Урок 11. "Не так страшна Lampropeltis triangulum, как её малюют"

***

      Воздух в кабинете был затхлым и холодным, и тяжёлый запах застоявшейся сырости исходил от серых камней подземелья. Слабо освещенная мерцающими свечами комната едва напоминала погруженный в полумрак кабинет. Вдоль стен тянулись высокие полки, стонущие под тяжестью бесчисленных стеклянных банок. В вязких разноцветных препаратах плавали разнообразные ингредиенты: сморщенные головы, маринованные тритоны, мутные глаза и другие, гораздо более пугающие экземпляры. Здесь всегда витал горьковато-сладкий аромат сушеных трав и жженого сахара — свидетельство бесчисленных часов, проведенных за готовкой сложнейших зелий. За письменным столом — массивной глыбой темного дерева, заваленной свитками пергамента и открытыми учебниками, — сидел Северус. Его лоб был глубоко нахмурен, чёрные глаза внимательно изучали лежащие перед ним страницы, что значило лишь одно: любая ошибка, какой бы незначительной она ни была, будет устранена точным и быстрым взмахом пера.       Поздним вечером, когда все студенты были в своих общежитиях и готовились к отдыху, декан Слизерина был погружён в проверку практическими работ и домашних зданий учеников. Анализируя их своими бесстрастными чёрными глазами, он в недовольстве поджимал губы и ставил соответствующую оценку. Уже долгое время Снейп занимался работами своего выпускного седьмого курса Слизерин, а именно профильной группой отличников, в которую так трудно всегда попасть из-за жёсткого отбора. Его напряжённые раздумья прервал громкий и настойчивый стук в дверь. Дёрнувшись, Снейп подскочил с места и открыл дверь своего подземелья. Он никогда не был рад поздним гостям, и потому неожиданный визит запыхавшейся старосты Слизерина совершенно его не обрадовал. — Ну и какого чёрта вы меня беспокоите так поздно, мисс Паркинсон?       Та слегка скривилась, переводя дух. — Профессор, там эта… Сомнамбулис…она…       Снейп сощурился, постепенно меняясь в лице и становясь ещё строже, стоило ему только услышать до боли знакомую фамилию. — Продолжайте… — Эта…эта Сомнамбулис…она сидит в женском общежитии с чёртовой змеёй на руке! Д-девочки все просто в ужасе, сэр…       Услышав такие новости, Снейп метнулся в сторону женского общежития своего факультета. Нервные и быстрые шаги раздражённого преподавателя отдавались гулким эхом в тёмных и длинных коридорах школы. Он сжимал по пути кулаки и шипел про себя сквозь зубы тихие проклятия в сторону своей будущей ассистентки, снова не дающей ему покоя. — Клянусь, Сомнамбулис, сейчас ты у меня отхватишь по полной, и простой отработкой дело уже не разрешится…!       Когда он подошёл к девичьим покоям, Северус резко толкнул дверь, не церемонясь особо ни с какими приличиями. Слизеринки-старшекурсницы слегка взвизгнули и сильнее сбились в испуганную кучку у стены. — Ну и какого дьявола здесь происходит? — злобно рявкнул он, оглядываясь в комнате. — Где ты, чёрт возьми, Сомнамбулис?!       Девочки указали дрожащими пальцами в противоположную от них сторону, испуганно пялясь в тот угол, где самым невозмутимым образом сидела виновница всего происшествия, с неподдельным интересом наблюдавшая за тем, как белая маленькая змейка изящно переползает с одной её руки на другую. Недалеко от неё, на соседней кровати, сидела и Тэффи, совершенно привычная к странным выходкам подруги, и настороженно смотрела она только на ворвавшегося в ночи декана. — Сомнамбулис, — декан медленно и хищно приближался к студентке, прожигая её своим ледяным взглядом, — извольте объяснить мне, что это я, чёрт возьми, сейчас вижу в ваших руках?!       