It would be better if you died - 2 part

В моем пути лишь один исход, я стану кем угодно,

чтобы спасти вас.

                  Ночной Токио всегда завораживал, сколько тайн в себе хранит Япония, этот вопрос всегда интересовал Изану. Парень держал в руке бокал с виски, янтарная жидкость обжигала горло, так он пытался приглушить боль, которая разъедала органы. Взгляд устремлен в потолок, ноги покоились на столе. Курокава был чистоплотным, но сейчас все потеряло смысл, ему было безразлично, что обувь пачкала важные документы. Кабинет погрузился в гробовую тишину. — Изана, зачем ты нас собрал снова? — решился задать интересующий всех вопрос Какуче.       Верхушка Бонтен собралась в кабинете старшего из братьев, чтобы выслушать его в отсутствии Манджиро. — Простите, задумался, — кивнул больше своим мыслям беловолосый. — Мы слушаем, — улыбнулся Риндо, пытаясь разрядить напряженную обстановку. — Все знают, что мы любили Риюи, — улыбка появилась на лице старшего брата девочки. — Единственная девочка, принцесса.       Улыбка пропала, мысли Изаны ввернулись на несколько лет назад, воспоминания всплывали одно за другим. — Это было сложное время, — прошептал Изана. — Мы пытались справиться самостоятельно. Мы должны быть сильными, особенно перед своими группировками. Черные Драконы, Поднебесье или Токийская Свастика. Ни один из нас не мог дать слабости завладеть телом.       Каждый из присутствующих поник, мысленно возвращаясь во времена, когда они были простыми подростками. — Все разбилось об отчаяние. Тогда самым правильным решением было распустить банды, — Изана сглотнул ком, который разрезал горло.

***

От лица Изаны - 2009 год.

