Глава 7. Наследник Слизерина

      На следующий день только и разговоров было, что о кошке Филча и надписи. В коридор потянулись целые паломничества любопытных. Но Филч быстро разогнал всех зевак и стал всё время дежурить у стены, где произошло несчастье. Для него, конечно, несчастье. Дети же были если не рады, то хотя бы относились с полным безразличием к участи, постигшей противную миссис Норрис. Только Джейн ходила, как в воду опущенная — она всегда неравнодушно относилась к любым животным. Библиотекой вдруг массово заинтересовались, и раздражённой мадам Пинс в который раз приходилось повторять:       — В запретную секцию нельзя! Истории Хогвартса больше нет, я не стану прятать её у себя под диваном! Все экземпляры выданы!       Однако, поток интересующихся всё не утихал. Но в понедельник, а кошка окаменела в субботу, всему Хогвартсу стала известна легенда о Тайной Комнате и Наследнике Слизерина. Этому сильно поспособствовало то, что Гермиона расспросила профессора Бинса прямо на уроке. Очевидцы утверждали, что никогда ещё не видели нудного призрака таким раздражённым. Словом, к кошке все относились с безразличием, если откровенно не злорадствовали, но вот за собственные жизни запереживали. Ведь если Слизерин не любил маглорождённых, то всем им стоит опасаться.       — Джейн, да не переживай ты так, — философски сказала Джемма. — Ты же чистокровная, тебе ничего не грозит.       — Да, но Хлоя и Марта — нет, — расстроенно сказала Джейн. — И насчет Эмили я не уверена. И у меня много маглорождённых среди друзей.       — Мне кажется, Дамблдор с этим разберётся, — сказала Джинни. — И вообще, мы знаем легенду, но не знаем сухих фактов. Может быть, какой-то старшекурсник, которого достала эта кошка, применил к ней проклятье и написал угрожающую надпись.       — И сам Дамблдор не смог снять проклятье ученика? — скептически уточнила Джейн.       — Старшекурсник мог быть слизеринцем, — сказала Джемма. — Во многих древних чистокровных семьях есть тёмные проклятья собственного изобретения. Я никогда не слышала, чтобы Дамблдор разбирался в тёмной магии. Тут уж скорее Снейп, но и он проклятье не снял. Хотя, Снейп ведь полукровка.       Девочки молча смотрели на сестру.       — Что? Когда целыми днями сидишь в гостиной Слизерина, начинаешь разбираться во всяком таком.       — Ты, главное, не увлекайся, — тихо сказала Джинни.       — Я похожа на человека, который может увлечься тёмными искусствами? — спросила Джемма. Девочки только переглянулись.       Волнения продолжались, но не происходило ровным счётом ничего. И всё же, у Рона с Джеммой состоялся довольно интересный разговор. — Э… Джемма, — окликнул девочку Рон, когда они шли по коридору. Та резко обернулась и холодно посмотрела на брата.       — Чего тебе? Зачем заговорил с «предательницей»?       — Я это… Прости, — пробубнил мальчик. — Ты же не виновата, что тебя распределили в змеям. — Вид у Рона был довольно кислый. — Слушай, мы тут с Гарри и Гермионой подумали, — Он огляделся, проверяя, не слушает ли кто. — Мы думали, кто может быть наследником. И скорее всего, это Малфой. Может, ты его расспросишь?       — Рон, — Раздражённо вздохнула Джемма. — Я понимаю, для тебя это будет открытием, но… только дыши глубже. Мы с Малфоем не закадычные друзья, мягко говоря.       — Серьёзно?! — Кажется, Рона это обескуражило. — Но вы же оба на Слизерине.       — Как ты относишься к Парвати Патил?       — Что? Никак, она очень болтливая…       — Как это?! Рон, вы же оба на Гриффиндоре!       — Да ладно, понял. Но, может, всё-таки порасспрашиваешь его?       — Нет, Рон. Я с этим слизняком разговаривать не буду.       — Но это для дела надо! — Рон от избытка эмоций даже замахал руками, что выглядело довольно комично. — Нам нужно выяснить, он это, или нет.       — Ну, хорошо. Ты действительно думаешь, что он станет признаваться мне? Ужасно глупо рассказывать что-то первокурснице, тем более из семьи, с которой враждуешь, тем более, мой отец работает в Министерстве и вряд ли Малфою хочется…       — Ладно-ладно. Я понял. Сами разузнаем.       — И как же?       — Сварим оборотное зелье и проберёмся в гостинную.       — Ладно. Допустим, Малфой — наследник, и он вам признается. Дальше что?       — Ну… Мы расскажем всё Дамблдору.       — Что именно? Как вы сварили запрещённое зелье, непонятно где и как достав ингредиенты и пробрались в чужую гостиную, хоть это и запрещено?       — Уж не тебе говорить про чужие гостиные, — вдруг насупился Рон. Джемма стала лихорадочно припоминать, когда и при каких обстоятельствах Рон мог их засечь, а потом поняла, о чём он:       — Это была не я, Рон.       — Но кто-то из вас!       — Мы ушли от темы, если ты вдруг не заметил. Даже если Малфой вам признается, что вы собираетесь делать дальше?       — Ну не хочешь нам помогать, и не надо, — Рон ушёл по коридору. Дурак.

