Керагёз

      Шедоу снял с плеча пистолет, который он всегда носил с собой и приготовился к бою. Послышался всплеск воды и снова: «Цк, цк, цк.» — Кто там?! Покажись немедленно! — приказал ёж. — Фрррр… — и опять странный звук. — Да что ты такое?! — нервничал Совершенная Форма Жизни.       И тут на него налетело что-то чёрное, как смоль, и вмиг скрылось за деревьями. От неожиданности ёж опрокинулся на спину, но сейчас же встал и закрыл Марию собой на всякий случай. — Эй! Покажись! — Цк, цк… — Ты только так говорить можешь? Мария, лезь на дерево!       Девочка сейчас же вскарабкалась на молодое деревце, руками и ногами вцепившись в ствол. — Цк… — было слышно, как существо втянуло носом воздух и испуганно фыркнуло. — Я знаю, что ты в кустах! От меня не спрячешься! — Шедоу сделал шаг вперёд. — Ну?! Само выйдешь или помочь?       Внезапно, лес вздрогнул от дикого ржания, непонятное существо толкнуло ежа в грудь, сбив его с ног — и умчалась опять. Шедоу ловко вскочил на ноги и погнался за непонятным зверем. Он бежал быстро, так что догнать чудовище оказалось проще простого. Итак…       «Чудовищем» оказался молодой жеребчик — тонконогий, худой, с красивой шеей и пышной гривой. Конь скосил глаз на ежа и удивлённо фыркнул. И Шедоу был удивлен. На бегу он коснулся шеи лошади и погладил её. Животное не шелохнулось, а продолжило спокойно бежать. Лошадка была чёрной, как смоль, и не было на ней ни единой светлой отметины. Вцепившись в гриву лошади, Шедоу подтянулся и попытался забраться на коня, но соскользнул с его спины и едва не похоронил себя под острыми копытами. Он держался за лошадиную гриву, и конь поволок его по земле за собой. — Стой… Стой.! — пытался безуспешно остановить несчастный всадник лошадь, но жеребчик как будто оглох.       В конце концов ёж отпустил лошадиную гриву и кубарем полетел в грязь. — Фу! Ну вот, теперь идти к ручью! — вздохнул ёж и резко замер на месте, увидев Марию: — Мария? Ты в порядке? Он тебя не ранил? — Кто? Лошадка? Нет, он промчался мимо меня как ошпаренный и скрылся. А ты, я смотрю, пытался прокатиться на нём? — хихикнула она. — Да уж, этот дикарь чуть не лишил меня шкуры! И испачкал меня… — Это не страшно. Ручей смоет всю грязь.       Расстроенный Шедоу направился к ручью. Придя к источнику воды, он начал старательно смывать с себя грязь. — Фррр… — раздался внезапный звук. — М? Снова ты? Ну, привет! — ёж улыбнулся молодой лошади. — Какой красивый! Можно мне покататься на нем? — стала просить Мария. — Не стоит. Всё-таки, он дикий. Он может сбросить тебя, поранить или вообще убить. Это дикое животное. Я запрещаю тебе садиться на него, это ясно?       Но внезапно жеребчик стал ластиться к Марии, тёрся мордой о ее руки, касался их губами и тихо фыркал. Девочка с опаской погладила его. — Какой ты мягенький! Шедоу, ну можно я сяду на него? Он такой классный!       Шедоу тяжело вздохнул, размышляя. И решил рискнуть и сесть первым. Он погладил коня, уговаривая его стоять смирно и осторожно сел. В ту же секунду конь взбрыкнул и стал метаться по сторонам. — Воу, тише! Нет, стой! — раз — и ёж полетел в дерево. — Ты в порядке? — испугалась Мария. — Ооох. лучше и быть не может… — пробормотал Шедоу, потирая ушибленный лоб. — Ну что, Мари, до сих пор хочешь сесть на него? — Да!       С этими словами девочка осторожно погладила коня, ласково поговорила с ним и жеребчик опустился перед Марией на одно колено, приглашая её себе на спину. — Мария, стой! Я тебе запрещаю! — вскочил на ноги Шедоу. — Слезь с него сейчас же! — Ну не будь таким вредным, Шедоу! Я буду осторожна! Конь фыркнул и медленно пошёл вперёд. — Мария! Я кому сказал?! — Не бойся за меня! — уговаривала Мария.       