Глава вторая

Гермиона прибыла в поместье Блейза. Эльф проводил её в спальню. Сегодня в комнате по особенному не пахло. Было свежо и прохладно. Девушка удивилась. Блейз любил тепло, а в спальне всегда пахло специями и благовониями. Он был горячим и теплолюбивым парнем, но сейчас здесь было иначе. Эльф забрал её мантию и исчез. Она стояла в чёрном, обтягивающем платье по колено, с толстыми бретельками. И в чёрных, лакированных ботинках, совершенно неподходящих к платью. Девушка села на кровать и расшнуровывала ботинок, скинула его, размяла пальцы ног, а потом сняла второй. Легла на кровать и вытянула руки, закрыла глаза. День был бесконечно долгим. Она услышала как скрипнула дверь, и её губы, накрашенные красной помадой, растянулись в улыбке. Блейз подошёл. Она почувствовала коленками как он прикоснулся к ней, ощущала кожей ткань его брюк. — Малыш, сделай мне приятно. Раздень меня, — она предвкушала его прикосновения, облизнула губы. Блейз всегда был ласковым. Раздевал её, целовал, дарил наслаждение. Он разрешал ей менять позы и руководить им. Девушка делала только то, что хотела, и от этого получала удовольствие. Гермиона ощутила его близость. Он склонился над нею, а его ладонь прошлась по её животу, грубо сжал её грудь, а губы накрыли её. И Гермиона сразу поняла, что это не он. Она распахнула глаза, а на неё смотрели другие: холодные и серые. Малфой обрушился на неё, а его пальцы сковали запястья. Он прижимал её всем телом. Гермиона выдохнула ему в лицо, а он языком коснулся её губ. — Ты думала, что поиграешь со мной?! Так не пойдёт, Грейнджер, — он засмеялся и грубо поцеловал. Поцелуй был прохладным, освежающим. Пахло чем-то дурманящим. Он пьян. Малфой целовал её с напором, проникал языком в рот, а его пальцы сильнее сжимали её запястья. Гермиона могла бы попытаться вырваться, ударить его по ногами, но он придавил своим весом, к тому же, его грубый поцелуй начинал сводить её с ума. Она чувствовала как внизу окаменело. И начала отвечать ему на поцелуй, так глубоко, насколько могла, и даже если была бы возможность задохнуться, то она уже была готова. Гермиона почувствовала как его пальцы разжались и забрались в её волосы, сжали их, а потом он перестал её целовать, резко навис над нею, встал и куда-то пошёл. Она села в постели и увидела как он ушёл в открытые двери, а потом вернулся с бутылкой огневиски в руке. Малфой пил прямо из горлышка. — Хочешь, Грейнджер? — Где Блейз? — Я депортировал его. Тебе он зачем, секс втроём, тебе такое нравится? — Какое ты на это имеешь право? — спросила Гермиона, а остальное проигнорировала. — Прямое. Он должен крупную сумму серьёзным волшебникам, и думал, что я решу все его проблемы. И оплачу все долги. — Но, ты мог бы дать ему. Хотя, что я говорю. — Я дал ему, и очень много, но Блейз не умеет считать. Он обречён. — И что теперь с ним будет? — Ничего. Ничего плохого Грейнджер, не смотри на меня так. Я дам ему подработку и вскоре он отдаст всё. А здесь ему делать нечего. — Ты распоряжаешься чужими судьбами. Мне кажется, что ты не имеешь на это никакого права. Ты просто убрал его, потому что боялся проблем. Малфой снова выпил. Гермиона видела как жёлтая капелька стекла по его подбородку. Он поставил бутылку на коричневый комод с позолоченными ручками, там стояла круглая ваза на золотых, коротких ножках, с какой-то диковинной птицей. У птицы были алмазные глаза, там же лежала волшебная палочка. Его. Малфой был пьян и безоружен. И