Глава 204. Утро нового дня (4)

Добравшись до нужной аудитории, мы вошли в помещение. Выглядело оно максимально знакомо: доска с сегодняшними записями, справочные плакаты на стенах и множество парт, стоящие ровными рядами на ступенях, чтобы каждый следующий ряд был выше первого. Лекция уже шла, поэтому наше появление не осталось незамеченным. Лектор прервался, и с выпученными глазами уставился на Наставника, но тот лишь приложил палец к губам, не собираясь ничего объяснять, и молча повёл меня на самый верхний ряд. Лектор лишь кивнул и продолжил лекцию. Сидящие тут студенты, что заполняли лишь чуть больше половины доступных мест, посмотрели на нас, пошушукались и потеряли интерес. В отличии от лектора, они в лицо знаменитого Инструктора Лайроса не узнали. Мы же спокойно устроились в самом углу аудитории, подальше от всех и откуда был отличный обзор на всех и вся. — Итак, зачем мы сюда пришли? — спросил я полушёпотом. — За информацией, разумеется. А теперь, вникай. Твоя задача: изучить присутствующих тут учеников, определить их психопортрет и степень осведомлённости о преподаваемом материале. Заодно дать оценку самому преподаваемому материалу лекции, — выдал он мне Ц.У. — Другими словами, наша цель не выдаваемые знания, а те, кто их получает? — уточнил я. — Верно. На задачу тебе отведено время до конца лекции, т.е. до 9:30. Ты же любишь собирать информацию? Действуй, — сказал Наставник, после чего вытащил свой кристофон и стал что-то читать, полностью отключившись от мира. Пусть я не совсем понимал цель задачи, но взялся за дело ответственно, начав изучать присутствующих, лектора и всё, что они делают. Поначалу я думал, что времени одной лекции мне на такое дело будет мало, но… всё пошло не так, как я ожидал. Уже через 10 минут меня начало плющить от дичайшего ощущения дежа вю, словно я вернулся во времена моего обучения в универе. Были студенты, которые внимательно слушали, были те, кто летал в облаках, ну и, разумеется, те, кто с головой ушёл в кристофоны, как Наставник. И на этом фоне лектор с профессиональным упорством старался донести рассказываемый материал до здешних оболтусов, при этом лишь изредка бросая на нас взгляд. Схожесть была настолько сильной, что у меня даже возник фантомный дискомфорт от того, что я не записываю лекцию. Причём, настолько бесящий, что к половине девятого мне даже пришлось достать свою записную книжку и взять с неё ручку, лишь бы сосредоточиться. Я бы мог вообще потеряться в воспоминаниях, если бы не совершенно другой подаваемый материал. В такой атмосфере прошёл следующий час, пока не прозвенел звонок. После завершения лекции, студенты собрались и покинули аудиторию. Мы вышли следом за ними. Как и полагается, на перемене в коридоре было очень шумно, поэтому мы поднялись на второй этаж и вышли на балкон, с которого открывался шикарный вид на прибрежные воды. — Ну а теперь, что ты можешь рассказать о увиденном? — спросил Наставник. — Что могу рассказать? Вы ещё до нашего сюда прихода всё рассказали одним словом: школа. Лектор рассказывает о монстрах, их различиях, привычках, местах обитания, и как с ними справляться. Собственно, это именно то, что мне пришлось на начальных уровнях узнавать на собственной шкуре в диких условиях. Ну и некоторую теорию в Тренировочном Центре. Студенты же… ну, это типичные студенты. Есть те, кто старается учиться, с переменными успехами, есть те, кто не может сосредоточиться, ну и те, кому вообще нет дела до окружения. Лично я вообще не понимаю, что они там забыли. В общем, это даже не зелёные новички. Они… юнцы, — озвучил я свои наблюдения. — Всё так. Обычно, все именно так и начинают, кто-то с большим теоретическим, кто-то с меньшим, но практически все