Часть 3: кровь и звон

Прошло три дня как Анемо Архонт, фенек и Диона находились в пустыне. Они выживали как могли, лису было тяжелее всего, но он старался не показывать это. Беспощадная жара оставалась даже в отсутствии солнца. Тигнари раздобыл воду на троих за что бард его глубоко отблагодарил. Троя весь день особо не трогали друг друга чтобы подумать насчёт плана, ведь это не самое простое дело. Вдруг, фенек снова услышал взрывы, от чего он опустил уши прикрыв их от звона. Что странно, стреляло не в сторону Сумеру, а где-то возле Мондштадта. Троица посмотрела на верх, заметив как что-то вылетает из логова ужаса Бури, и увидели Анемо дракона. Тигнари начал перебирать имена остальных драконов, кто же это может быть, как вдруг, его тихую речь перебил бард. — Двалин... — тихо произнес поэт ветров, из-за чего его эмоции начали набирать обороты в злобу к небесному порядку, и одновременно в страх за лучшего друга. Бард решил не вмешиваться в это, и отвёл голову в сторону чтобы не видеть этого ужаса. Он только поторопил двух на то, чтобы они уже отправились в Фонтейн, да поскорее, и разузнать что да и как. Взрывы с неба не прекращались, было слышно отчаянное завывание дракона, что пытался противостоять белоснежному небесному Дворцу. Хотели уже троя отправится в регион справедливости, как вдруг, ещё один масштабный взрыв послышался с неба, и рев дракона который начал затихать. Двалин пал, Анемо дракон начал падать вниз, где начинался Ли Юэ. По телу поэта прошёлся холод от увиденного, а на лице появились небольшие капли слёз, которые он тут же смахнул. Тигнари же увидев выражение лица барда встревожился, ведь примерно понимал... Насколько много значил ему дракон, и именно поэтому, он рванул туда, куда упало масштабное тело дракона. Это было рискованно и опасно, но ради нового знакомого, а уж тем более... Анемо Архонта, собой пожертвовать не страшно. Лис услышал отчётливые быстрые шаги, что пытались умчаться за бывшим учёным. Он обернулся, а это был темноволосый с косичками. Фенек его предупредил чтобы тот был осторожен. Диона судя по всему ради безопасности осталась в пустыне, вот и хорошо, там же не стреляют, ей же безопаснее. Бард и ушастый в это время уже шли по разлому, их путь скорачивали потоки ветров которые периодически пускал бард чтобы они быстрее прибыли к месту назначения. Они разговаривали о всяком, о профессии, о прошлой повседневной жизни, обо всём, что творилось до восстания Селестии. — а ты кем являешься вообще? Что ты делал до всего, что произошло? — с интересом спросил ботаник. Поэт улыбнулся кончиками губ и ответил: — бардом, самым обыкновенным бардом, и самым я думаю интересном, ведь обо мне ходило кучу сплетней по городу, в каждом углу, в каждом переулке, в каждом закоулке, да и в принципе, хаха! На самом деле, я этому даже рад я думаю, ведь когда люли говорят о тебе, значит они в тебе заинтересованы, будь то плохие, то хорошие сплетни. Я не должен в это вмешиваться, по крайней мере, прав я на это никаких не имею. Тем более, если я сделал что-то, что может людей раздражать или не нравится, я тем более не должен вмешиваться, это исключительно их мнение, я не могу лишать их этой свободы, как никак... А так, о повседневной жизни помимо этой, я иногда бывал в Таверне. Моры не всегда хватало на то, чтобы обеспечить себе алкоголь, поэтому... Вне трезвом состоянии я всегда старался убежать да поскорее от господина Дилюка, дабы смачно не получить по лицу за неоплаченные напитки. Я понимаю что я поступаю неправильно... Но что не сделаешь ради такого. — закончил поэт. И продолжил: — а ты? Что у тебя было? — спросил он посмотрев на фенека. Лис задумался и ответил: — может я уже говорил, а может нет, но я являлся стражем леса Авидья, это была моя профессия, следить чтобы всё было хорошо, особенно с неосторожными искателями приключений, что так и наравят съесть какие-нибудь на вид красивые но ядовитые грибы. До этого, я учился в Академии, и годился на роль хорошего ученого, меня хоть и просили остаться там преподавать, но... Такое предложение мне не по вкусу, я больше предпочитаю свободу действий, да и мне нужна более тихая атмосфера, как в лесу, а среди толпы людей тишину найти очень трудно. Когда я стал стражем леса, помимо этого, я наставлял одну девочку, с бесчисленным количеством травм, что в теле, что ментально. Честно не знаю как она там, но очень надеюсь что она в порядке. Если говорить открыто, я тоже любил приходить в таверну, выпивать... Но старался этим не злорадстовать, ведь я должен быть трезвым и в хорошей форме, чтобы мне спокойно можно было доверять большую ответственность. — закончил фенек. Походу поэту было интересно слушать рассказ лиса, они аж успели дойти до Ли Юэ скоротав время. — большая ответственность это хорошо, показатель того, что человеку спокойно можно доверить что-то, что другим доверить было бы сложнее, помимо этого, это ещё и показатель того, что человек заботливый, и умеет правильно обращаться с людьми, и это замечательно. — произнёс поэт ветров. Ушастый немного улыбнулся посмотрев на барда. — быть свободным в действиях и иметь холоднокровие и спокойствие к ситуациям, которые частично тебя касаются тоже надо иметь, а уж тем более наслаждаться простыми вещами, и ведь даже не каждый взрослый способен на такое. — произнёс фенек сложа руки крестом на груди. Хвостатый заметил как они уже на месте. — ну вот мы и пришли... — тихо сказал лис подходя к телу дракона. Земля под ним разбилась, то то и оно, дракон не маленький и не лёгкий. Был образован гигантский кватор. Ботаник опустился туда и проверил жив ли Двалин вообще, ведь тогда, будет шанс его спасти. Проверив наличие дыхания, фенек убедился что дракон ещё жив, и принялся лечить его снадобьями и зельями. Конечно надежда на то, что это как-то ему поможет не велика, но надежда умирает последней. Вскоре, бывший учёный закончил с этим, и услышал не громкое рычание, хотя для него оно было вполне громкое.. И когда бард его тоже услышал, он посмотрел в сторону дракона, а затем на юношу. Резко, дракон шевельнул лапой, и второй, а затем встал на все четыре лапы, и посмотрел в сторону ушастого. Тот смотрел прямо в морду дракона, а дракон на него, а затем, огромный ящер поменял направление своего взора, и глянул на поэта что сиял от счастья от того, что его друг жив, и Двалин тоже был его рад видеть. Дракон поблагодарил лиса за спасение, и спросил, как он может им помочь, ведь теперь он у фенека в долгу. Тигнари задумался и дал быстрый ответ. — ты бы мог помочь нам противостоять небесному порядку? — спросил ушастик. Двалин опустил голову в раздумьях, и согласился. *** Прошло четыре часа, и Диона всё ждала и ждала когда же уже вернуться двое по её словам "бездельников", как тут же над её головой пролетел огромный дракон, так низко, что аж поднял песочную бурю и чуть не снёс головной убор кошки. Та взбунтовалась и ругала дракона вслед, когда он приземлился, но Двалин её не слышал, и наверное хорошо...