Часть 16

К удивлению врачей и счастью окружающих Лидия невероятно быстро шла на поправку. Временами её все ещё беспокоили боли в животе, но она уже уверенно передвигалась и принимала душ без посторонней помощи. С её эмоциональным состоянием все было не так хорошо. Частенько девушка замыкалась в себе и плакала перед сном, если её никто не видел. Однако с Ханной она была сильной. Девочка нуждалась в опоре, а Лидия стремилась ей эту опору дать, отодвигая собственную боль на дальний план. Перед Джексоном она тоже старалась показать себя зрелой и собранной, дабы его беспокойство хотя бы немного уменьшилось. Ему было о ком и о чем переживать, и Лидия не хотела добавлять к этому списку еще и свои опасения. Целыми днями Лидия посещала процедуры, играла с Ханной, насколько позволяли возможности, отвлекала Джексона от забот, порой беседовала с полицейскими, из раза в раз повторяя события той трагической ночи, и несколько раз в неделю проходила терапию вместе с Моррелл. К вечернему визиту Стайлза её маска спокойствия уже была плотно закреплена на лице. Лидия не была бы самой собой, если бы не думала о грузе ответственности, который лежал на плечах дорогого ей мужчины, и стремилась спрятать свою боль и от него. Но это же Стайлз. Он её знал. Он её чувствовал. Как бы парень не уставал от напряженного графика, сбора улик и оформления документации, каждый свой вечер он посвящал Лидии. Ни секунды верил в безмятежность, написанную на прекрасном лице или в хорошо отрепетированное «я в порядке». Единственный раз он видел её слезы в первую встречу после пробуждения, но не мог не заметить, как она порой она поднимает глаза к потолку, чтобы не дать соленой жидкости скатиться по фарфоровым щекам или что на тумбочке рядом с кроватью всегда есть пачка салфеток. И меняется она часто. Спустя несколько недель Лидию выписали из больницы, и она переехала в дом родителей Даниэль, но ежедневно посещала врача для наблюдений. Первое, что девушка попросила сделать после выписки — посетить могилы Натали и Уильяма. Джексон даже не пробовал сопротивляться и напоминать сестре о травме, вместо этого он вместе с Дэни и Ханной отправился с ней. У ворот Лидия заметила знакомую машину, из которой сразу же выпрыгнул Стайлз, натягивая капюшон на голову. Октябрь выдался на удивление холодным, ветер пронизывал до костей. Лидия обняла себя за плечи, комкая в пальцах свое шерстяное платье. За время, проведенное в больнице она потеряла несколько килограммов, и вся одежда была ей велика, но обновлять гардероб категорически не хотела. Вещи, что Джексон перевез из дома, казалось, еще хранили в себе ту атмосферу спокойствия и счастливой жизни, которой они лишились. Лидия еще цеплялась за эту жизнь. Молодые люди медленно шли по замерзающей земле, Ханна крепко держала за руки Джексона и Даниэль, Лидия же оставалась в реальности только благодаря крепкой руке на своей пояснице. Стоило троице свернуть в сторону, как девушка замерла. Она заметила две могилы, где земля еще отличалась от остальных. — Лидс? — Стайлз повернулся лицом к девушке и заглянул в зеленые глаза, где бушевала паника. Джексон, стоя у могилы матери, повернул голову в сторону сестры и поджал губы. — Теперь это реально. — Если не хочешь, то мы можем не подходить, — Стилински взял ледяные руки девушки в свои. — Все поймут. — Нет-нет, я должна… — Милая, ты никому и ничего не должна. Можешь прийти, когда будешь готова. — Пока я лежала в больнице, Джексон организовал похороны мамы и Уильяма, вернулся в наш дом и собрал все нужные вещи. Я тоже могу быть сильной, — Лидия сильнее распрямила плечи. — Только не отпускай мою руку. — Не отпущу. Стоило им приблизиться к могилам, как маленькая Ханна подняла на сестру свои красные от слез глаза, подошла к ней и, аккуратно