с нулевым практическим опытом взаимодействия с монстрами. И уж точно у них отсутствует личное стремление. Такие мотивы, как «родители отправили», «долг перед человечеством» или банальное «надо» никогда не пересилят собственное «хочу». Трудности всегда будут подтачивать подобную мотивацию, а когда дело дойдёт до сражений и реальной угрозы жизни, то чувство самосохранения подобную мотивацию вообще сотрёт в порошок, — высказался Наставник. — Согласен. Я помню то время, когда сам переключился с чужого стимулирования на собственные хотелки. Разница как между разными жизнями. Но что должен прояснить мне этот разговор? — спросил я. — Вот на этом моменте мы прервёмся. Постарайся сохранить в голове эти мысли до следующего разговора. Сейчас ты оценил теоретический подход юнцов. Для полноты картины тебе стоит посмотреть и на практический, — сказал Наставник, направившись обратно в здание, а я последовал за ним. — Через 15 минут начнутся занятия по отдельным профессиям. Мы пойдём смотреть на Мечников, их пример тебе будет более понятен. Если будет желание, можно заглянуть и на другие занятия. Не став дальше что-либо объяснять, Наставник провёл меня в аудиторию, где проводятся занятия для мечников. В отличие от предыдущей, эта напоминала гибрид спортивного зала и арены. Тут даже турники имелись. Люди ещё только собирались, так что мы проникли в помещение с общей массой и встали в незаметном уголке. Здесь было несколько инструкторов, которые проводили Наставника ошарашенным взглядом, а он им также подал знак не обращать внимания. — Твоя задача та же: наблюдай, анализируй, — дал прежнее Ц.У. Наставник, но теперь он не стал доставать кристофон и тоже наблюдал за людьми. Прозвучал звонок и занятия начались. На этот раз я флэшбеки с прошлой жизни не ловил, поскольку никогда в живую не наблюдал за теми, кто учится владеть мечом. Но зато тут я умудрился словить откровенный кринж. Студенты тут делились на две категории: зелень и тотальные неучи. Если зелень ещё что-то умела и отрабатывала… ну… базовый набор ударов… то неучи… ох, ёб… они даже не знали, как правильно держать оружие! Для полного комплекта не хватало только, чтобы они брали клинки наоборот, за лезвия! Вот тогда можно было бы разворачиваться и биться головой в стену, лишь бы на это не смотреть! Если не забуду, надо будет в будущем сделать пожертвования этим инструкторам. Они ведь профи, и должны ощущать что-то похожее, но всё равно, с терпением и пониманием, учат молодняк правильно обращаться с оружием. Я оценил всех присутствующих, но смотреть было откровенно не на что. Никаких особых приёмов, никаких боёв, вообще ничего, что мне было бы интересно посмотреть. Лишь самые-самые основы, который я знаю из игр и интернет-роликов. А про техники Наставника я даже заикаться не посмею. Уже через 20 минут меня начало одолевать специфическое чувство стыда. Такое возникает, когда тебя, выпускника института, садят учиться вместе с дошколятами. И то, что они здесь все подростки, среди которых я вполне мог бы затеряться, пусть и со скрипом, делу не помогает. С некой надеждой я перевёл взгляд на Наставника. Тот заметил мой взгляд и усмехнулся, после чего вопросительно кивнул на дверь. Я кивнул, и мы направились на выход. — Спасибо, что не заставили меня смотреть на это полтора часа, — поблагодарил я его, когда мы вышли в коридор. — Не за что. Другие занятия посмотреть хочешь? — спросил он. — А там примерно тот же уровень подготовки? — уточнил я. — Ага, — кивнул он. — Тогда, нет. Я прекрасно представляю, что я там увижу, — покачал я головой. — И что именно ты представляешь? — спросил он, направившись на второй этаж. — Детей, которые впервые взяли в руки оружие, — ответил я, и сразу решил