8. Вкусный ужин

      Рассматривая шикарно накрытый стол, Сакура поняла, насколько же она на самом деле голодна. Жареная рыба, суши, онигири, какие-то ароматные булочки, маринованные сливы… Неужели Саске приготовил всё это сам? Её рот в буквальном смысле наполнился слюной, но Сакура не решалась приступить к трапезе первой, смиренно ожидая начала ужина.       — Ну разве стоило так утруждаться, Саске-чан, — прокряхтел Орочимару, присаживаясь на подушку, — я ведь не поесть к вам прихожу, а просто поговорить и отдохнуть. Признаюсь, мне бывает скучно, а с моими дорогими мальчиками я словно оживаю. Что за милая девушка почтила нас своим присутствием сегодня? — хитро сощурился старик. — Ты, кажется, дочь погибшего Хокаге? Совсем я в своей глуши от жизни отстал, неужели ты, наконец, остепенился, Саске-чан?       — Пока ещё нет, — угрюмо буркнул Саске, опустив глаза, — угощайтесь, Орочимару-сама.       — Я с удовольствием, — проурчал Орочимару, и Сакура ощутила на себе его изучающий и слегка подозрительный взгляд.       С виду он выглядел довольно добродушным стариком, с тёплым взглядом и совершенно непривычным ей голосом. В его тоне не ощущалось приторности или излишней ядовитости, как у знакомого Орочимару её вселенной, но, в то же время, Сакура чувствовала себя не в своей тарелке. И судя по напряжённым плечам Саске и его плотно сжатым губам, не она одна. Честности ради, она впервые за время своего пребывания здесь видела Саске в таком состоянии, и Сакуре даже стало жаль его. Что его так угнетает? Ведь до прихода дорогого гостя поведение Саске было привычным — нахальным и весёлым, он даже пытался флиртовать с ней, несмотря на присутствие старшего брата. Что же изменилось? В то же время Сакуре было очень непривычно видеть Орочимару в такой роли и тем более просить его о помощи. Но раз уж у неё появилась возможность с ним сотрудничать, значит, стоит присмотреться повнимательнее и попытаться сделать выводы относительно его личности. Ведь ей очень не хотелось усугубить ситуацию, а подвоха со стороны змеиного учёного она ожидала на инстинктивном уровне.       — Как всегда божественно, — пробормотал Орочимару, отрывая палочками кусок жареной рыбы, — не перестаю удивляться твоему таланту, Саске-чан. Всё-таки твоё увлечение кулинарией принесло свои плоды, ты готовишь лучше всех в этом доме, — мягко усмехнулся он. — Не хочу обидеть прелестную Микото, но правда такова…       — Спасибо за похвалу, — процедил Саске, отправляя в рот маринованную сливу. — Я старался.       От новых подробностей и от вида нахохлившегося Саске, Сакура не сумела удержать осторожный смешок, который, к счастью, остался незамеченным. Саске — кулинар? И готовит лучше, чем его мама? Сакура попыталась вспомнить хоть что-то, связанное с этой темой, о своём Саске. Но кроме того, что он не терпел сладкого, и картин с генином Саске, нанизывающим на ветку сырую свежепойманную рыбу, в голову не приходило ничего. Довольно странный выбор хобби для такого ветреного и беззаботного человека…       — Помню я, как ты маленький постоянно крутился на кухне возле матери и предлагал свою помощь, — мечтательно продолжал Орочимару, словно не замечал, какое влияние оказывает на молодого Учиху. — А взрослым всё некогда и некогда… Ну что мы всё о еде, как поживаете, милая девушка? — он вцепился острым взглядом во вздрогнувшую от резкой смены темы Сакуру.       — Орочимару-сама, — не дал ей ответить Итачи, — как раз хотел просить вас об одолжении. Как вы знаете, Сакура очень перспективная куноичи, и я бы попросил вас проконсультировать её по ряду вопросов перед предстоящим экзаменом на джонина.       — А почему именно ты за неё просишь, Итачи-чан? — сузив глаза, уточнил старик. — Она ведь гостья Саске-чана, или я ошибся? Какое тебе вообще дело до этого экзамена?       — Это я его попросила, — выпалила Сакура, заметив замешательство на лице Итачи. Времени сочинять годную версию сейчас не было, и придётся импровизировать на ходу — слишком уж подозрительный этот старикашка. Вроде бы и говорит мягко, но двойное дно в его словах уже торчит во все стороны! А ведь ей ещё нужно расположить к себе этого всезнающего шиноби.       — Где вы двое вообще пересеклись-то, я не понял? — наконец, не сдержался Саске, и нахмурившись, забегал глазами от Итачи к Сакуре и обратно.       — Я узнала… — медленно начала сочинять она, — что Орочимару-сама хорошо разбирается в технике призыва, но не знала как его найти, чтобы просить о помощи, — Сакура мысленно шлёпнула себя ладонью по лицу, ведь понимала, что намеренно затягивает свой ответ и звучит уже максимально неестественно. — И мне сказали, что он хороший друг вашей семьи, и я просила Итачи-сана представить меня.       — А Итачи-сан просто так взял и согласился, — съехидничал Саске, сверля старшего брата недовольным взглядом. — Чего ко мне не пришла? Мы же друзья, — вновь натянув свою очаровательную улыбку, повернулся и уточнил он.       «Это парень моментально переключает своё настроение, будто по щелчку пальца, или у него по умолчанию активирован режим «соблазняю всё, что движется» и такое поведение в типично при обращении к женскому полу?» — мысленно возмущалась Сакура.       Она медленно повернулась к Итачи в надежде, что он скажет хоть что-нибудь и даст ей толчок, в какую сторону плести свою околесицу дальше, но с ужасом поняла, что тот сидит почти неподвижно, чуть опустив взгляд в свою тарелку и касаясь длинными угольными ресницами кожи под глазами.       «Да твою же мать, только не сейчас!» Вот это им совсем ничем не поможет! Наскоро выдумав более-менее сносный вариант как разрядить обстановку, Сакура как можно естественнее разжала палочки, шлёпнув кусок жирной жареной фасоли себе на грудь.       — Ох, извините, пожалуйста, — зардевшись, проворковала она, — мне бы привести себя в порядок. Итачи-сан, не покажете, где уборная?       — Пойдём, проведу, — сверкнул глазами оживившийся Саске и уже потянул к Сакуре свои загребущие руки, дабы помочь подняться, но был строго оборван ею.       — Не стоит беспокоиться, лучше уж я одна поищу, — сведя брови к переносице, процедила она, отлично понимая, что необлапанной, или ещё чего похуже, ей из ванной не выйти, пойди она туда с Саске. Да и спектакль этот затевался с другими целями. Саске видимо уже понял, что в присутствии посторонних Сакура не позволяет себе привычной грубости в его отношении, и пользовался этим по полной.       — Так поможете, Итачи-сан? — Сакура легонько задела Учиху за плечо.       — Идёмте, — вяло пробормотал он, поднимаясь с места и проходя вперед. Сакура послушно засеменила за ним вглубь поместья, попутно оглядывая и запоминая обстановку.       Очевидно, эта семья очень зажиточна и чтит традиции. Всё вокруг выглядело величественно, подстать представителям древнего и уважаемого клана. Сакура, как и подобает шиноби, старалась запоминать всё, что ей приходилось видеть в этом мире. Да и неизвестно, где и когда могут всплыть новые для неё сведения, о которых здешняя Сакура была прекрасно осведомлена, и лучше уж быть готовой.       По дороге в нужную комнату Итачи не произнёс ни единого слова, что однозначно подтверждало догадку Сакуры, и когда они оказались внутри Харуно не вытерпела.       — Что за херня? — прошипела она, закрывая дверь и становясь нос к носу с Итачи. — Язык отвалился? Ты когда вернулся?       — Чем вы недовольны? — сухо осведомился Итачи. — Он ведь договорился о помощи, а большего не требуется.       — Не требуется? — взвизгнула Сакура. — Да неужели ты не видишь, что происходит? Старикашка точно что-то подозревает, да и Саске почуял неладное! Ты-то спокойно отсидишься в чужом теле, а мне что делать? Сказал бы хоть что-нибудь полезное! — негодовала она. — Ну помоги мне, Итачи, — жалобно протянула Сакура, обхватив себя руками, — ну подыграй, пожалуйста… Ты же гений!       Мало того, что эта дерзкая девушка совершенно его не слушается, когда пытается вытянуть из местного Итачи секретные сведения, так ещё смеет обвинять его в отсутствии помощи? Либо она бесстрашная, либо стресс давит на неё с чудовищной силой, и она и впрямь на грани срыва. Но он же и так делает всё возможное, разве нет? Потакает её прихотям и, как может, старается поддержать её, неужели это не заметно? Стоит признать, Сакура отлично держится, учитывая то, что перед ней сейчас один из самых главных её врагов и вообще ужасных людей на свете, да ещё и Саске. Ей должно быть непросто заменять одни образы знакомых ей людей на другие — представленные в этом мире.       Да и сам он разве спокойно сейчас себя чувствовал, смотря на Саске и имея возможность самостоятельно прикоснуться к нему, впервые получив контроль над телом в присутствии брата? Домашняя и уютная обстановка, непринуждённое общение и шуточные переругивания мысленно отбросили Итачи на несколько лет назад — в те времена, когда он ещё не стал членом АНБУ, не знал всех грязных секретов родной деревни, а был лишь юным, подающим фантастические надежды шиноби, любящим старшим братом, пусть и немного занятым и мало уделяющим внимание отото, но всё же…       Пусть теперь он и считал, что не заслуживает счастья, но судьба будто издевалась над ним, и сейчас показывала всё то, чего он лишился. Дразнила его, как котёнка фантиком на нитке, не позволяя отказаться от созерцания спокойной мирной жизни своего семейства, заставляя насильно проживать чужую жизнь и осознавать, чего у него не было и никогда уже не будет. А после вчерашних слов его временной напарницы становилось ещё тяжелее на сердце, ведь его гибель не привела ни к чему хорошему, а сделала только хуже. Словно жизнь тыкала этого котёнка носом в его собственное дерьмо, показывая — «Смотри! Ты ошибся везде и во всём! Сам не прожил нормальную жизнь и лишил этого самого дорогого в жизни человека!»       Теперь он обязан всё исправить и вернуть Сакуру. Он должен воспользоваться ей, чтобы вернуть Саске к свету, ведь других вариантов исправить содеянное у него нет!       — Что мне сделать? — мягко поинтересовался Итачи, слегка наклонив голову.       — Ты ведь отличный обман… эм, фантазёр, — замялась Сакура. — Нужно быстренько договориться с Орочимару и под благовидным предлогом улизнуть отсюда, — протараторила она, состроив невинное выражение лица.       — Хорошо, — ответил тот, смягчив голос. — Приведите себя в порядок, мы за этим пришли.       — А, да, точно, — спохватилась Сакура, открывая кран и спешно замывая умышленно посаженное на безрукавку жирное пятно. — Кстати, ты так и не сказал, зачем ты мне помогаешь, — как бы между делом пробормотала она, исподтишка зыркнув на прислонившегося к двери Учиху. — Хочешь вернуть местную Сакуру, да? — поддразнила она его.       — Вы слишком любопытны, — попытался отвязаться Учиха. Мало того, что он считал данный разговор совсем неуместным и не планировал его в принципе, так как помощь младшему брату через возвращение Сакуры совершенно не вязалась с его жестоким образом в её глазах, но ещё и место для беседы выбрано совсем неподходящее. — Это не так важно, но я объясню. Мы своим перемещением сюда нарушили баланс и последствия этого неизвестны, не хотелось бы проверять, — как можно увереннее врал он.       — Ой, баланс не хотелось бы нарушать? — пропела Сакура, продолжая намыливать и тереть несчастную безрукавку, словно это она, а не Итачи вешала ей сейчас рамен на оба уха.       