***

      Незаметно подкрадывалась зима, просыпая случайно по дороге снег. Стало окончательно холодно и ветрено. Декабрь выдался не очень снежным, всё чаще шёл дождь. На уроках зелий дети жались ближе к котлам, иногда прожигая мантии. Снейп раздражённо тушил их и снимал баллы. Как-то утром, в холле появилось объявление о том, что открывается дуэльный клуб.       — Ой, вот здорово! — сказала Джейн.       — Что здорово? Мы первокурсники, только искры пускать сможем, — остудила её пыл Джинни.       — Точно… Вот жалость. Везёт старшекурсникам. Может, просто пойдём посмотрим? Делать ничего не будем, только поглядим, а?       — Давайте, — сказала Джемма. — Может, пригодится в будущем. Мало ли, каких Малфоев придется побеждать.       Так они и сделали. На следующий же день вечером, в Большом зале было много народу, в основном, старшие. Девочки незаметно прокрались к стене, заняв удобный наблюдательный пост. Джемма напомнила им, чтобы запоминали атакующие заклятья, Джейн сказала, что оборона тоже важна, а Джинни шикнула, что и так запомнит абсолютно всё, могут быть уверены. Разговоры стихли, когда на помост вышел… Локонс, собственной персоной. За ним, с каменным лицом шёл Снейп. по залу пронёсся разочарованный вздох. Снейп ещё куда ни шло, а на уроки Локонса ходили все. Кроме Джинни, конечно, но и она знала о его «потрясающих» магически способностях. Сияющий профессор остановился и с ослепительной улыбкой оглядел учеников. Взмахом руки потребовав тишины, он сказал:       — Подойдите поближе! Ещё! Меня всем видно? Всем слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил моё предложение создать Дуэльный клуб. Посещая клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снейп. Он немного разбирается в дуэлях, как он сам мне сказал, и любезно согласился помочь. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дерутся дуэлянты на волшебных палочках. Не беспокойтесь, юные друзья, я верну вам профессора зелий в целости и сохранности.       — Да мы были бы не против, если нет, — прошептала Джейн.       — А тебе-то что? — удивилась Джемма. — Ты на его уроки не ходишь. А он, на самом деле, не такой уж и плохой.       — По отношению к слизеринцам, — уточнила Джинни. Джемма хмыкнула. Профессора, между тем, встали друг на против друга. Локонс улыбался, ослепительно и счастливо. Снейп тоже улыбался, но как-то криво и слегка злорадно.       — Раз, два, три…       — Экспеллиармус!       Из палочки Снейпа вырвалась яркая красная вспышка. Локонса отбросило к другому конца помоста, его палочка взметнулась вверх и упала к ногам зельевара. Слизеринцы захихикали. Джемма прыснула в кулак. Локонс поднялся. Первые пару секунд он выглядел слегка сконфуженным, видимо, не рассчитывал на такой исход дуэли. Но быстро пришёл в себя и радостно провозгласил:       — Отличный ход! Профессор Снейп применил заклинание разоружения. Я, разумеется, сразу раскусил его намерения. Вы уж простите, коллега, но это было проще простого, я мог бы отразить ваш удар, но детям полезно увидеть… — Снейп холодно поджал губы и стрельнул в преподавателя ЗОТИ самым колючим из своих взглядов. Локонс поспешно добавил: — На этом показательная часть закончена, перейдём непосредственно у учебным тренировкам. Разбейтесь-ка на пары…       Какой тут начался хаос! Кто-то сразу же взмыл под потолок, некоторые уже лежали полу, пара палочек взлетела в воздух. Кто-то и вовсе перешёл на кулаки. Девочки просто тихо стояли у стенки наблюдали за этой белибердой. В какой-то мере, Джейн была даже рада, что всего лишь первокурсница, и не участвует в этом всём. Лежать на полу с щупальцами на лице — такое себе удовольствие, конечно. Локонс бегал от одного к другому, лихорадочно давая советы. В конце концов, он, слегка растеряно, сказал:       — М, нет, наверное, лучше начать с защиты. Приглашаю двух добровольцев! Долгопупс, Финч-Флетчли?       — Неудачная мысль, профессор, — сказал подошедший Снейп, — Долгопупс натворит таких бед даже самым никчемным заклинанием, что нам придется собирать остатки Финч-Флетчли по всему залу. Я бы предложил Малфоя и Поттера.       Эти двое вышли на помост. Снейп стал что-то говорить Малфою, Локонс — Поттеру. Судя по лицу последнего, услышал он что-то совершенно дурацкое.       — Три… Два… Один!       Малфой выкрикнул что-то, девочки не расслышали что, и из его палочки вылетела огромная чёрная гадюка. Она плюхнулась на помост. Джейн и Джинни окаменели, они обе боялись змей. Джемма поёжилась. Змея, зашипев подползла к Джастину Финч-Флетчли, а Гарри Поттер вдруг стал шипеть что-то. От этого девочки испугались ещё больше. Та послушно обернулась к Поттеру, ожидая, по всей видимости, приказов. Джастин пулей выбежал из Большого зала, Снейп взмахом палочки заставил змею исчезнуть. Гарри, Рон и Гермиона тоже вышли. Девочки переглянулись.       — Гарри Поттер — змееуст, — подвела итог Джинни.