поинтересоваться: — Наставник, как так? Здесь мир, где настоящие мечи продаются как канцелярские вещи! Разве не должен начальный уровень подготовки быть… ну… выше? — Выше у кого, Алексей? Те, кого ты сейчас видел – это дети из простых семей, которые только что перестали бегать по дворам, размахивая палками! Те, кто только что закончили школьные годы! И сейчас они пришли сюда, готовиться к войне, бесконечной войне, победы в которой с просветом не видно! — повысил он на меня голос. Я слегка ошалел от такой реакции и замер на ступеньках. Если подумать, я действительно отнёсся как… как с бесполезным элементам. И не только… что ещё хуже… — Кроме того, ты всё же сделал ту ошибку, о которой я тебя предупреждал, — озвучил следом Наставник то, о чём я подумал, — Ты отделил себя от них. Отрёкся, словно они нечто низшее. Поэтому тебе было тошно там находиться, о чём отлично говорило твоё выражение лица. Посчитал, что это ниже твоего достоинства. — Не-не, я не настолько--- — Может и не настолько, — перебил он меня, развернувшись на ступеньках и посмотрев на меня сверху вниз, — но ты начал забывать, что вырос из таких же детей. Что тоже начинал когда-то свой путь с нуля, ничего не умея. Ты бы об этом не забывал, если бы больше контактировал с людьми, но, как показали последние откровения, твоя проблема не только в слишком высокой самодостаточности, которая позволяет тебе обходиться всюду своими силами, но и старые обиды, из-за которых ты не хочешь оставлять прошлое и меняться. И на это я хотел возразить. Очень. Но вновь не получилось. Наставник пошёл дальше, а я за ним, зарывшись в мысли. Я хочу вырасти над собой, оставив свою прошлую жизнь позади, но постоянно оглядываюсь и утыкаюсь в застарелые шрамы. Я не понимаю, как я должен меняться. Как это вообще должно работать. С такими мыслями, я с Наставником вновь оказались на том же балконе. Я, загруженный, встал посреди балкона, а он спиной облокотился на ограждение. — Мне казалось, что новая жизнь освободит меня от старой, но… судя по всему, со мной это не работает. Как же мне быть? — спросил я совета у Наставника. Тот же посмотрел на меня каким-то… очень уж глубокомысленным взглядом. — Знаешь… я работал со многими людьми, но ты больше всех похож на меня. У тебя такие же зубастые тараканища в голове, что не могут тебя отпустить, — сказал он усмехнувшись. — Я так понимаю, это намёк? И как же вы с ними справились? — спросил я. — Я разделил свою жизнь на «до» и «после». Вот только метод разделения должен быть такой, чтобы даже перехода не было видно между ними, — ответил он. — По-вашему, полное стирание прошлой жизни, попадание в другой мир и становление охотником на монстров – это для меня недостаточное разделение? — удивился я. — Судя по всему, недостаточное, — кивнул он. — Хоть ты и оказался в новом мире, но ты ведь живёшь по тем же правилам, что и раньше, так? А охота на монстров… этого должно было быть достаточно, но… ты ведь охотишься не ради самой охоты, верно? Это для тебя заработок и способ продвижения по… эм… иерархической лестнице, я угадал? — Э… ну… если подумать, отчасти так, но… это ведь слишком экстремальный способ заработка, чтобы сравнивать его с прошлой жизнью. Я ведь уже несколько раз был на грани жизни и смерти! — возразил я. — Но это ведь были единичные случаи, верно? — уточнил он. — Ну… да, единичные, — согласился я, отметив, что такие случаи можно пересчитать по пальцам. — Этого недостаточно, — махнул он рукой. — Если бы ты постоянно проводил свою жизнь в зоне риска, охотясь на монстров, которые едва ли были тебе по силам, тогда да, твоя прошлая жизнь в этом кошмаре померкла бы. Но это не твой путь. — А что для вас стало тем самым мощным разделителем? — спросил