Жеребчик продолжал ходить по кругу, катая её на себе, а Шедоу в это время чувствовал, как сердце пропускало удар за ударом. Внезапно, подул ветер, срывая листья с деревьев. Один лист, описывая в воздухе прощальный круг, упал рядом с жеребчиком, тот испугался, взвился на дыбы и стрелой умчался в неизвестном направлении. — Шедооооу!!! — только и успела крикнуть светловолосая.       Ёж рванул за ней на всей скорости, на какую только были способны его ноги и аэро-ботинки. Сначала, Шедоу просто бежал, а затем оттолкнулся ногами от земли и начал парить в воздухе на большой скорости. — Мария! Ты как там? — Нормально! Падаю!       Шедоу ускорился ещё, затем подпрыгнул и в прыжке поймал девочку на руки в самый последний момент, когда она должна была на полной скорости разбиться о землю. Мария испуганно дышала на руках ежа, который взирал на неё строгим взглядом. Но в её глазах играло счастье. — Я…я ездила верхом! На лошади! Видел? — Ты была не на лошади, а на волоске от смерти! О чём ты только думала? — Я… Просто хотела… — Ты могла погибнуть!!! Один раз я уже потерял тебя! Второго раза точно не выдержу! — Шедоу впервые очень разозлился на Марию. — Я…я понимаю, я… — Значит, так. Пока я сам не приручу этого конька, ты на него не сядешь, это понятно?!       И тут Мария тихо заплакала, дрожа всем телом. Но не потому, что ей запретили кататься на лошади, а потому, что Шедоу на неё кричал. Первый раз в её короткой жизни. И Шедоу тоже испугался. Он не ожидал от самого себя что накричит на этого хрупкого ребёнка. — Мария… Пожалуйста, без разрешения не садись ни на каких лошадей… Я же предупреждал тебя. Это слишком опасно… Прости, что накричал… — шепнул он ей. — Я просто очень испугался за тебя…       Мария посмотрела на Шедоу и шмыгнула носом. Он успокаивающе погладил её по голове и сказал: — Потерпи. Однажды, ты прокатишься на лошади. У нас впереди много времени.       Мария вздохнула и обняла Шедоу. Неся её на руках, он направился из леса на полянку, полную одуванчиков. Пушистые жёлтые цветы колыхались на ветру, словно солнышки и тянули свои листья к теплу и свету. — Ух ты! — девочка спрыгнула с рук ежа и побежала в поле. — Смотри, я в солнышках!       Она сорвала один цветок и понюхала его. Запах одуванчиков был слегка сладковатым и легким, похожим на сладкое варенье, смешанное с ароматами трав и леса. Он был свежим и приятным, создавал ощущение легкости и радости в сердце. Он казался одновременно нежным и свежим, легким и необычным, словно крылья хрупкой бабочки.       Солнце нежно касалось одуванчиков, создавая множество бликов на их маленьких соцветиях. Здесь и там можно было увидеть насекомых, которые садились на цветы отдохнуть. Поле казалось наполненным жизнью и энергией, как будто это был маленький улей, в котором трудились пчелы, собирая нектар с маленьких желто-золотых цветков. Временами сильный порыв ветра проносился по полю, прикасаясь к нежным соцветиям одуванчиков, и они, покачиваясь, как будто танцевали прекрасный танец под звуки легкого ветра и аромата лета.       