Запись 259. 15 января 2025 года, среда Карс, Турция

Снег все шел и шел, а мы сидели и молчали. Так прошло часа два. С сумерками стало понятно, что нам быстро не выбраться из шале. Кенан подошел ко мне и предложил: “Раз уж мы тут застряли, то давай отметим новый год”. Ох, уж эта его удивительная способность в любой, даже самой сложной ситуации, находить что сказать. “Новый год уже две недели как наступил”, ответила я. Он продолжил: “Это не проблема. 1 января - это просто условная дата, которую кто-то когда-то произвольно выбрал. А мы можем выбрать свой день. Например, сегодня, и назначить его новым годом. Согласна?”. Я молча кивнула. “Хорошо, что мы поехали на моей машине. У меня кое-что припасено”, сказал Кенан и вышел за порог дома. За пару минут его занесло снегом, и он выглядел как милый снеговик, который несет мешок с подарками. В его же сумке оказались чипсы, крекеры, печенье, финики, сушеный инжир, орехи. “Мне было скучно караулить тебя в машине, и я закупился едой”, пояснил он. “У меня есть даже фляжка с виски, если ты захочешь, конечно”. День (а вернее последний месяц) был такой, что я захотела. Мы расположились у горящего камина и стали просто болтать обо всем на свете. Мы притворились, что не было месяцев разлуки, не было Догана как будто все время стоявшего между нами, не было моего выстрела и его смерти. Мы были просто двумя незнакомцами, которых неожиданно вместе свела судьба в снежном шале, и которым так хотелось узнать друг друга получше. За разговорами время прошло незаметно. После полуночи Кенана стало клонить в сон, и он собрался ложиться спать на софе, оставив для меня диван. “Раз уж мы с тобой празднуем сегодня, у меня есть для тебя подарок”, сказал он и отдал мне несколько писем. “Я никогда не забывал тебя и все еще очень сильно люблю. Я каждый месяц, пока мы были не вместе, писал тебе по письму. Надеюсь, они помогут тебе простить меня, и мы, правда, начнем наш новый год. Не обязательно вместе. Просто заново”. Я и так не особо хотела спать, а уж после его слов точно не смогла бы заснуть. Поэтому я села ближе к камину и начала читать. Семь писем, а как будто целая жизнь. Я не заметила, что начала плакать, пока капли слез не стали размывать буквы на бумаге. Какой одновременно счастливой и несчастной я чувствовала себя в этот момент. Я читала и перечитывала слова Кенана, и ворох мыслей кружился у меня в голове. Я вышла из дома, и снег мгновенно начал плести вокруг меня свой кокон. Я вспомнила, как весной стояла на набережной в Новой Зеландии под фантастическим ливнем. Тогда струи воды смыли с меня всю накопившуюся злость и оживили мою душу. Теперь же вокруг меня кружили снежинки. Они не кололи меня обжигающими кристаллами, а казались лепестками белых цветов, которые таяли у меня на лице и смешивались с моими слезами. Метель утихла у меня в душе, постепенно зарождая во мне весну, новое начало. Было ощущение, что вот-вот появится какой-то знак, который подскажет мне, что делать дальше. Но внезапно я поняла, что ничего такого мне не нужно, не нужны мне гром и молния, не нужен внезапный свет или падающая звезда. Я и сама прекрасно знаю, что делать дальше, все только в моих руках и никаких символов мне не надо. Я вернулась в дом и легла на софу рядом с Кенаном. Во сне он обнял меня и поцеловал в шею. Отсчет нашего нового года начался. Рано утром снег затих, а потом и вовсе прекратился. Было совершенно бесполезно сейчас идти в лес, чтобы найти место гибели Дамлы, все равно вокруг одни сугробы. Можно было бы считать в целом нашу поездку бессмысленной, если бы не одно, хотя и очень важное но… Я не буду говорить, что это была самая лучшая ночь в моей жизни. Во-первых, это не так, а во-вторых, после этих слов у меня в жизни обычно начиналась какая-то куролесица. Поэтому это была просто ночь, неповторимая, незабываемая, прекрасная. Пока Кенан осматривал дорогу, я записала все это в дневнике (у него пища в сумке была насущная, а у меня духовная, в виде слов). Как же все-таки хорошо быть рядом с человеком, которому ничего не нужно объяснять, который и так все прекрасно понимает и чувствует! Мы начинаем нашу жизнь заново, и я не знаю, что нас ждет впереди, но мы вместе мы все преодолеем.