Взглянув на профессора спокойно, Лилит только вздохнула, продолжая поглаживать свою змейку тонкими бледными пальцами. — Уверяю вас, профессор, что вас совершенно зря побеспокоили. Я только хотела показать соседкам по комнате своего нового питомца, но, как видите…реакция оказалась довольно бурной. Даже слишком бурной, — проговорила она с ухмылкой, косясь в сторону одногруппниц. — Сомнамбулис, мне сейчас глубоко плевать на любые ваши объяснения, кроме одного: почему змея вообще оказалась на территории женского общежития?       Белая и тонкая змейка переместилась на вторую её руку, нежно ласкаясь о пальцы. Лилит проговорила мягким голосом, смотря в вечно чёрные и холодные глаза своего декана. — Она здесь находится потому, что теперь я о ней забочусь, профессор. К тому же это не какая-то обычная змея, а молочная. Думаю, вы понимаете ценность таких редких объектов с научной точки зрения…       Лилит снова посмотрела на соседок и несколько схмурилась, продолжая речь. — Я им пыталась объяснить, что она почти безвредная и боится их даже больше, чем они её, но они всё равно подняли такую шумиху, будто перед ними не моя Lampropeltis triangulum, а целый Василиск, что несколько лет назад терроризировал Хогвартс. Раньше меня подобная ситуация, пожалуй, даже и разозлила бы, но на седьмом курсе только забавляет. Правда я всё ещё недовольна, что вас потревожили по такой мелочи, так что приношу свои извинения, профессор, от лица всех участников…       Выслушав её полностью, но всё ещё с крайне недовольным видом, Снейп скрестил руки на груди. В течение некоторого времени он оглядывал бледные руки, нежничающие с рептилией, больше напоминающей белый шнурочек, а не потенциально опасного хищника. — Весь ваш трогательный рассказ всё равно не отменяет того факта, что в Хогвартсе запрещено держать любых других питомцев, кроме сов, жаб и котов. И вообще, Сомнамбулис, — Снейп тяжело вздохнул, стараясь вернуть себе терпение, — ведь не так много времени осталось до вашего выпуска, почему не провести это время без очередного шума? Или вы уже не помните, о чём у нас с вами ранее был уговор, м? — Сэр, справедливости ради, это ведь не я создала панику. Я не знаю, отчего девочки так боятся моего нежного зверька. Это милое создание само захотело моей защиты сегодня в полдень. Так боишься солнца, да, лапочка? — ласково говорит она змее, поглаживая её по маленькой головке. — Тэффи же вот её не боится, сами её спросите, если хотите.       Всё это время тихо сидевшая рядом Тэффи вздрогнула, стоило Лилит вмешать её в разговор со Снейпом. Тэффи всегда немного побаивалась декана, даже теперь, на выпускном курсе, поэтому слегка поджала губы, кивая в подтверждение своих слов. — Да, сэр, она совсем не опасная, — тихо проговорила она, отводя в сторону настороженный взгляд, не желая пересекаться с пронзительными глазами строгого преподавателя. — Н-напротив даже, миленькая…       Снейп хмуро наблюдал за обеими студентками, и его губы подергивались так, будто он пытался погасить нарастающее раздражение. Эта странная любовь к обыкновенно отталкивающим вещам давно не удивляла его, однако каждый раз новое увлечение было связано с каким-то скандалом и шумом, что не могло не воздействовать на и без того хрупкое преподавательское терпение. — Мне думается, что девочки боятся не столько этой змеи, сколько тебя саму, Сомнамбулис, — вкрадчиво проговорил Снейп, скрещивая на груди руки.       Лилит в ответ лишь отстранённо хмыкнула и перевела глаза обратно на любимицу. — С первого курса боятся, с чего бы теперь им изменять своим привычкам…?       