохладной поверхности и прикрыла глаза. Она знала, что Дия терпеливо даст ей время собраться с мыслями, хоть терпение ей и не было свойственно, но она всегда очень старалась, когда ждала от подруги откровения. Эва не хотела говорить про спор, но чувствовала потребность поделиться отравляющими ее сердце переживаниями за все последние дни. За тем, что терзало и беспокоило. Ей хотелось, чтобы хоть кто-то ее успокоил и сказал, что нет ничего зазорного в том, что всего за пару дней ее чувства к тому, кто был совсем недавно всего лишь другом, зацвели и перевернули ее привычное спокойствие. Или, даже пусть наоборот — пусть осудит и скажет, что это все блажь от того, что она так долго не подпускала никого так близко. И ей тогда будет быть может проще отпустить его и вновь отдалиться. Они же шезму в конце концов, так будет лучше для них двоих. Определенно лучше. — Он меня поцеловал, — тихо произнесла Эва и открыла глаза. Дия молча стала рядом с подругой, скрестив руки на животе. — Хм.       Эва попыталась разгадать загадочное хм, но Дия продолжила: — А почему ты тогда так расстроена? Силой?!       Эвтида вспомнила растерянный вид Рэймсса перед поцелуем и свою досаду от того, как быстро он отстранился в смиренном ожидании принять пощечину или удар в плечо, и невольно улыбнулась. — Нет, не силой, что ты! — Обидел чем-то или сделал вид, что не было ничего? Иль рассказал кому? Мы тогда придумаем как отомстить. На лбу Эвы пролегла морщинка и она растерянно пожала плечами. Дия накрыла пальцами руку подруги: — В поцелуе нет ничего плохого, раз ты говоришь, что не силой. Он, даже красив, я бы сказала, хоть и характер скверный. — Мг. — Шезму только, — еле слышно продолжила Дия и, перейдя на еле разборчивый шепот добавила, — хотя, кто бы говорил. — Мг. — Но запретный плод сладок, понимаю. Эва тяжело вздохнула в подтверждение ее слов. — Старше правда, но и это могу понять, для чувств нет преград. И как же целуется наш наставник? — Что? — выпалила Эва ошарашено глядя на подругу. — Что? Лишнее спросила? — Причем здесь наставник?       Дия отодвинулась от стены и, закатив глаза вверх, попыталась вспомнить начало разговора. Посчитав попытку бесполезной, вернулась взглядом к нахмурившейся Эвтиде: — Ой, ты не про Реммао? — Дия, нет же! Как ты вообще пришла к этой мысли? — Эва нахмурилась и растерла лицо руками. — Он с тебя глаз не сводит сегодня, вот я и решила… — девушка запнулась в своей догадке, которая непостижимым образом затерялась в ее размышлениях, — Сет меня раздери, Рэймсс? — Тссс, — зашипела Эва ухватившись за руки подруги, умоляющим взглядом призвала ее к тишине, нерешительно соглашаясь, — Рэймсс. Дия нахмурилась еще больше: — Не могу сказать, что меня удивило бы больше — наш нелюдимый наставник или его чуть менее нелюдимый братец, который посчитал выражение «Дия, сегодня ты выглядишь чуть свежее, чем вчера» - комплиментом. Ну, так как?       Эва нервно засмеялась и погладила кончики пальцев подруги: — Ты ужасно поддерживаешь, — чуть помедлив, тихо ответила, — для глупого некроманта сойдет. — Тогда что тебя расстроило? — Дия вернула девушку к причине разговора. — Я тебе расскажу вечером, может быть.       Дия еле заметно цыкнула, но смирившись, что придется ждать до вечера в лучшем случае, стала поправлять волосы. Эва развернулась вслед за Дией к темному мрамору и, запихнув непослушные пряди волос обратно в прическу, посмотрела в отражении на подругу: — Это же надо было додуматься… Реммао.       Дия тряхнула кудрявой копной и весело рассмеялась: — Да пойди разбери, что у этих братьев в голове. Пойдем, а то Рем меня скоро с головой сожрет. Улыбаясь, Эва взяла подругу под локоть и под шелест ткани из юбок, сказала тихое: — Спасибо.

***

      Вернувшись в зал под хищными, направленными из-под бровей, взглядами братьев, что выдавало в них неоспоримое родство, Эва немного расслабилась. Бестолковый, как казалось разговор с Дией, дал ей маленькую надежду, что ей будет с кем поделиться, если все будет катиться в пасть Апопа. И, хоть подруга была ужасной болтушкой, но почему-то Эва была уверена, что обсуждения сердечных переживаний останутся между ними.       Ей на короткий момент даже показалось, что она и вовсе излишне переживает, пока тишину зала не разрезал голос наставника: — Свободны.       Реммао неспешно скручивал папирусы с заданиями, оставляя на столе тот самый, с признанием. Со звонким ударом браслетов о каменную поверхность перед ним на край стола уселся младший брат. Рэймсс будто случайно скользнул взглядом по знакомым ему строкам, но успел лишь ухватить «Реммао, я давно хотела тебе сказать…», когда перед его глазами опустилась рука старшего. Длинная кисть закрыла, почему-то резко ставший неприятным, текст. — Чего тебе? Можешь идти, я задержусь еще. — Надолго? Я подожду. — несдержанность в голосе выдавала сомнения и вредное любопытство. — Надолго, не жди.       Рэймсс нахмурился и, откинув косу за спину, оглянулся на Эвтиду. Девушка положила подбородок на вытянутые руки и смотрела строго перед собой, будто примирившись. Примирившись со всем. Рэйм шумно сглотнул и вернул внимание к брату: — Уверен? Я могу подождать и вместе зайдем к Нейт.       Раздраженно выдохнув, Реммао вновь столкнул младшего со столешницы. — Иди, Рэймсс, не отвлекай. Стой! — Рем задержал брата будто только осознав, что услышал — К Нейт то тебе зачем?       Рэйм похлопал по сумке, напоминая о просьбе: — Отнесу заказ, ты же отказался помочь. И она обещала мне пирог с рыбой, если зайду. Реммао цыкнул: — Нахлебник. Не наглей там.       Рэймсс также цыкнул в ответ и, бросив последний тревожный взгляд на Эву, что так же равнодушно изучала воздух перед собой, покинул храм.