Запись 254. 6 января 2025 года, понедельник Карс, Турция

Стараюсь мыслить разумно и не огорчаться, но не могу. Хотя бы будучи в одиночестве я же могу не сдерживать слезы? По решению руководства, меня отстранили от дела. Понятный и предсказуемый в целом шаг. Пожарные сдали свой отчет, и новость, что на меня скорее всего было совершено покушение, естественно, быстро дошла до вышестоящего начальства. В такой ситуации продолжать заниматься расследованием убийств мне никак нельзя. Из Анкары уже приехал новый следователь, Курт Йылдырым. Его вызвали из-за большого внимания прессы к этим делам. Я передала ему все документы, которые нам удалось собрать, и поделилась некоторыми соображениями. Этот опытный прокурор похвалил меня за такое скрупулезное отношение к делу, но это не помогло утешить меня: я расстроилась - и лично, и профессионально, мне казалось, что я нащупала что-то, что может привести меня к разгадке, и вот теперь я должна отступиться. Дениз, как комиссар, сказал, что будет стараться держать меня в курсе дел. Но я заметила, что он ведет себя немного странно, как будто смущается и что-то не договаривает. То ли от его личного отношения ко мне, то ли от внимания руководства и прессы к убийствам, его поведение изменилось. В итоге на работе мне навязали небольшой отпуск для восстановления здоровья после пожара, и посоветовали съездить к родным в Стамбул. Так что вся эта доброта происходит скорее, от того чтобы держать меня подальше от Карса и расследования. Естественно, я никуда не поеду, но возможностью взять паузу, воспользуюсь. Дело ведь не только в убийствах, но и в Кенане. Мне нужно как-то пережить его возвращение, привыкнуть к мысли, что он рядом. А он, кстати, все время рядом. Еще вчера я заметила “Тойоту”, которая все время следует за мной. Когда я была в доме на улице Гейдара Алиева, когда посещала больницу, когда ездила в пожарную часть, я везде видела ее. Уверена, что за рулем - Кенан. И вот сейчас, когда я собираю свои вещи в прокуратуре, я вижу эту машину на противоположной стороне улицы. Что мне со всем этим делать, я пока не знаю. Нужно посидеть, и спокойно, без суеты поразмышлять не сколько о прошлом или будущем, сколько о настоящем, в котором не пойми что творится.