обняв ее за талию, уткнулась носом в ее платье. Лидия нежно погладила сестру по голове и, не отрывая взгляда от надгробных плит, сжала руку Стайлза. Девушка раз за разом пробегала глазами по белому мрамору и выбитым на нем именам. Джексон признался, что не знал, что добавить, а ей казалось, что ничего добавлять и не нужно. Нет таких слов, которые могли бы выразить в полной мере боль детей, оставшихся без родителей. — Я скучаю по маме с папой, — все услышали дрожащий голос Ханны. — Я тоже, солнышко. Молодые люди еще долго пробыли на кладбище и ушли лишь тогда, когда Ханна стала прятать свои замершие ладошки. Стайлз отправился в офис шерифа, а Джексон отвез своих сестер и девушку домой. Позже вечером, пока Даниэль играла с Ханной, Лидия проходила мимо спальни брата и увидела его, сидящего на краю кровати с запущенными в волосы руками. Тихо подойдя к нему, она аккуратно села рядом и опустила голову на его плечо. — Всё будет хорошо, Лидс. Я позабочусь о вас. — Я это знаю. Просто хотела попросить тебя сосредоточиться на Ханне, — парень повернул голову, вопросительно посмотрев на сестру. — Джексон, я выросла. Собиралась улететь на другой конец страны… Конечно, я не была готова потерять родителей так рано и мечтала, что они будут рядом, когда я получу диплом, выйду замуж и подарю им внуков, — грустная улыбка затронула губы девушки. — Но у меня было счастливое детство. У меня есть ты — мой сильный старший брат. Ханне нужен не брат, а родители. Джексон нежно взял сестру за руку. — Ты всегда была умнее сверстников или это я не заметил, как ты выросла? — Всё вместе. Я просто приняла решение, что полечу с вами с Филадельфию, но на время, чтобы помочь. Как только Ханна там полностью утроится и почувствует себя, как дома, я перееду. — Таким образом ты хочешь мне сообщить, что собралась переехать к моему лучшему другу? — Что? Нет! Мы со Стайлзом даже не обсуждали это. Я просто… — Лидия встала и скрестила руки. — Просто не хочу менять свои планы из-за отц… из-за Джеффа. Не хочу, чтоб это на меня повлияло. — Но сестренка, это на тебя повлияло. В признании этого нет ничего постыдного. Ты едва не погибла и… — Джексон, я это знаю! — голос девушки повысился на несколько тонов и задрожал. — Но я выжила. Я смогу достичь всего, чего хотела! Чтобы мама и Уилл гордились. Парень подошел к сестре, прижал ее к себе и крепко обнял. Девичьи слезы заливали его футболку, а сам Джексон позволил своим слезам катиться по щекам. Впервые проявил слабость при младшей сестре. — Они гордились тобой и гордятся сейчас, как и я. Ты выросла прекрасной девушкой. Сильной. Я восхищен тобой и прекрасно понимаю, почему Стайлз не смог устоять, — Джексон почувствовал, как девушка хмыкнула, не прекращая плакать. — Я поддержу любое твое решение и помогу всем, чем смогу. Только, Лидс… — Что? — Никогда больше не говори мне заботиться о тебе меньше, чем о ком-либо другом. Я всегда буду о тебе заботиться. Девушка ничего не ответила, лишь позволила слезам и дальше бежать из глаз и крепче обняла старшего брата. Она говорила с ним совершенно искренне и, действительно, хотела, чтобы он сконцентрировал свое внимание на Ханне, но после слов Джексона поняла, как важно ей самой чувствовать его заботу. Спустя некоторое время Даниэль тихо постучала по дверному косяку, привлекая внимание Лидии и Джексона. — Там Стайлз приехал, — мягко сообщила она. — Что-то случилось? — в голосе Джексона зазвучало беспокойство. — Нет, — Лидия смахнула слёзы с щек. — Это я попросила его приехать за мной. — Вы куда собираетесь? — Не знаю, просто хотела побыть с ним. Стилински не мог не заметить покрасневших глаз возлюбленной, но поджал губы, сдерживая вопрос. Поцеловав Ханну в макушку и обняв на прощание Дэни и Джексона, он направился следом за