Наверно, струи алой, свежей крови

*** Наверно, струи алой, свежей крови, Которыми твои сочились раны, Сделали костюм темно- бордовым, Когда порезы зажимала ты упрямо. Ты, онемевшая от боли и мороза, Заледеневшая от грусти и страданий, Стоишь, едва удерживая слезы От сладкой лжи и горьких разочарований. Треплет ветер густые черничные волосы И белый роскошный платок на груди... На сердце глубокие длинные полосы Заросших бордовые рубцов пролегли. Белоснежная, словно из чистого льда, Статуэтка изящно отточенная. А в груди ещё любви звезда Пылает серебром без червоточин! И ледянистый плещется огонь В глазах зелёных... Идеально лег В твою изящную и хрупкую ладонь Тонкий, ослепительный клинок - Непоправимо острый, длинный меч. Жесты дышат горько- сладким ядом, Горда осанка, выровнялась речь. Но для тех, кто был все время рядом Ты осталась нежной и любимой. Доброты и силы пополам... Изящны жесты и черты невозмутимы. Душа мягка, чувствительна к рубцам. Белый жемчуг, серебро напополам со сталью. Клинок покрыт орнаментом мороза. Горят огнём любви напополам с печалью, Тяжёлые рубиновые розы. На бледном лице залегли отпечатки Боли и злости, страха с усталостью. Рукоять на белой и мягкой перчатке Напомнит, сколько тебе горя досталось. Ледянистый росчерк в черноте ночной Оставил восхитительный клинок - Шикарный автограф оставленный твой. Над нахмуренным лбом ледянистый венок. Словно молния взмах ледянистой катаны! Смертелен и точен твой острый удар! И холод обжигает беспрестанно Сильнее и больнее, чем пожар... Но ты стерпела, пусть пылают раны. Враги повержены твоим изящным взмахом. К губам горячим жмешь клинок катаны... Глаза пылают восхищением и страхом. Что дальше ждёт ...Оставлено пока. Раскрыла руки для объятий и дрожишь... Зарывшись в складки белого платка, У друга на груди беспечно спишь.