Снейп медленно и тяжело выдохнул воздух, продолжая пристально смотреть на неё: да, Лилит и правда несколько сторонятся не только одногруппники, но и прочие ученики школы. Её холодный и прагматичный склад характера, тёмное прошлое отца-Пожирателя, а также одержимость наукой уже давно сделали её объектом для многих слухов и домыслов среди студентов. — Сомнамбулис, вокруг тебя уже слишком много шума для серьёзного учёного, коим ты себя мнишь… — Хм, — задумчиво произнесла она, переводя свои белые скептичные глаза на декана, — я не играюсь в учёного, профессор. Я уже учёный, и мои методы исследования меня более, чем устраивают. Если это кому-то не нравится, то это их проблемы, а не мои. Думаю…вы меня и без всех этих объяснений прекрасно понимаете.       Снейп и вправду прекрасно знал о её исследованиях, и не только о тех, что связаны со зельями или редкими ингредиентами для них, но нечасто вмешивался в её дела, позволяя заниматься ими в одиночку, если только в этом не было опасности для других студентов. Однако сейчас она была на тонком льду, и он не намеревался давать старшекурснице волю. — Даже похвально, Сомнамбулис, что ты рассуждаешь об этом с такой уверенностью. Но позволь спросить, какая цель твоих исследований? Что ты пытаешься доказать или узнать на этот раз? — Как и в том году, профессор, и, впрочем, всегда: свойства известных волшебному миру ядов и средства по их нейтрализации. — А что насчет этой змеи, мисс Сомнамбулис? Она тоже является частью твоих экспериментов? — Яд этого вида змей довольно слабый, но в сочетании с её молоком вполне сгодится на какую-нибудь лечебную сыворотку, я думаю. Что-нибудь противовоспалительное или ранозаживляющее, одним словом… Надо будет только не забыть завтра составить рецепт, да, — добавила задумчиво Лилит, пересаживая змею в небольшой стеклянный террариум, стоящий на столике около своей кровати.       Лилит была взрослая и талантливая зельеварка с серьёзными научными наклонностями, которая умела аккуратно работать с такими специфическими материалами, поэтому Снейп серьёзно сомневался, что её исследования молочной змеи в самом деле могли закончится плохо для неё или окружающих. Он молчал некоторое время, внимательно изучая свою выпускницу с ног до головы. — Значит так, — наконец произнес он медленно, — я разрешу тебе оставить рептилию и продолжать свои эксперименты…но на определенных условиях.       Он слегка склонился к ней своим бледным хмурым лицом, нависая своей мрачной высокой фигурой. — Сомнамбулис, — тихо произнес он, сужая свои строгие глаза, — должен ли я повторять о том, что любые манипуляции с ядами потенциально опасные, или ты всё же стала умнее и забыла отвратительные методы самоповреждения для выяснения их свойств и выработки антидотов?       Почесав повреждённое прошлыми годами опытов предплечье с хмурым видом, Лилит продолжительно вздохнула и ответила декану терпеливо. — Нет, сэр, не стоит, я всё помню… Я сейчас проверяю яды только химически, как вы и научили. Снейп наклонился ещё ниже, прямо к её уху, чтобы его вкрадчивые слова услышала только она. — Завтра после ужина сразу приходите ко мне, Сомнамбулис. У меня есть для вас дело. Промедлений я не потерплю, имейте это в виду. Когда он дождался понимающего кивка от Лилит, Снейп снова выпрямился и обратился ко всему общежитию, щёлкнув пальцами. — Всем спать, немедленно. И больше я не хочу слышать никакого шума после отбоя, особенно по столь ничтожному поводу. — Н-но сэр, как же…змея? — осторожно проговорила одна из девочек. — Вы серьёзно разрешите Сомнамбулис оставить эту гадость в нашем общежитии? А что, если она сбежит или укусит кого-то?       Снейп хмыкнул, окидывая всех своих недоумённых учениц бесстрастным, равнодушным взглядом, и проговорил своим тихим, низким голосом. — Какой же позор ждёт факультет Слизерин в дальнейшем, если теперь его выпускники так страшатся зверя с собственного знамени…?       Оставив этот едкий комментарий, декан ещё раз стрельнул холодными глазами в сторону Сомнамбулис, а следом он покинул женское общежитие, растворившись во тьме школьного коридора.