Урок 21. "Чего бы то ни стоило..."

***

Когда Хогвартс оказался в руках Воландеморта, то Лилит начала чувствовать себя даже более одинокой и изолированной, чем в школьные годы. Если раньше её обходили стороной сокурсники, то теперь на неё странно косились даже те учителя, которые знали её с самого детства. И это было, пожалуй, неприятней и обидней всего на свете. Прежде строгая, но доброжелательная Макгонагалл сейчас обращалась к ней только в случае крайней надобности и общалась так сухо, что Лилит почти бросало в дрожь. Профессор Слизнорт, когда-то один из самых любимых её учителей, рядом с ней становился неловким и испуганным, он как будто старался побыстрее покончить с любым её разговором и скорее убежать «по делам», хотя прежде они могли говорить даже о пустом часами. Флитвик, Трюк, Стебль и вовсе её игнорировали и не отвечали даже формально на вежливое приветствие, так что вскоре она совсем бросила попытки восстановить отношения со своими коллегами. Хотя никто не знал правды наверняка, но витало с нового учебного года среди учащихся и преподавателей сильное подозрение, что слизеринка Лилит, будучи приближенной к главному в Хогвартсе Пожирателю и даже имеющей Пожирателя в роду, увлеклась вслед за Снейпом Тёмными Искусствами и сама присягнула Воландеморту на верность. Слухи расползались по школе быстро, словно чума, и их отголоски периодически долетали до внимательной и осторожной девушки. Они и злили, и обижали её, но она молчала и не подавала виду, что знает о них, ведь профессор Снейп убедил её, что так было нужно: лучше, чтобы в стане врагов все думали, что ты с ними, а не против них. Он и сам придерживался этой позиции и благодаря ей до сих пор оставался живым. И всё-таки недолго Снейп оставался директором Хогвартса…. В одну из неспокойных ночей Макгонагалл сразилась с Северусом, и он был фактически изгнан из школы. Перед тем, как раствориться в чёрной ночной дымке, он бросил в сторону Лилит долгий печальный взгляд, от которого у неё больно дрогнуло сердце. После него она уже не слышала речей Макгонагалл о защите Хогвартса и подготовке всех к битве, и даже не восприняла её замечание о том, что и с Лилит позже будут серьёзно разбираться. Сейчас ей хотелось только тишины и уединения. Хотя бы на пару минут…. Когда девушка наконец зашла в свою комнату, то на столе увидела аккуратно уложенную записку с каким-то длинным посланием. Мелкий и убористый почерк с извилистой буквой «S», напоминающей змеиный хвост, был ей слишком хорошо знаком. Медленно, с содроганием она взяла тонкий белый лист, пахнущий свежими лепестками лилий. «Лилит, я пишу тебе это письмо потому, что чувствую, что скоро не смогу тебе сказать ни слова лично. Я покидаю Хогвартс и не знаю, когда вернусь сюда в следующий раз. Прошу тебя, не жди и не ищи меня, не подвергай свою жизнь большему риску, чем теперь. До последней своей минуты я буду помнить то, как ты любила ненавистное всем зельеварение лишь потому, что вёл его я… Я чувствую, что моя жизнь уже в ближайшее время истечёт, словно зелье из разбитой кем-то стеклянной колбы. Быть может, это наступит завтра, быть может, и послезавтра — я не знаю, и потому не хочу давать тебе никаких прогнозов. Я знаю лишь только то, что всегда любил тебя, Лилит, и буду любить до последнего вздоха… Прощай и будь счастлива. Профессор Северус Снейп.» — Это случилось, — прошептала про себя Лилит и ощутила, как ядерная смесь из горечи и гнева захватывает её всю. — Это, чёрт возьми, всё-таки случилось….Прощай? Вот так, значит? Да о каком таком счастье ты вообще пишешь?! Как будто это так просто — забыть тебя! Да никогда!!! Ай, да пропади оно всё пропадом! Её охватило такое буйство, что она одним махом выворотила свой драгоценный сундук с зельями и стала по одному швырять их об стену, чтобы они сильно и звонко бились, разлетаясь по комнате на сотни кусочков. — Вот вам закупоренная смерть! Вот вам золото, вот вам серебро! — кричала она каждый раз. — Вот вам Амортенция, вот вам….вот вам очередная бесполезная ерунда!!! Получите все!!! Эй, слышите, вы, идиоты безмозглые?! — заорала она в окно. — Мисс Сомнамбулис научит вас видеть красоту кипящего котла!!! Проклятье….! Как я всё ненавижу!!! Ненавижу… В руках у неё оказался вдруг сжат прозрачный колпак с засохшим бесовским цветком. С тем самым, из которого она хотела приготовить снадобье от детской болезни, но у руки у неё так и не дошли из-за экзаменов. Первый редкий экземпляр в её несчастной коллекции, теперь разлитой по полу и стенам разноцветно бурлящими, шипящими, испаряющимися пятнами… Лилит недвижимо стояла посреди ковра из острых осколков в полнейшей тишине и нежно сжимала запечатанное стеклом воспоминание о времени, когда самой большой и страшной бедой для неё было разве что оказаться в холодных руках вечно пахнущего странными лекарствами декана. Сколько она была бы готова отдать, чтобы хотя бы на одно мгновение ощутить себя укутанной в его чёрной старой мантии, вобравшей в себя всё тепло и всю пыль старых библиотек милого Хогвартса…! Но теперь она могла лишь прислониться лбом к холодному бездушному куполу и беззвучно покрывать его горячими солёными каплями, больно жгущими и щипящими её помутневшие, но всё такие же кристальные глаза. — Почему ты опять оставил меня одну? Почему в очередной раз не взял с собой? С чего ты вдруг решил, что так мне будет лучше?! Чёрт возьми, мы же договаривались, что я останусь с тобой до самого конца, и вот по итогу опять, опять за меня всё решается! Как мне это уже осточертело!!! — Сильно стиснув зубы, Лилит перенаправила свою горечь в яростную самоуверенность. — Нет, всё, увольте, профессор… Отныне за себя я сама принимаю решения. И мне глубоко наплевать, что вам это не понравится. Хоть даже голыми руками придётся тащить вас из-под земли, но я спасу вас, чего бы мне это ни стоило. Бесовской цветок гордо остался стоять рядом с письмом её дорогого профессора, когда грозная и собранная госпожа Сомнамбулис вновь покинула свои покои. И за их стенами уже можно было услышать, как страшно гремела битва за её родную школу волшебства…