снимал рубашку, обнажал своё белое, красивое тело. Он скинул её на пол и принялся за брюки. — Ты думаешь, что сейчас я буду с тобой заниматься сексом? — Ты уже почти мне отдалась, — сказал он. — Я думала, что это Блейз. — Ты поняла, что это не он. И поняла, что это я. Но когда ты это поняла, может даже раньше того, как я поцеловал тебя? — Как ты вообще попал сюда? — спросила она, опять игнорируя его вопрос. — Меня впустил хозяин. — Правда? Верно, он же прислал мне письмо, записку. Ты хочешь сказать, что это была заманиловка? Или это ты? Нет, это был его почерк и его слова. Он прислал мне тысячу записок, и, я знаю его почерк. Это был он, получается Блейз меня сюда заманил, чтобы ты, что? Нет, такого не может быть! Блейз бы не стал. Или... Ты что помог ему за вот это, чтобы я оказалась здесь? — в голосе Гермионы появлялись злые ноты. — Я не буду всего этого говорить. Вероятно, он написал тебе это вчера, вчера же? И в какое время суток? — Поздно вечером. — А ты пришла сегодня, почти ночью. Ты долго шла, Грейнджер. Заблудилась наверное? — Да, всё так, — она выдохнула. — Очень устала и уснула, а потом было много дел в Министерстве. Но как же он меня не предупредил? Знал же, что позвал. — Скажем так, ему поступило предложение от которого он не смог отказаться. Ему нужно было решать свои проблемы. Он мне сказал, что у него личная встреча, и я догадался с кем. А я сказал, что сообщу сам о его отбытие. Он понятия не имел о наших с тобой делах. — У нас нет с тобой дел. Малфой усмехнулся. — Значит он не продал меня за свой долг тебе? — Теоретически нет. Грейнджер, скажи, а тебе он зачем? — Тебе в красках рассказать? Он разозлился. Малфой подошёл к ней, совсем близко, и посмотрел в в глаза. Они казались стального цвета, а потом резко рухнул на колени, а его ладони легли ей на коленки. — Я никогда не делал этого. — Чего этого? — тихо спросила Гермиона. — Не стоял на коленях, не бегал за девушкой и никогда не делал то, что сейчас буду делать. Гермиона закусила губу. — А что ты хочешь сделать? — Ты хотела, чтобы я сделал тебе приятно. Ты скажи мне и я сделаю то, что ты хочешь? Гермиона улыбнулась, ощутила как внутри пробивает током. Она раздвинула ноги, а его ладонь скользнула к ней под платье, пальцы отгородили тонкую ткань трусиков и прикоснулись пальчиком к горячему бугорку. — Какая ты влажная. — Я же думала о Блейзе, от него я всегда влажная. И в этот момент он грубо засунул ей палец, резко. Гермиона выдохнула. — Мне больно! — Никогда не смей вот так со мной играть. Малфой вытащил палец из влагалища, вытер его об её платье и встал. Подошёл к комоду, выпил огневиски. — Ты сука, Грейнджер. Ты знаешь как я к тебе отношусь. Ты даже поняла это тогда, в Хогвартсе, в год после войны. Поняла, что я сходил с ума по тебе. Всё это было тяжело для меня, невыносимо. Мы же были из разных миров, но я... — Мы жили в одном мире и оба были волшебниками, — сказала девушка. — Ты знаешь о чём я говорю! — Грязнокровка — я помню. — Хватит, — громко потребовал он. Бутылка упала на пол, разбилась и золотистая жидкость растеклась по полу. Гермиона смотрела ему в спину, встала, расстегнула платье, что сползло по её ногам, откинула его ногой и расстегнула бюстгальтер, сняла трусы... Драко упёрся ладонями о комод, и смотрел на осколки и растëкшийся алкоголь. Гермиона подошла, коснулась его обнажённой спины ладонями, губами. Он закрыл глаза. — Я ходила, бродила по ночам, по коридорам Хогвартса, в