Лидией, которая уже стояла на крыльце, кутаясь в свою серую кофту. — Куда ты хочешь? — спросил парень, стоило им оказаться в машине. — Куда бы мы не пришли, все взгляды будут направлены на нас. Я пока к этому не готова. Можем поехать к тебе? — Конечно. Дом Стилински показался ей более живым, чем тот, где она сейчас жила. У Дэни все же царила траурная атмосфера, несмотря на все усилия девушки и ее родителей. Здесь же время продолжало свое движение. Когда молодые люди зашли, шериф сидел в кресле и следил за футбольным матчем. Увидев сына в компании юной Мартин, он удивился и тут же встал. — Простите за вторжение, шериф. Я захотела сменить обстановку, — Лидия робко улыбнулась мужчине. Она редко видела его в гражданской одежде, не говоря уж о такой домашней атмосфере. Даже до всех событий им удалось поужинать всем вместе в доме Стилински не больше трех раз. — Никаких проблем, милая. Тебе всегда рады в этом доме, — мужчина раскрыл руки, и девушка с радостью его обняла. — И вне моей работы можешь звать меня Ноа. — Хорошо, — Лидия быстро заморгала, смахивая слезы. Прошло много недель с тех пор, как её обнимали именно так. По-отечески. Ей этого не хватало. Они поужинали все вместе, а потом расположились в гостиной перед телевизором. Шериф вновь сел в свое кресло, а пара расположилась на диване. Лидия поджала ноги под себя и положила голову на плечо Стайлза, который прижимал её к себе за плечи. Старший Стилински предложил переключить программу на любой другой канал, но девушка отказалась. Она почти не обращала внимание на происходящее на экране, погрузившись в свои мысли и впитывая царившую вокруг атмосферу тихой уверенности и спокойствия. Время от времени Стайлз наклонялся, чтобы поцеловать ее макушку или просто вдохнуть аромат волос, гладил ее по плечу или сжимал прохладные пальцы второй руки, выказывая молчаливую поддержку. Оторвав взгляд от экрана, девушка внимательно рассматривала рамки с фотографиями, висевшими на стене. На нескольких фотографиях было изображение красивой женщина, которая была никем иным, как Клаудией Стилински. Лидия никогда ее не видела, но сомнений не было. Больше всего её заинтересовала фотография, где женщину запечатлели вместе с маленьким Стайлзом на крыльце дома Стилински. Только сейчас девушка осознала, что её возлюбленный был ненамного старше Ханны, когда тоже потерял маму. Разница была лишь в том, что у него остался прекрасный отец, чего лишилась не только Ханна, но и они с Джексоном. Джеффа Мартина они называли теперь исключительно по имени и никак иначе. — Стайлз? — прошептала девушка. — Да? — так же тихо ответил парень. — Когда-нибудь станет легче? — парень проследил за взглядом рыжеволосой и тоже посмотрел на фото. В особенности на маму. — Через время боль притупится и больше не будет занимать все твои мысли. Она не исчезнет никогда, но ты научишься с ней жить — смеяться и радоваться новому дню, не испытывая чувства вины, идти вперед по жизни без оглядки на прошлое и с теплой улыбкой вспоминать все прекрасные моменты, которые вы успели разделить. — Ты быстро этому научился? — Я не знаю, что в твоем представлении «быстро». Мама долго болела и у меня было время подготовиться к тому, что она уйдет, а у тебя этого времени не было. — Я думала еще и о Ханне… — С ней все будет в порядке. Рядом с ней столько людей, которые её любят. Джексон и Дэни позаботятся обо всем необходимом. И есть еще мы с тобой. Лидия улыбнулась этой фразе — «мы с тобой». Она вселяла в девушку некую уверенность в будущем. — Спасибо, что ты рядом, — Лидия в который раз за день крепко прижалась к нему. — Всегда, Лидс. Я всегда буду заботиться о тебе, - Стайлз, не зная этого, повторил ту же фразу, которую сегодня произнес Джексон и Лидия знала, что он сдержит слово. Они оба сдержат.