                  Судебные разбирательства отца и матери длились целый год. Изари жила то с мамой, то с папой и братьями. Словно ненужный котенок, которого люди не могли сдать в приют. Девочка не смотря на это всегда улыбалась, пыталась делать все сама, чтобы ее похвалили родители. Не плакала, даже когда падала и сдирала кожу на коленках; не просила купить игрушки или сладости; не задавала вопросов. Научилась самостоятельно гладить одежду, мыть длинные волосы без помощи, готовить себе еду; даже убираться за родителями, дедом и братьями; заплетать себе косы в школу, сама делала уроки, ей было всего восемь лет.       Манджиро часто злился на отца, ругался с ним. Шиничиро все оправдывал переходным возрастом, чаще пропадая в магазине или с парнями из первого поколения.       Я тоже убегал из дома. Уходил в Поднебесье, гулял или же оставался ночевать у Какуче, скрывая все, что творилось дома.       Все сломалось, когда произошел один инцидент. Тогда я понял, что настоящий слабак, трус. Маленькая девочка, моя младшая сестренка оказалась намного смелее.       Мы были дома, так совпало. Изари бегала и что-то делала, кажется убиралась. Может стирала свою школьную форму. Дедушка тогда уже уехал к себе домой. Отец уехал по делам.       Я и Шиничиро сидели в саду, пришел Вакаса и мы обсуждали новый байк, который брат готовил для Майки. Послышался крик. Мы прибежали на звук.       Майки и Изари стояли у двери в дом. Она ребенок, многого не понимала. Хотела сделать как лучше, но получилось не очень. Когда она развешивала вещи со стирки, задела мопед Манджиро и опрокинула. Упала и заработала себе синяк, разодрав коленку. Мопед сломался. — Кто тебя просил!? — кричал Манджиро и с ненавистью смотрел на сестру. — Майки, успокойся, — сказал Вакаса и хотел подойти к Изари, которая даже не заплакала, хотя по ноге текла кровь. — Лучше бы ты умерла! И вовсе не рождалась! От тебя лишь одни проблемы! Носишься словно неприкаянная, думаешь, кому-то есть дело до того, что ты убираешься и готовишь!? — слова лились из Майки бесконечным потоком, пока Вакаса не развернулся и не влепил ему пощечину. — Заткнись, — процедил сквозь зубы Имауши. — Пока не поздно. Лучше молчи в тряпку и тысячу раз думай, прежде чем раскрывать рот.       Шиничиро и я стояли в стороне, как будто приросли к земле. Майки застыл, ощутив удар Ваки, который уже сидел рядом с Изари. — Малышка, не плачь, ты не виновата, что у твоего брата нет мозгов, — улыбался Имауши и обнимал Риюи. — И вы двое зовете себя старшими братьями и главами группировок? Вы даже своего брата не смогли заткнуть. Шиничиро, не думал я, что ты промолчишь. Может, зря я пошел за тобой, босс.       Вакаса сказал эти слова и ушел, оставив нас троих наедине со своими мыслями. Шиничиро провел ладонью по лицу, его руки дрожали, я думал, мне показалось, но он плакал. Имауши никогда не сомневался в брате, всегда доверял, первое поколение любили его за искренность, за то, что он готов горы свернуть ради семьи, но именно тогда молчание Шина показалось первому поколению слабостью. Майки посмотрел на мопед и пнул его, смотря на груду металла, которая сейчас казалась самой бесполезной вещью, он опустился на колени. — Я не хотел, — прошептал Майки. — Просто я разозлился, но не на нее... — Это уже не важно, — прошептал я, мой взгляд устремился на старшего брата, который молчал, он казался сломленным. — Мы облажались.       Буквально через день Карин забрала сестру, и мы больше ее не видели. Манджиро даже не успел попросить прощения. Мы смогли только попрощаться. Кто знает, сестра выглядела грустной, может, тому виной была та ссора с Майки. Именно тогда он изменился. Стал одержим мыслью о возвращении Изари. Будто болен. Я знаю, ему часто снятся кошмары.             Ночь, я сидел на кухне, никто из нас не мог есть. Я с трудом пил воду, что уж говорить о Манджиро. Когда я поднимался в комнату, услышал шепот. Он доносился из комнаты младшего брата. Это сломало меня окончательно, когда мне пришлось зайти туда. Майки спал, обнимая черного дракончика, мягкая игрушка Риюи, которую ей подарили Вака и Такеоми, она оставила ее в своей комнате. Он прижимал его к своей груди, хмурился во сне. — Прости меня, пожалуйста, вернись, — как в бреду повторял брат.       Я скатился по стене вниз, обняв свои колени, и из глаз хлынули слезы. Майки ворочался, прося сестру вернуться. Только ему одному известно, что она тогда ответила.             Следующим вечером мы сидели в тишине. Дом будто стал тусклым, безжизненным. Больше не слышно смеха и радости. — Вакаса прав, — начал Майки. — Я не достоин зваться лидером Тосвы.       Я на эти слова смог лишь кивнуть, мы ушли. Каждый из нас в тот день созвал своих товарищей, чтобы объявить о том, что группировки распущены. Шиничиро же передал бразды правления в своей организации Вакасе и Такеоми, став зрителем.

***

Наше время. 2018 год.

            Верхушка Бонтен молчала, каждый пытался переварить эту информацию. Сейчас они, спустя столько лет, услышали реальные причины, почему их банды прекратили свое существование. — Поэтому он так одержим, — тихо прошептал Чифую и прикусил губы, нервно сжимая свои ладони. — И винит себя, — кивнул Кен, отводя взгляд на окно. — И дорожил своим мотоциклом, словно напоминанием. Он был хорошим лидером, но хуевым братом, — озвучил мысль каждого Баджи. — И сейчас винит себя. — Одержимость у вас в крови, — фыркнул Харучие, однако все понимали, что он также поник, его выдавали глаза, там читалась боль. — Сомневаюсь, что он сможет простить, даже если мы найдем Риюи, — прошептал Мицуя, смотря на Изану, который трепал свои волосы.       Каждый думал о своем, давно потерянная деталь нашлась, и сейчас стало намного хуже. Это не мания величия, это боль от потери и бессилия, когда родных людей отнимают, словно конфету у ребенка. Желание иметь силу, чтобы защитить свою семью. — После случившегося с Шиничиро мы поняли, что не сможем защитить никого, даже если отстранимся. Именно тогда мы поняли, что сильнее будем лишь с вами, — Изана прикрыл глаза, пытаясь вспомнить все детально.