Сакуру выводило из себя его постоянное враньё, и она понимала, что времени потенциально не оставалось совсем. Что если Орочимару поможет ей вот прямо здесь и сейчас? Ну бывают ведь в жизни чудеса! И тогда она вообще не успеет ничего выяснить, а значит, пора переходить к отчаянным мерам.       — Попробуй ещё раз, как-то это звучит слишком позорно для тебя, ты более талантлив! — рявкнула Сакура, заставив Итачи вначале застыть на месте и широко распахнуть свои потемневшие от гнева глаза, а потом и вовсе подскочить ближе, хватая её за запястья.       — Забыла с кем разговариваешь? — прорычал Учиха ей прямо в лицо, замерев в паре сантиметров от неё и крепко сжав за руки.       — А я и не знала никогда, — процедила Сакура, уставившись на него злобным взглядом своих зелёных глаз, искрящихся от хлынувшего в кровь адреналина.       Если бы не этот самый адреналин, до Сакуры бы дошла вся опасность её положения, вся провокационность и резкость её высказываний. И, возможно, до взбудораженного мозга сумела бы добраться робкая мысль — а что если она ошибается? Ведь её сейчас могут прихлопнуть на месте, даже не поморщившись, и чего она этим добьётся? Как бы Сакура не противилась своим эмоциям, иногда они брали верх и ставили её в тяжёлое положение, вот как сейчас. Но что было делать, раз времени совсем не осталось, а информацию приходится выдирать клещами? Хотя, если бы Итачи хотел что-то сделать с ней, сделал бы давно, но вместо этого он смотрит на неё не моргая, ошарашенно и очень странно. Да и держит за руки вроде бы очень крепко — не выбраться — но, в то же время, слегка гладит её запястья большими пальцами? Да что с ним?!       — Нет, знала, — пробормотал Учиха, бегая взглядом по её глазам и губам.       — Раньше я тоже так думала, а теперь уверена, что ты врёшь! — сипло процедила Сакура. — И правду я узнаю, не смотря ни на что, ведь половину я и так теперь знаю, а об остальном можно догадаться… Я вижу, что зачем-то нужна тебе, и вернуть меня тебе надо, — припечатала она. — Хотел бы причинить мне вред, уже бы сделал это. А теперь заткнись, и пошли обратно в гостиную, пока за нами не пришли, — Сакура попыталась выдернуть свои руки из его цепкой хватки, но безуспешно.       Итачи продолжал удерживать взбесившуюся Сакуру и раздумывал, что ему теперь делать. Она вновь заставила его пойти на поводу у эмоций, ведь он вовсе не хотел показывать своего гнева, а уж тем более делать ей больно. Возможно, отчаяние, сожаление и размышление о собственных бесполезных поступках довели его до этого?       В то же время Итачи не мог не признать, что получал реальное удовольствие от выплёскивания наружу собственных чувств, пусть и негативных, но всё-таки. Он настолько привык запирать их в себе, что иногда это буквально разрывало его изнутри! Возможно, это также связано с физиологией чужого тела, и взрывной темперамент его хозяина заставляет вначале действовать, а потом думать? О том, что ему приятно прикасаться к Сакуре, что ему не хочется её отпускать, что он ей в глубине души благодарен за подаренные ощущения и что его слишком сильно тянет к её приоткрытым, налитым кровью губам, он думать не хотел.       — Прощу прощения, — хрипло произнёс Учиха, медленно разжимая хватку и отводя глаза. — Вы правы, пора возвращаться. Я попытаюсь закончить ужин как можно скорее, — отчеканил он и вышел из ванной комнаты, оставив всклокоченную Сакуру стоять в растерянности и провожать его взглядом.       