***

      Теперь только и разговоров было, что об этом. Джейн, зайдя в спальню, увидела, что Эмили, Марта и Хлоя о чём-то ботают. Увидев её, они замолкли.       — Знаешь, что сказал мне Квентин Роббинс с Гриффиндора? — сказала Эмили. — Ни за что не угадаешь!       — И что тебе сказал Квентин?       — Он сказал мне, — Эмили хлопнула рукой по простыне, и Джейн села рядом. — Сказал, что Гарри Поттер — Наследник Слизерина! — Девочка сделала страшные глаза. Джейн недоверчиво на неё глянула.       — Ты думаешь, Гарри Поттер может быть наследником Слизерина? Ты что? Ты что?! Гарри Поттер, это же… Он победил Сама-Знаешь-Кого!       Джейн даже вскочила. Эмили растерялась и молча на неё смотрела.       — Ну, я так не думаю, это Квентин сказал…       — И что? Ты теперь будешь слушать всяких там Квентинов?!       — Джейн, это просто теория, — примирительно сказала Марта. — Теория, и всё. Но, кстати, это возможно. Ты сама слышала, он змееуст.       — Ну и что? Каждый может быть змееустом, что такого? Знаете что? Если вы будете слушать Квентина и других таких идиотов, я с вами не разговариваю! — Джейн легла на кровать и повернулась к стене.       — Да ну что ты! Мы ему не верим, конечно, это глупость. Чего ты так разобиделась? — Хлоя дотронулась до плеча Джейн. Та дернулась и вздохнула.       — Ладно, нормально всё. — Джейн и сама не знала, почему так разозлилась на подруг. Не важно всё это, наверное.

***

      — Гарри Поттер, ты злодей, убивец духов и людей! Гарри Поттер, ты злодей, убивец духов и людей!!!       Эту песенку Пивз горланил уже три дня, после ужасного события: окаменел Джастин Финч-Флетчи, Патрик Чимбекс и Почти Безголовый Ник. Все были потрясены этой жестокостью. Никто не мог предположить, что можно покуситься на Ника. Сразу три жертвы — это было слишком. И пусть совсем скоро уже наступит Рождество — все ходили мрачные и беспокойные. Однажды, Джинни столкнулась с бледным и осунувшимся Колином: Патрик был его другом. Тот отстранённо на неё посмотрел и побрёл дальше. Джинни подумала, что ему не мешало бы заглянуть к мадам Помфри. Словом, неспокойные в Хогвартсе начались дни.       — Жаль, что мы не можем на Рождество домой уехать, — грустно сказала Джинни.       — Ну, ничего. У нас тут отличная компания: призраки, профессора, такие же, как мы, милое чудище в несуществующей комнате, и псих, который с этой зверушкой дружит, — пожала плечами Джемма. — Не вижу ничего плохого.       Впрочем, Рождество всё равно приближалось, неумолимо поднимая настроение вверх. И пусть было всё ещё неспокойно, праздник обещал быть весёлым.