On the retina

Комната, освещаемая только светом от экрана ноутбука резко погружается в полнейшую тьму. Из розетки буквально вырывается зарядка, от которой гаджет подпитывался последние пять минут, а сам он отправлен не просто в спящий режим, а в нокаут, наверное. Хотелось, точнее, отправить в нокаут в моменте, от того, что отправляли тебе. Хотя, это уже не просто "отправить", это полноценное "взломать". Программист хренов, хакер, мошенник, у которого, вероятно, был доступ как ко всем твоим страницам, сайтам, и приложениям, так и к вебке, файлам, и вообще всему, чёрт бы его побрал, которому блокировка во всех соц.сетях не представляла вообще никакой проблемы, решил выпендриться, обойдя ее куда оригинальнее, чем простой другой номер или аккаунт. Неизвестно, как давно он уже полностью владел твоим ПК на расстоянии, но всплывающие на сайтах тексты, с соответствующим его мотивам смыслом, вылезающие вместо рекламы, системных оповещений, и даже, мать его, обоев, заставили не просто напрячься, а сделать сердце тройное сальто с элементами танго, что бы это не значило, и как бы не выглядело. В тот же момент по телу пробежала неприятная дрожь, будто за тобой следят, а телефон, некогда откинутый на кровать, так же был в срочном порядке отключен. Почему-то проснулась паранойя по поводу скрытых камер в комнате, но мозг решил, что сходить с ума настолько пока что рано. Получить ещё один инсульт заставил звук оповещения на, казалось бы, выключенном буквально минуту назад телефоне. Восстание машин какое-то, но даже это, если честно, было бы куда лучше, чем осознавать, что все это творит один единственный человек, помешавшийся на тебе, имеющий кучу глаз по всему городу, и огромное преимущество в современном мире, где технологии настолько продвинулись, что взломать можно даже микроволновку, холодильник, и утюг, и при большом желании поиграть на них в Майнкрафт. Слава, что лично у тебя не было большей части всех этих инноваций, и никто не смог бы устроить скрытую съёмку в твоей квартире через чайник, но это совсем не спасало от невозможности теперь выключить телефон. В пользу своего строения он не позволяет вынуть батарею, разбивать жалко, местоположение явно уже давно известно всем, кому это надо, поэтому просто закутываешь его в одеяло почти в панике , засовывая в дальний угол кровати. Кто бы ещё тогда сказал, что это не самый худший вариант проблемы.

***

Когда ощущение слежки становится навязчивым, и от моментов пользования какими то электронными устройствами переходит на постоянную основу, преследуя своими параноидальными лапами уже повсюду, и дома, и на работа, и на улице, становится реально страшно. Желание сбежать куда-нибудь в глушь без связи и интернета, обломав этому хозяину всемирной паутины все его лапки, лишив единственного и главного преимущества, медленно но уверенно перетекает в цель. Ты даже вспомнить не можешь, когда успела оказаться на улице, натягивая на голову капюшон, хмуро и боязливо озираясь на любую кинувшуюся в глаза камеру, на все сто процентов увереная, что за стеклянной линзой сидит парочка контактных, выслеживая каждое твое движение. Почти видится перед глазами зубастая ухмылка на твою попытку ускользнуть, так и намекающая, что в большинстве случаев паук съедает свою добычу, и ты не исключение. А тебя он ещё перед этим обернет в кокон, полюбуется своим трофеем, а после и сожрёт безжалостно. Вот и не полетит больше мотылек на свет. Да и правда, если честно, глупо стараться куда-то сейчас слинять, когда любые твои успехи будут обломаны в корне любой ошибкой, любым неловко сделанным шагом в территорию, помеченную красным цветом и восклицательным знаком опасности, дорожным знаком "камеры", табличкой "видеонаблюдение", и просто уловившем тебя в своем поле зрения телефоне или любой другой камеры. Рассудком ты это прекрасно понимала, рассчитав процент неудачного исхода своей миссии, огорчившись от его высокого значения, но куда до этих процентов, когда рассудок сам уже конкретно вышел из строя, плюнув на все эти вероятности провала почти равные единице. Сейчас мозг ,опьяненный этим страхом, сравнимым с сорока процентным спиртом, больше цеплялся за призрачную надежду хоть как-то спасти свою бедную душу, укрыться в приближающейся ночной тьме города, забрести туда, где все фонари выбиты, и даже луна не освещает дорогу, скрытая под темными многотонными тучами, пять минут назад обрушившие моросью на дома и улицы. Любая опасность, которая обычно может возникать на подобных затхлых, неуютных и потрёпанный районах становится не так уж и страшна, если это означает, что здесь и в помине не было и не может быть никаких камер. Ты как раз выходила из переулка одного из таких районов, очень безрассудно погрузившись в мысли, и не заметив, как впереди вновь забрезжил теплый свет фонаря. Но даже на это не обратила внимание, приходя в себя только когда привычные белые и желтоватые оттенки ламп оттеснил совсем неистестенный для ночной улицы цвет. Сердце ёкает, когда вскидываешь голову, давая теперь искусственным диодам осветить лицо, напоминая ту самую сцену с Гослингом. А на большом электрическом рекламном баннере в отдалении от тебя мелькающими буквами высвечивается:

Всё равно найду