Мария легла на спину и задремала, усыплённая ароматом цветов, пением птиц и ветра. Шедоу сидел недалеко от неё и плёл венок из пушистых солнышек. Солнце грело его руки, пальцы нежно касались тонких стеблей и маленьких соцветий, складывая их в прекрасный круг, похожий на тонкую золотую корону, которая вскоре украсит голову маленькой Марии. Процесс был медитативным и успокаивающим, казалось, что время остановилось, и весь мир сжался до маленького золотого венка в руках. Ёж настолько расслабился, что его начало клонить в сон. Теплый воздух, аромат одуванчиков и шепот матери-природы как будто нашёптывает чёрному зверю колыбельную и вскоре он тоже уснул.       Проснулся Шедоу из-за того, что кто-то касается его шипов мягкими бархатными губами. Резко вскочив от испуга, ёж случайно ударился головой о чью-то жёсткую морду. Наконец, открыв сонные глаза, он увидел стоящего перед ним молодого жеребчика. Того самого. — Снова ты? Почему ты ходишь за мной? Жеребчик в ответ только фыркнул, губами схватил ежа за ухо. — Эй! Отпусти, шалун! Мне больно! — Шедоу аккуратно освободил своё ухо из губ лошади и погрозил коньку пальцем: — Нельзя!       Жеребчик лёг рядом с Шедоу. Ёж начал чесать его шею и тот вытянул её, испытывая удовольствие от почесушек. Воспользовавшись моментом, Шедоу аккуратно сел на жеребчика. Замер. Посидел немного. — Вот так. Хороший мальчик. В эту же минуту жеребчик вскочил и стрелой понёсся прочь с поляны. — Нет! Только что всё было нормально! Чего ты вдруг?! Что за поведение? Хотя кого я спрашиваю вообще? Дикаря…       Шедоу старался держаться очень крепко на брыкающимся коньке и решил посмотреть, куда тот примчится. «А как же Мария?!» — мелькнуло в его голове.       Шедоу мотало туда-сюда и вскоре он уже сидел на мустанге задом наперед, держась за лошадиный хвост. Жеребчик примчался обратно в лес и скинул ежа со спины в дерево. — Ай! Да за что?! — обиделся Шедоу, потирая рукой ушибленную голову.       Жеребчик ответил диким ржанием и взбрыкиванием. Темный ёж печально смотрел на него даже не обратив внимание на то, как ему на голову упало яблоко. Он взял яблоко в руки и протянул его дикому скакуну: — Будешь? — Фррр… — мотнул головой мустанг. — Вкусное, сладкое. — Шедоу откусил от сладкого плода кусочек. — Мммм, очень освежает. На! — продолжал ёж уговаривать дикаря. — Иначе сам съем, я как раз голодный.       Жеребчик продолжал смотреть, как Шедоу ест яблоко и облизывался от зависти. А ёж, съев яблоко, полез на дерево за добавкой. — Хм, а это яблоко слаще предыдущего. Очень зря отказываешься.       Жеребчик подошёл ближе на четыре шага. Амбре свежего летнего яблока манил дикую лошадку. Он вытягивал шею, раздувал ноздри, фыркал и бил копытом.       Запах молодых лесных яблок был наполнен свежестью и сладостью, был легким и немного терпким, сладковатым и насыщенным, он был наполнен легкой кислинкой, которая создавала приятное ощущение во рту. Аромат смешивался с легким запахом трав и леса, создавая ощущение свежести и прохлады.       Жеребчик продолжал подходить и теперь подошёл настолько близко, что Шедоу мог коснуться его рукой. Что он и сделал. Отвлекая конька яблоком, ёж аккуратно коснулся лошадиного носа, а лошадка испуганно взяла угощение из его руки. — Вот умница. И ничего страшного, верно? — ласково произнес Шедоу. — Просто поглаживания. — он продолжал нежно гладить шею довольного жеребчика, не забывая угощать его яблоками. — Нравится тебе, да? А сесть можно?       Но как только Шедоу положил руки на спину молодому скакуну, тот сердито взвизгнул и, взбрыкнув, убежал прочь. — Ну что ж ты так сразу… Я же не хочу тебе вреда… — расстроился Шедоу и пошёл искать Марию.       