***

От лица Изаны - 2016 год.

            Манджиро и я смогли набрать нужных людей, даже приобрели здание на деньги, которые оставил нам отец. Тогда я был безумно рад, что отучился на юриста, а Майки на программиста. Тщетно. Мы не справлялись. Было сложно, но мы смогли найти инвесторов. Смогли открыть завод по изготовлению оружия и начали торговлю с Китаем.       Дома Шиничиро все время пилил нас, что мы забыли о своих друзьях. Он понимал, что мы все глубже опускаемся во тьму. — И ты ничего им не скажешь!? — крикнул старший брат, обращаясь к Вакасе, который молчал. — Ты понимаешь, что они пытаются создать свою собственную мафию? — продолжал брат, а Имауши смотрел на него. — Это их право, — Шин опешил от этих слов и уставился на своего тогда уже парня, мы тоже удивились. — Что? — Шин, стоит признать, прошло уже восемь лет, — начал Вакаса. — А мы так и не смогли вернуть Риюи. Они не слепые и видят, что мы бессильны. — Но они дети! — фыркнул Шиничиро. — Она тоже ребенок, которого лишили семьи и любви, — искусно парировал Вакаса, мне всегда казалось, будто он умнее, чем пытается казаться. — Я понимаю, — старший брат бессильно сел на диван. — Единственное, что я могу сказать, — Имауши тяжело выдохнул. — Я бы так и остался безбашенным лидером Сверкающего Союза, и, возможно, когда-нибудь все-таки проиграл бы Араши, если бы не Шиничиро.       Вакаса смотрел на меня и Майки, будто заглядывая прямиком в душу, выворачивая из нас все внутренности. Его взгляд всегда меня пугал, такой расслабленный, спокойный и безразличный, словно весь мир ему понятен. По рассказам Такеоми и брата я слышал, что раньше его взгляд был намного страшнее. — Бенкей все так же был бы лидером Рагнарека, мы бы не стали друзьями. Ваш брат остался бы идиотом, Такеоми стал бы азартником похлеще, чем был когда-то. Черный Дракон был не просто группировкой, мы стали семьей. Мы выбрали Шиничиро, он стал лидером не из-за того, что был силен. Он стал нашим главой, потому что мы пошли за ним. Видя его недостатки, слабость тела, но стойкость духа, — мы слушали его внимательно, впитывая всю сказанную мудрость. — Я обрел семью, которой у меня не было. Вы знаете, у меня нет братьев и сестер, родителей не помню, меня растил дед, который умер, когда я создал свою банду. Я был слаб, когда был главой Союза, потому что мне не за что было сражаться. Как и Бенкею. Мы просто развлекались. Скажите, кто сильнее, Рагнарек или Союз? — спросил тогда Вакаса и мы с Майки задумались. — Никому неизвестно, — ответил Манджиро. — Ваши битвы заканчивались ничьей. — Кто сильнее, наш с ним дуэт или мы по одиночке? — снова задал свой вопрос Вака. — Ваш дуэт, — ответил я. — Потому что нам есть кого защищать. Такеоми и Араши стали моими братьями. А Шин был тем, кем я восхищался, перед кем склонился. Я поражался, он слабее меня физически, но духом намного сильнее. Каждый в Драконе выбрал его. Вы сами видели, самые пугающие на вид байкеры пришли к нему, его шепот мог остановить крик всей банды. Я уверен, что такие же эмоции испытывали ваши парни из Поднебесья и Тосвы, — улыбнулся Вакаса и коснулся руки Шиничиро. — Вы семья. И сейчас, если вы попросите помощи, они не откажут и не будут спрашивать. Вопреки всему останутся рядом и будут ждать, когда вы будете готовы. Как и мы, когда Шиничиро захотел открыть детективное агентство, назвав его, как и нашу группировку, Черный Дракон. Все, кто когда-то был в первом или втором поколении, пришли на зов. Причиной было не то, что Шин наш босс, а в том, что мы семья. — Мы тебя поняли, Вака, — я сглотнул ком, во рту стало ужасно сухо. — Только вместе мы сильнее, — Майки улыбнулся, пытаясь скрыть свои настоящие чувства.       Первое поколение Черного Дракона – настоящие живые легенды, они доказали это не один раз. Они семья.

