Часть 1, Она же и последняя

      Выгорел.       Бакуго никогда не думал, что придёт время, когда Деку будет выглядеть так: потухшие пустые глаза, бледное осунувшееся лицо со впалыми щеками и спутавшиеся в один большой колтун волосы. Мидория потерял всё: Всемогущего, силу и … маму.       Всё это произошло всего за прошедшую неделю и никто не знал, что ещё может свалиться на плечи Изуку, но все вокруг понимали, произойди это что-то и они его потеряют. ***       Потерять Всемогущего было тяжело, но это было тем, к чему готовились все, а не только юный Мидория. Тошинори с каждым днём выглядел всё хуже и хуже, время его жизни уже рассчитывалось не днями, а часами; поэтому, когда им всем сообщили новость о том, что ночью сердце Всемогущего остановилось, все будто выдохнули, даже Изуку. Жить столько времени с мыслью, что вот-вот и смерть, уже было больно, а желать скорейшей смерти своему наставнику, что стал отцом, которого Мидория никогда не знал — было мерзко и гадко.       Спустя три дня после похорон Тошинори, Деку больше не мог терпеть разъедающую пустоту в своей душе и решил вымотать себя физически на столько, чтобы не было возможности дойти до кровати — сила не откликнулась. Ни десять, ни пять и даже ни один процент силы не проходили молниями через его тело. Пропасть в его душе стала ещё больше, а крик, вырвавшийся из глотки, разрезал всё тренировочное поле.       Когда одноклассники нашли Изуку, тот лежал в луже крови и плакал, очень тихо плакал. Ни один из них не посмел тогда произнести и слова. И никто не знал, как лучше сейчас поступить, все просто стояли и смотрели. Если бы не подошедший вскоре Айзава-сенсей, не известно, выжил бы Мидория вообще.       Спустя пять дней после похорон Тошинори взрыв в доме *** на улице ***. Тот дом, где жила Инко и тот дом, где ещё маленький Изуку мечтал стать самым великим героем — поглотило пламя от взрыва. В этот день Деку никто не видел, только из его комнаты слышались то ли вои, то ли стоны. Но все понимали, такие звуки явно не сулят ничего хорошего.       Никто не входил и не выходил, только отчаянные хрипы — единственное, что было доказательством для студентов о присутствии Деку в комнате.       Спустя неделю после похорон Тошинори Бакуго увидел Мидорию и не мог поверить тому, что было перед ним: потухшие пустые глаза, бледное осунувшееся лицо со впалыми щеками и спутавшиеся в один большой колтун волосы. На него было больно смотреть. ***       Изуку знал, на что он идёт, стоя на крыше какого-то заброшенного здания на краю города. У него больше не было ничего, что могло бы дать ему смысл жить; оставалось только уйти из этой жизни — уйти туда, где они.       Шаг. Полёт. Падение. ***       Легкий ветерок треплет зеленые кудри, что щекочут нос и заставляют открыть глаза. Над ним ночное небо, а под — лужа крови.       Он не мог выжить, никак не мог — это самое высокое здание в округе, шагнув с него, невозможно … — ААААААААААААА, — дикий крик разрывает тишину.       Мидория так мечтал о причуде в детстве, а получил предложение умереть.       Мидория так мечтал умереть сейчас, а получил причуду.