я. — Наставничество и психология, — ответил он. — Вы серьёзно? — спросил я скептически. Тот лишь усмехнулся, поднял взгляд в небо и начал говорить так, словно погрузившись в старые воспоминания: — Видишь ли, старый я… был до безобразия прямолинеен. Вся моя жизнь состояла из сражений. Я никогда не утруждался сложными мыслями, ведь со мной всегда было то, что мне нужно: моё тело, мой меч и враг передо мной, которого нужно одолеть. Всё. И это работало, до… На этом моменте он завис, потерявшись в мыслях. Вспомнил о своей потерянной любимой? Видимо, заглядывать ему за своё «разделение» до сих пор вредно. — И как же вы пришли к наставничеству с психологией? — спросил я. Наставник очухался, улыбнулся и ответил: — Брэд помог. Он загнал меня в свой Тренировочный Центр и заставил наблюдать за людьми, что там были. Хех. Должен признать, в тех условиях это был крайне опрометчивый и рискованный шаг. Но он всё же пошёл на это всего лишь… ради обещания. — Это какого же обещания? — заинтересовался я. — А вот этого я тебе не скажу, — покачал он головой. — Там я начал наблюдать, как приходящие новички неумело учились охотиться на монстров. У кого-то получалось, у кого-то нет. Я… всегда был в окружении профессиональных авантюристов, поэтому я наблюдал и недоумевал, как эти… «личинки человека» вырастают в нечто большее? Зачем они это делают? Что их ведёт? Тогда Брэд начал вбивать мне в голову самые основы психологии. И меня это затянуло. Мне стало интересно смотреть, как они растут. А в дальнейшем, я решил и сам участвовать в их росте. Процесс был сложный. Такого дуболома, как я, вообще нельзя было подпускать к детям. Однако… те, кто был покрепче, смогли у меня чему-то научиться. И именно это стало моей чертой, когда «старый я», не годный ни на что, кроме сражений, стал «новым мной», который отказался от кровавых побоищ и стал инструктором для подрастающего поколения. Две абсолютно разные личности. — Это… очень познавательно. И всё же, что конкретно делать мне? — спросил я из-за того, что не получалось ухватить ту самую соломинку главного смысла. — Тебе нужно нечто совершенно новое, что перевернёт страницу жизни. То, чем ты никогда в своей прошлой жизни даже близко не занимался. То, что будет ассоциироваться именно с новой жизнью здесь, — уточнил он. А вот это было интересным откровением. Если подумать, всё, что я тут делал – это адаптировал свою прошлую жизнь под новую. Охота на монстров не стала для меня этой новой страницей именно из-за игры РО, которая постоянно ложится поверх моей здешней деятельности. Вот только… нечто абсолютно новое… что это должно быть?.. — Я… даже не представляю, что это должно быть… — сказал я без малейшей идеи в голове. — Прекрасно тебя понимаю. Но, в отличии от меня, ты не прямолинейный дуболом. Почаще останавливайся и осматривайся. Смотри, чем занимаются другими. Ищи тех, кому можешь помочь. Что-то из этого обязательно даст тебе нужную подсказку. А до тех пор, я постараюсь тебя почаще тыкать лицом в свои косяки, чтобы не зазнавался, — сказал он с ухмылкой. — Да уж, вы явно наслаждаетесь, расковыривая чужую психологию, — сказал я с упрёком. — Не то слово, особенно твою! Твои жирные тараканы обеспечивают мне очень богатую пищу для вдохновения, ха-ха! — уже откровенно он стебался. Я от этих слов опустил руки и закатил глаза, после чего подошёл к периле и облокотился на неё по диагонали от Наставника. — Ну а теперь давай вернёмся к теме, ради которой мы сюда пришли, — сказал он. — А?! — встрепенулся я, уставившись на него. — Разве мы тут не ради того, о чём вы сейчас говорили? — О, нет-нет. Этим я решил тебя пропесочить в тот момент, когда мы вышли из последней аудитории, — огорошил он меня. — У… класс…