***

От лица Изаны - 2017 год.

            Дома были Такеоми, Араши, Вака, брат и еще два парня из агентства Драконов. Они обсуждали последние новости. Именно тогда произошло нападение якудзы. Шиничиро ранили, и он потерял много крови. Меня и Майки защитили Такеоми и Бенкей. — Позаботься о них и о Драконе, обещай, — шептал Шиничиро, пока мы ждали скорую. — Ты ведь сказал, что придешь на мои выборы, — ответил ему Вакаса, тогда мы впервые видели его слезы. — Шин, я тебя убью, если ты умрешь. - Думаю, это у тебя не получится, - ответил брат и засмеялся. - Я люблю тебя, Вакаса. — Ненавижу тебя, — шептал Вака, пока брат улыбался. — Ты такой... — Идиот? — они выглядели очень влюбленными. — Придумай что-то получше, но не торопись ко мне, еще успеешь умереть. — Ты не умрешь, — Вакаса вытер слезы, собрав всю волю в кулак. — Ты должен увидеть Риюи, мы с тобой даже не поженились! Ты обещал быть со мной до глубокой старости! Если умрешь...Я не смогу.. — Вака, — Бенкей подошел к другу. — Пойдем, скорая приехала. Тебе нужно успокоиться, мы отправимся следом.. Такеоми поедет с ним, ты не в состоянии.       Видя, как они любят друг друга. Как Такеоми возился с документами брата, проливая на папки слезы, пока Вакаса говорил с ним; как Бенкей стоял в стороне, сжимая ладони в кулаках, сдерживая слезы. Мне было сложно поверить, что когда-то они и вовсе были врагами. — Така, — Вакаса смотрел на Такеоми со слезами на глазах.       Им не требовались слова, чтобы понимать друг друга. Я и раньше это замечал, но не придавал этому значения. — Я все сделаю, это мои ребята приехали, — Такеоми был врачом, хирургом, он вызвал своих ребят, вытащив тех в выходной из дома, он и провел брату операцию.             Шиничиро остался жив. Только впал в кому, бессрочную. Не знаю, что было для меня больнее: видеть умирающего живьем Вакасу или лежащего, словно труп брата.

***

От лица Изаны - 2017 год, больница.

