***

      Вечером сумерки стали сгущаться. Рико Морияма вышел из летнего домика в сад: озеро сияло в голубоватом лунном свете и лепестки падали с вишен в воду. Он прошёл по тропинке и встал у самой крыши, наблюдая за колыханием веток на ветру. Вдруг рядом с ним, почти у самой головы, упал кирпич.       — Вот-те раз! — воскликнул он.       — Вот те два! — подумал Натаниэль и сбросил ещё кирпич, на этот раз он попал прямо в голову.       Ещё какое-то время из сада доносились приглушённые звуки, но затем всё стихло. ***       Ники встал на колени.       — Ну пожалуйста, умоляю!       — Не-а.       — Я сделаю всё, что хочешь! Ну, хочешь, буду посуду за тебя мыть две недели?       Эндрю скучающе окинул его взглядом, посмотрел на ногти и после этого уселся в кресло.       — Нет.       — Три недели?       — Да хоть четыре!       — Да тебе что, сложно? Я всего лишь…       Вдруг телефон Миньярда зазвонил. Он жестом дал Ники понять, что ему нужно ответить.       — Да?       На том конце молчали десяток секунд. Было ясно, что собеседнику тяжело дышать.       — Эндрю, — затем послышалось из телефона. — Я у леса слева от моста. Ты не мог бы —       — Что ж, ладно, ты замечательный оратор. Уговорил. Я на всё согласен.       У Ники задёргался глаз.       — Но я ещё даже не закончил предложение.       — Разве это так важно?       — Да нет, не очень. Мне просто нужно спрятать труп.       — Ладушки. Скоро буду.       Он положил трубку.       — Кто это был? — спросил Ники, пока Эндрю перебирал гардероб в поисках чего-то подходящего. В конце концов он надел чёрную водолазку и брюки в обтяжку. Кевин зашёл в комнату.       — Ой-ёй. Сегодня какое-то важное событие?       — Сегодня Натаниэль пригласил меня на свидание.       — Тогда может быть не стоит одеваться как на похороны?       — Это буквально похороны, кретин!       Кевин и Ники переглянулись. ***       Эндрю пришёл на место спустя час.       — Отвратительно выглядишь, — заявил он, а сам уставился на улыбающегося во весь рот Натаниэля.       Веснински рассмеялся, запрокинув голову назад.       — Обожаю твои комплименты. Спасибо, что пришёл.       — Ага. Только не подумай, что я тут ради тебя, окей? Мне плевать. Ты меня ваще не колышешь.       — Конечно-конечно, мы здесь, чтобы проводить в последний путь нашего общего злейшего врага, — он сжал кулак и устремил глаза куда-то вдаль, это означало, что началась очередная мотивационная речь, которая как обычно наоборот вышибет всю мотивацию. — Как Майкл Беар и Сьюзен Барнс. Как Доктор Дракен и Шиго. Как муж и жена… Тащи эту гниду.       Они достали тело в мешке из багажника припаркованной машины и схватили с разных сторон.       — Стоп, причём тут муж и жена?       — Муж и жена — одна Сатана, и всё такое, ну знаешь, эти семейные парочки, которые вместе портят всем жизнь…       — Окей, я понял, не продолжай.       — Как скажешь, пупсик.       Эндрю зло посмотрел на него.       — Не…       — …Аполитанский залив! Я тоже о нём подумал.       Они прошли несколько метров и остановились на небольшой поляне. В лесу пели птички и журчали ручьи.       — Закопаем здесь этого ублюдка!       Они вдвоём принялись копать яму, а затем сбросили в неё мешок так, словно внутри был мусор.       — Отличное место, конечно, — с сарказмом ответил Эндрю. — Но может быть стоило сжечь его?       — Хм-м… Не-е-е! Я ему пообещал, что он будет гнить в сырой земле, пока я заберу всё, что было ему дорого. Вот, даже водички принёс.       Он достал из-за пазухи детскую лейку, полил комья земли и швырнул их в мешок.       — Ну ты и садовник, конечно.       — Ты тоже, — Натаниэль подмигнул ему. — Наконец-то мы с тобой посадили наш хищный цветочек. Надеюсь, он не прорастёт.       — Это не цветочек. Это борщевик.       — Какая разница? Давай закапывать.       В этот момент они больше походили на двух псов.       — Я специально для него табличку купил, в машине осталась. Хочешь, напишем «Здесь покоится чмошник» или «Кто откопает, тот лох»?       — Любишь же ты глумиться надо всеми.       — Ага.       — И тупо шутить.       — Ну да.       — Меня раздражает твоя вечная невротическая улыбочка. Прям бесит не могу уже.       Натаниэль кокетливо заправил прядь волос с чёлки за ухо.       — Ты отвратителен. Ненавижу тебя.       — И я тебя ненавижу, мой омерзительный белый стервятничек.       В припрыжку Веснински направился к автомобилю. Эндрю сверлил глазами его спину и думал о чём-то. После того, как они окончательно унизили Рико, вдалеке послышался вой полицейских сирен.       — Ура! Моя любимая часть! — сказал Натаниэль и медленной походкой направился к источнику звука. Эндрю последовал за ним.       Полицейские вышли из машины.       — Стой! Руки за голову!       — Фу, как грубо. Не «Здравствуй, Натаниэлюшка, как твои дела»… «Стой, стой»… Ну стою. Вот возьму сейчас и обижусь.       — Прекращай свой цирк, — сказал один из них.       Эндрю тоже улыбнулся. «Сука. Хочу его!» — думал он.       — Он там, дальше, — подсказал Нат. — Под табличкой «В случае зомби-апокалипсиса уничтожить». ***       Вошёл судья, присяжные встали.       — Натаниэль Абрам Веснински, вы главный подозреваемый в предумышленном убийстве Рико Мориямы по статье 105 УК Соединённых Штатов Америки.       — Хм-м… Правда? Что ж, ну да, я его убил. Что в этом такого?       У стороны обвинения задёргался глаз.       — Вы жалеете о содеянном?       — Не-а.       — Ваша честь, — сказал Эндрю. — Как адвокат мистера Веснински ответственно заявляю, что нам ваще похуй.       — Нам тоже, — заявил Ичиро. — Я и сам собирался это сделать.       — Суд удаляется для вынесения приговора!       Судья вернулся через пару минут. На самом деле он просто хотел попить кофе.       — Натаниэль Веснински признаётся невиновным. Смерть наступила в результате несчастного случая. Суд окончен!