надежде, что ты найдёшь меня и снова прижмёшь к стене, но так и не дождалась тебя. А тогда после случая в Министерстве я думала, что ты придёшь в мой кабинет или на моë крыльцо, а ты почему-то не приходил. Блейз помогал мне расслабляться, но всегда я представляла тебя, — на этом слове она провела языком по его позвоночнику и, Малфой развернулся. Он накинулся на её губы, схватил на руки и не справишься с равновесием, они упали на пол. — Малфой, — простонала Гермиона, — больно же. Его ладони легли ей на груди, он целовал её шею, а она обхватила его ногами. Ощутила его твёрдый член. Малфой облизывал грудь, а она стонала. И вошёл в неё резко, с силой. Гермиона вскрикнула. Его движения были такими быстрыми, что она ощущала, что сейчас взорвётся. Прямо в этот момент, в считанные секунды. — Я сейчас кончу, — проговорила она, задыхаясь от ощущений. Малфой целовал её, оттягивал губу, обсасывал и, продолжал сжимать её грудь. Через боль, через накрывающее удовольствие, она шептала: — Малфой, Малфой... Драко. Ещё никогда так быстро Гермиона не кончала. Ощущала как дрожит, как её бьёт изнутри, как она взрывается... Царапала ему спину и громко кричала. Она расслабила ноги, а он остановился и вышел из неё. Раздвинул ей ноги и Гермиона даже не успела опомниться, как его язык коснулся её клитора. Он провёл по нему несколько раз, а потом начал медленно посасывать бугорок. Она тяжело дышала, пальцами цепляясь за его волосы, а он интенсивнее посасывал клитор. — Драко, — на выдохе произнесла она и, закусила губу. И в этот момент его губы накрыли её. Он снова вошёл в неё. Гермиона ощутила волну, что накрывала её, вцепилась ему в плечи, вонзая ногти в кожу и, закричала, а потом он вытащил член и кончил ей на живот. Малфой откинулся на спину. — У меня ушиблена нога и рука, — простонала Гермиона. — Если я доберусь до палочки, то исцелю тебя, но я... Грейнджер, я не могу даже встать. Мне так хорошо и так плохо... — Так пить не надо, на утро ты даже не вспомнишь с кем ты... Трахался. — Вот это я точно хорошо запомню. — Серьёзно? Малфой ничего не ответил, закрыл глаза, и, Гермиона услышала как он уснул.

𓆙𓆙𓆙

Драко проснулся утром. Он лежал в постели и открыв глаза не мог понять, а где он находится. Потолок другой, тёмная портьера, шёлковая простыня пахнущая каким-то маслом и пряностью, он откинул лёгкое одеяло. Голова трещала, зрение подводило. Он запустил пальцы в волосы и помассировал свою голову. — Проснулся? — услышал он голос сзади. Резко развернулся, перед ним стояла Грейнджер. Её волосы были уложены в высокую прическу, черное, подчёркивающее фигуру платье, и красная помада на губах. — Грейнджер, — простонал он. — Ты обещал, что твои воспоминания не пострадают! И что ты не забудешь... Впрочем, не важно, — она взяла с кровати свою мантию и перекинула её на руку. — На тумбочке, слева, зелье от похмелья, а ещё от головной боли. Приходи в себя. — Да что же так болит голова, что это за комната? — Ты в поместье у Забини, которого ты депортировал. Гостевая комната. Она пошла к выходу — Я отлизал тебе, а ты вот так просто уйдёшь, вообще-то я никому никогда этого не делал. Грейнджер мне так хренова. Так раскалывается голова, — он рухнул в постель и закрыл ладонями лицо. — Я ненавижу зелья от похмелья. Вообще ненавижу напиваться. — Я жду тебя у себя дома, ровно в восемь вечера. Не опаздывай, — она ушла а Драко убрал ладони от лица. — А где твой дом, Грейнджер? Сука, как же болит голова...