            Прошло два месяца, как Шин находился в коме. Вакаса почти поселился в палате брата. Порой его заменяли Такеоми или Араши. Брат никогда не был один. В один день мы застали весьма интересный разговор. — Это все зашло слишком далеко, — сказал Бенкей, стоявший у окна, скрестив руки на груди. — Я увезу детей в Корею, — Такеоми, который пережил смерть Сенджу, отучился на врача, ведь сестру могли спасти, но врачи опоздали. — Нет, — голос Вакасы стал безжизненным, поникшим. — Вакаса! — повысил голос Бенкей. — Они не дети, и он доверил их мне, — ответил Имауши и погладил Шиничиро по щеке, он сидел ближе всех к койке. — Ты хочешь, чтобы и они попали в переплет? Хочешь угробить их? — крикнул Такеоми, но осекся, когда увидел глаза друга. — Я не дам их в обиду. Я уже созвал Союз, — ответил Вакаса, и присутствующие погрузились в долгое молчание. — Зачем тебе Союз? У нас уже есть Драконы, — вспылил Араши. — Во главе Союза я смогу защитить свою семью, — ответил Вакаса и сморгнул слезы. — Тебя избрали президентом страны! Какой, к черту, Сверкающий Союз!? — Араши встряхнул друга за плечи. — Я боролся с тобой, потому что ты был наследником якудзы! Твой Сверкающий Союз вытворял ужасные вещи! — Я не собираюсь возвращаться к наркоторговле, — Вакаса смотрел Араши в глаза, а тот держал воротники плаща Имауши. — Если вернусь к тому времени, можешь меня убить. — Я не собираюсь убивать своего брата, — ответил Кейзо и отпустил друга. — Я просто не хочу больше терять свою семью. — Кейзо, — Вакаса встал со своего места, капилляры в глазах лопнули, кажется. — Он моя жизнь! Вы моя семья! Риюи мне была как сестра. Вы не видели слезы Шиничиро, а я видел. Хотите тайну, мы даже прикоснуться к друг к другу не могли после того случая. За руки с трудом держались, про поцелуи я вообще молчу! Мне словно сердце вырвали, без анестезии, будто вены вскрыли. Я не собираюсь ждать, когда этот ублюдок решит забрать Майки, Изану или вас. Я готов удавиться этим наследием, но защитить вас.       Такеоми и Араши молчали, слушая Вакасу, который за долгое время впервые смог заговорить. — Вы знаете, что я ненавидел отца, но даже я признаю, что его мафия была сильна, и я наследник этой организации. Хочу того или нет, — прошептал Вакаса, будто оправдывался перед Араши. — Ты показал мне, что даже враги могут стать друзьями, братьями. Ты стал мне старшим братом, которого у меня никогда не было, и я не хочу, чтобы ты отворачивался от меня. Такеоми, ты мне как младший брат, и я не хочу тебя разочаровывать. Мне больно. Черт, мне так больно. Я боюсь. Казалось, будто это счастье будет вечным, но все рухнуло. Уже два месяца прошло, а он все еще не открыл глаза. Никогда не думал, что признаюсь кому-то в своей боли. — Этого я от тебя и ждал, — ответил Бенкей и повернулся к Ваке лицом. — Мы будем рядом и поможем. Не неси эту боль один, ты больше не одинок. — Я не дам ему сгинуть на этой койке, он не помер, когда Хаято залетел ему арматурой по голове, — усмехнулся Такеоми. — Я не дам ему умереть, как Сенджу. Я знаю, Хару винит в этом меня, и я его поддерживаю. Если бы я не увлекался азартными играми, то смог бы за ней приглядеть. Очень жаль, что я встретил всех вас так поздно. — Мы справимся, как всегда это делали, — все трое обнялись. — Но я тебе запрещаю возвращаться в Союз. Лучше дай контакты Изаны Хатори, чтобы он примкнул к Бонтену. Так мы будем знать, что с ними есть кто-то более опытный, — попросил Кейзо и похлопал Ваку по плечу.             Мы тогда зашли только через час, когда их обсуждения закончились. Побоялись признаться, что все слышали. — Ты стал президентом, — начал я, смотря на Вакасу. — Посадишь нас? — Вы не торгуете наркотой и не занимаетесь проституцией. Поэтому нет. Однако, у меня есть к вам условие. — Вакаса смотрел на нас внимательно. — Вы станете якудзой, которая помогает государству, точнее мне. Будете ловить преступников, мелких мафиози. Сами не будете нарушать законов. Только так я смогу вас защитить. — Хорошо, — я согласился. — Так быстро? — спросил Такеоми, выгнув бровь, он сильно удивился — Только так вы сможете нас защитить, — ответил я и посмотрел на первое поколение другими глазами, я не был тем безрассудным подростком, мне было уже двадцать три года, но даже тогда я понимал, что еще слишком слаб, чтобы защитить всех, кто мне дорог. — И ты просто согласишься? — Араши улыбнулся, покачав головой. — Мы семья, и вы сейчас вместо него, — я посмотрел на Шиничиро. — Я не буду сопротивляться. — Ты ничего не скажешь? — спросил Майки и посмотрел на Вакасу. — Нет, я не Шиничиро и осуждать не буду, — он улыбнулся. — Я буду рядом. Всегда. Пока мы не вернем ее. Не бойтесь падать, мы подхватим.             Тогда я впервые увидел их совсем под другим углом. Самые сильные тоже плачут. Они хранят в себе столько тайн, что у меня разрывалось сердце. Вакаса, который всегда казался таким ярким, погас, я даже представить не мог, что у него такая история за плечами. И поступить иначе я не мог. У них больше опыта и знаний, я не хотел терять своих друзей, свою семью из-за своей гордости и эгоизма.