Вокруг слышался легкий шелест ветра в кронах деревьев, редкие птичьи трели, а также тихий шум пробегающей мимо речки или ручейка. В воздухе витал легкий хвойный аромат, смешанный с нотками трав. Среди деревьев попадались яркие полянки, украшенные полевыми цветами и зеленью.       Тихонько подкрадывался вечер, который был наполнен загадочными пейзажами. Сумерки стелились низко над землей, деревья казались темными силуэтами, обрамляя путь. В воздухе витал легкий хвойный аромат, смешанный с окутанными нотками трав и земли. Изредка можно было услышать ночных животных, которые бегали среди кустов в поисках своей добычи. Шелест листвы на легком ветерке создавал приятную мелодию лесной серенады.       Марию Шедоу обнаружил там, где и оставил её. Все это время девочка продолжала мирно спать, зажав в руке букет одуванчиков. Вечерний ветерок ласково гладил девочку по голове и её худое тело покрылось мелкими мурашками. Рядом с Марией лежал вороной жеребчик. — Ты нашел её раньше меня? — шёпотом спросил Шедоу, садясь рядом с Марией и поёжился: — Здесь холодно. Надо уйти куда-то, где нет ветра. И как тебя назвать, кстати? Может… Керагёз? Точно, будешь Керагёзом. А теперь слушай. Я не хочу, чтобы моя подруга застудилась. Ты дикий конь и я уверен, ты знаешь много мест, где ветра меньше. Отвези нас туда, пожалуйста.       Жеребчик, названный Шедоу Керагёзом, согласно фыркнул и позволил ежу, который держал спящую девочку на руках, сесть на свою спину. Затем он аккуратно встал и пошел по лесу.       Шедоу увидел вдали огонёк и направил коня туда. Чем ближе конь приближался к огоньку, который оказался костром, чем сильнее он отказывался идти дальше. — Да что с тобой? Ты боишься огня?       Керагёз приседал на задние ноги, пятился назад, фыркал и совсем не хотел идти. Шедоу спешился. — Ладно, если ты боишься, я не стану тебя заставлять. Ступай обратно.       Керагёз сейчас же скрылся за деревьями далеко в лесу, а Шедоу приблизился к костру. Около костра виднелись силуэты. Это были люди, и похоже, они расходились. Мария уже давно проснулась. Вместе с ней ёж спрятался в кусты, чтобы люди их не увидели. Когда около костра уже никого не осталось, Шедоу и Мария вышли из своего укрытия и подошли поближе к уже потухему костру. — Я замёрзла, Шедоу. — дрожала Мария, обнимая себя руками, чтобы хоть как-то согреться.       Ёж воспламенил дрова с помощью своей энергии хаоса и костёр загорелся вновь. Огонь с удовольствием лизал поленья, выбрасывая небо золотистые искорки и отбрасывая на землю причудливые тени. Мария расслабилась, почувствовав тепло от костра. Шедоу тоже согрелся и вдруг заметил сумку. Она заинтересовала его. Открыв сумку, он увидел там пищу. Видимо люди второпях забыли забрать свою вещь. — Как можно быть таким рассеянным и торопливым? — удивлялся зверь, проводя штурм сумки.       В ней оказалась пачка печенья, вскрытая жвачка, зажигалка, какая-то коробочка с палочками от которой неприятно пахло (это были сигареты), и пустая бутылка. — Не густо. — расстроилась Мария. — Но и этого хватит, не хватает только воды.       Шедоу тут же телепортировался к чистому ручью, набрал воды в бутылку и телепортировался обратно. Всё это произошло в одно мгновение. Теперь у Шедоу и Марии была вода и еда. После небольшой трапезы Мария легла спать около костра.       Шедоу не спал, а смотрел вдаль. Он видел квадратные силуэты и ему было страшно. И силуэты, отходившие от костра, тоже не внушали ему доверия. он догадывался, что и кто это может быть. Это были всего лишь догадки, но он так боялся оказаться прав! Пусть это не будет то, о чём он думает…