Наконец, Сакура вышла из оцепенения, и до неё дошёл весь кошмар ею сказанного — как жаль, что нельзя отмотать время назад и заткнуть себе рот вот этим куском мыла, который сейчас выскользнул из её руки. Ну чем она думала? Это было очень опасной авантюрой — вот так запугивать Итачи. И ей очень повезло, что она оказалась права — она нужна ему, и он ей не навредит и поможет. Сакура всегда считала себя хоть и вспыльчивой, но довольно здравомыслящей куноичи, однако, сейчас просто не смогла удержать себя в руках, и судя по застывшему от шока Итачи, на этом её злоключения не закончатся.       — Так и что бы вы хотели от меня? — вкрадчиво уточнил Орочимару, когда Сакура вернулась на своё место.       — Я хочу овладеть техникой призыва, и была бы очень признательна, если вы обучите меня ей и разъясните механизм, — улыбнулась Сакура, изредка поглядывая на братьев Учиха по очереди, оценивая их реакцию.       — Я ведь уже давно не беру учеников, — прокряхтел старик, ставя локоть на колено и подперев кулаком щёку. — Но раз уж за тебя просят такие люди, конечно, согласен помочь. Думаю, двух месяцев будет достаточно, чтобы постичь азы этого дзюцу. Мы как раз успеем.       — Двух месяцев? — вспыхнула Сакура, пискнув от неожиданности. — Но экзамен меньше, чем через две недели!       — Хех, вас всех ещё просто не предупредили, — успокоил её Орочимару, — экзамен перенесут на два месяца, пока что. Причин сказать я не могу, но меня, как почётного гостя и наблюдателя, уведомили об этом. Саске-чан, будь хорошим мальчиком, принеси дедушке свиток и чернила, — прохрипел он, обернувшись к крепко сжимающему палочки Саске. — Я сейчас начерчу нужную печать, и активировав этот свиток, ты, Сакура, окажешься у меня в гостях, — бормотал старик себе под нос, выводя на бумаге непонятные символы и письмена трясущимися старческими руками. — Вот, готово! Подсуши и забирай, — крякнул он, протягивая Сакуре своё творение, на что Саске недоверчиво покосился на неё и закатил глаза.       Нет, он точно недолюбливает Орочимару, но усердно пытается это скрыть за напускной вежливостью и услужливостью. Итачи ведь упоминал, что Саннин обучал братьев Учиха в детстве. Возможно, в тот период между ними что-то произошло? Забавные параллели двух разных и одновременно похожих миров путали мысли Сакуры и закручивали их в причудливые спирали. Она чувствовала, что двойные образы знакомых людей снова перемешиваются в её голове, и от этого становилось дурно. Слишком много абсурда, слишком много совпадений, слишком много недостающих звеньев и чересчур много новых ощущений! Без Итачи она бы давно свихнулась здесь или попалась, и теперь Сакура понимала, что обошлась очень грубо с нукенином, незаслуженно обвинив его.       Стоп, она что, не только жалеет здешнего проходимца Саске, но ещё и своего Учиху Итачи?!       — Я благодарю вас, Орочимару-сама, — поклонилась Сакура, — когда я могу прибыть?       — Да хоть и завтра утром, — улыбнулся старик. — Я человек пожилой, встаю рано и дел у меня никаких нет. Так что буду ждать тебя, деточка, завтра.       — Спасибо, — прошептала Сакура, прикусив губу.       Завтра! Возможно уже завтра она сможет вернуться домой, вернуться к Наруто, и увидеть его! Да не только его… Сакура поняла, что соскучилась по всем своим друзьям и знакомым, и была бы сейчас рада увидеть даже Шино или Эбису-сенсея! Да хоть кого-нибудь из своего мира, лишь бы они жили с ней в одной плоскости и понимали её…       А теперь пора возвращаться домой, ведь нужно отдохнуть перед завтрашней тренировкой. Будет ли уместно попрощаться и уйти? Возможно, это не совсем вежливо, а в данной ситуации Сакура обязана произвести впечатление и показать свои манеры.       Да почему Итачи-то опять молчит, словно ему рот запечатали? Ведь обещал же помочь! Что, весь запал ушёл на угрозы для хрупких маленьких куноичи, и сил больше не осталось?       Хотя, кажется, его уже и нет здесь, судя по слишком хорошо отпечатавшимся на лице эмоциям недоумения. Расстроился из-за переноса экзаменов?       «Ну и отлично, просто прекрасно! Они меняются местами совершенно беспорядочно и невозможно предсказать возвращение нужного. Хотя пора уже привыкнуть и ни на что не рассчитывать, принимать как должное и подстраиваться», — нервно усмехалась про себя Сакура и мысленно представляла как переключает двух Итачи с помощи пульта от телевизора. Вот бы было удобно!       Местный Итачи уже помаленьку подозревает, что сходит с ума, теряя память и рассматривая во сне чужую ужасную и кровавую жизнь. Скоро он сойдёт с ума окончательно, и в распоряжении Сакуры будет уже два сумасшедших, неуправляемых Учихи. Она резко тряхнула головой, ведь понимала, как медик, что на неё накатывает апатия после слишком сильного всплеска адреналина в крови и стресса, организм был перегружен и сейчас вяло и безразлично реагирует на серьёзные вещи. Даже с большой долей сарказма и пренебрежения, а это опасно — оценивать вещи нужно адекватно, и не позволять уставшему разуму натворить непоправимого. Пора уходить!       — Прошу меня извинить, всё было очень вкусно, Саске-кун, — улыбчиво сказала она, прикусив язык прямо на этой фразе, и вызвав ехидную улыбочку на прекрасном и самодовольном лице Саске, — мне пора. Много тренируюсь перед экзаменом, мало сплю, — замялась она и начала вставать из-за стола, пристально уставившись взглядом на Итачи. Ей бы сейчас не помешало его волшебное транспортное дзюцу, ведь ливень и не думал заканчиваться, да и блуждать в поисках дома пусть и по родной, но всё же чужой деревне, не хотелось.       — Итачи-сан, вы не могли бы меня выручить снова, — вежливо пробормотала Сакура, и получила в ответ полный радости, светящийся от нежности взгляд. Похоже, дай ему право, он прямо здесь женился бы на ней, благо даже гости в наличии, и закусок полный стол!       — Хорошо, — так же вежливо ответил Итачи, — отойдём в коридор, — и указал рукой в сторону выхода из поместья.       Итачи и Сакура мгновенно оказались внутри её квартиры, практически не намокнув, но он не спешил выпускать свою девушку из объятий. Он заботливо спрятал её в своём плаще, поглаживая спину и сжимая талию, а затем слегка склонившись, томно пробормотал ей на ушко:       — И что мы теперь будем делать? Будем ждать два месяца?       — Что ты предлагаешь? — сглотнула Сакура, отлично понимая, о чём он говорит.       — Ты знаешь, — низко прогудел Учиха, сжимая её ещё крепче, и прижимаясь губами к коже за ухом.       — Ты думаешь, можно рассказать о нас Саске? — прошептала Сакура, осознанно дразня Итачи, и одновременно тая от его нежных прикосновений, отдаваясь нахлынувшей эйфории. Она определённо перенервничала сегодня, и сил сопротивляться уже не осталось.       — Я не об этом, — чуть злобно прошептал он, и слегка прикусил её за мочку, не прекращая поглаживать талию, иногда опускаясь к ягодицам.       — Тебе ведь нужно вернуться, ты ушёл всего лишь переместить меня, — сбивчиво промурлыкала Сакура, — ну, они так думают…       Итачи нехотя оторвался от её нежной кожи и внимательно посмотрел в её затуманенные наслаждением глаза, признавая правоту. Будет и вправду странно, если он задержится здесь, хотя очевидно, что Сакура как никогда близка к тому, чтобы подарить ему себя всю без остатка.       — Давай встретимся завтра, после моего визита к Орочимару-сама, — прошептала она, приложив ладони к его щекам и слегка поглаживая скулы. Она подтянулась на цыпочках и наградила Учиху первым в жизни поцелуем по своей инициативе, вызвав изумлённый вздох с его стороны. — Я тебе расскажу о своей тренировке и мы обсудим, что делать дальше, — пролепетала она, обращаясь к другому Итачи, и надеясь, что он понимает её посыл.       — Тогда до завтра, девочка моя, — ответил Учиха, и жадно поцеловав её на прощанье, скрылся в вихре телепортирующего дзюцу.