***

Наше время.

            Молчанье угнетало. Каждый присутствующий был сломлен этим рассказом. Верхушка Бонтен не была чудовищами, как их представляли. — Хатори, это человек бывшего Союза? — спросил Казутора и уставился на Изану. — А с виду и не скажешь, да? — спросил Курокава и улыбнулся. — А то! — посмеялся Ханемия. — Ходит со своим наушником и блокнотом, занимается распределением штата и отправкой товаров. А оказался черной лошадкой. — Может, стоит с ним поговорить? — Хару уткнулся взглядом в пол. — Я могу сказать одно, мы с Майки всегда упрекали Шиничиро, когда тот не защитил сестру от родителей, даже от нас самих. Сейчас он даже не слышит меня, не может ответить, и неизвестно, проснется ли. Поэтому я прислушиваюсь к Вакасе, который взял за нас ответственность, хотя мог уйти. Такеоми не виноват. Ваша сестра шла со школы и заблудилась, нарвалась на неприятную компанию мужиков, которая ее убила, — Изана снисходительно смотрел на Харучие, пытаясь дать совет. — Если кого-то винить, то только себя, я тоже мог пойти встретить ее после занятий. Знал ведь, что Така днем работает, чтобы нас обеспечить, а потом играет на деньги в карты. Я ведь знал, что она порой забывает правильную дорогу. Жаль, что Драконы появились позже, — Санзу улыбнулся, приняв для себя важное решение.             В данной истории Такеоми и Шиничиро дружили с ранних лет, но не так близко, как могли. Больше дружили их младшие. Сенджу убили, когда Такеоми было четырнадцать, а Санзу девять лет. — Они всегда казались такими стойкими, — прошептал Инуи, смотря на свои руки. — Они сильны, — Коко коснулся плеча друга. — Но даже сильнейшие плачут. Не думаю, что мы бы выдержали, будь на их месте. Вероятнее, пошли бы сломя голову мстить и умерли бы. А первое поколение думает головой. — Поэтому они живые легенды, — голос Инуи чуть дрогнул.       Каждому было сложно, они не знали, как вести себя. Остались считанные часы, и тогда Хайтани отправятся за Карин Курокавой.

***

Майки в это же время.

            Молодой парень лежал на диване, хмурясь. Он ворочался, не имея возможности открыть глаза. Ему снилась она.       Манджиро бежал за маленькой девочкой, которая петляла в лабиринте, убегая все дальше. Белое платьице развевалось на ветру, светлые волосы растрепались из-за бега. Вдруг она остановилась, и Манджиро упал перед ней на колени. Он был одет в униформу Тосвы, все те же блондинистые волосы по плечи, которые она ему любила заплетать. Она так похожа на него. — Риюи! Прости меня, я не хотел... — Братик, уже поздно. Проснись, ты опоздал, — улыбнувшись, сказала девочка, она коснулась его длинных волос и растворилась в воздухе, оставляя брата одного. — Проснись.             Майки подскочил на диване, поглаживая свою шею. Воздуха в легких критически не хватало. Он часто видел этот сон с тех самых пор. Изари всегда убегала, а потом будила его. Парень невольно коснулся своих волос, короткие, жесткие, черные.       Он срезал волосы, ведь сестра всегда любила делать прическу брату, а он ей позволял. Майки не смог оставить ту длину волос. — Я найду тебя, обещаю, — прошептал Сано, и глаза наполнились слезами. — Все сделаю, чтобы ты была счастлива. Только дождись.