Глава 2. «Считая Дни»

Следующие две недели были словно пытка. Каждый день был одинаковым. С пяти утра Коджи уже стояла во дворе. Отец давал ей деревянный меч или обычную катану для тренировок. И тренировка начиналась. Удары по деревянным столбам. Повторение каждой из форм «Дыхания солнца». Спарринг с отцом, где он не сдерживал силу. Бамбуковая палка свистела в воздухе и оставляла красные полосы на руках и ногах девочки, если она хоть чуть чуть ошибалась в стойке или атаке. Коджи не морщилась, не кричала. Даже когда кровь снова проступала сквозь бинты. Днём она почти не разговаривала. Мать молча перевязывала новые раны. Каито бросал колкие замечания, проходя мимо. Только Ёки иногда тихо подходила, протягивая стакан воды или персик. — Сестрица.. тебе не больно? — спросила она однажды очень тихо. Коджи посмотрела на восьмилетнюю девушку пустым взглядом и ответила: — Нет. Ночи были самыми тяжёлыми.  После вечерней тренировки Коджи уходила в свою комнату, закрывала дверь и садилась на татами. Доставала маленький потрёпанный блокнот и рисовала: цветы, закат, птиц. Потом Коджи прятала блокнот. Осталось двенадцать дней..  Десять… Семь.. Пять.. Три.. На четырнадцатый день, ранним утром Коджи снова стояла во дворе со старой катаной в руках. Всё тело ныло. Новые синяки, ссадины покрывали плечи и бёдра. Дыхание было ровным, но тяжёлым. Тренировка продолжалась ещё час. Вдруг со стороны ворот послышались шаги. К воротам подошёл мужчина среднего роста в тёмно синем хаори и маске Хёттоко. В руках у него был аккуратный деревянный ящик обмотанный тканью. Зенджиро вышел на встречу. Кузнец низко поклонился. — Меня зовут Кадзияма, я выковал катану для Коджи Юмико и пришёл доставить.  По личному заказу отца, Зенджиро Юмико, для одиннадцатилетней дочери была выкована особая катана. Мастер-кузнец из семьи, которая уже несколько поколений работала исключительно на Хаширу Солнца, провёл над этим мечом почти полгода.Кузнец передал ящик с катаной. Коджи открыла ящик и достала её вложенную в ножны.  Ножны были обычными — черными. Рукоять тёмно красная. На катане была  золотая гарда в виде солнца. Лезвие имело необычную волнообразную, «расколотую» форму, словно пламя, застывшее в момент разлома. Коджи подержала катану в руках несколько секунд и серое лезвие стало ярко золотым.  — Благодарю, — произнесла она тихо и ровно. Кузнец кивнул. — Редко вижу такую необычную катану у одиннадцатилетней девочки. Надеюсь она прослужит тебе долго. Когда кузнец ушёл, отец подошёл к Коджи. В руках у него было сложенное золотистое хаори, украшенное множеством стилизованных солнц разного размера — точно такое же, какое он сам когда-то носил в бытность Хаширой Солнца. Зенджиро молча протянул хаори дочери. — Это теперь твоё. Носи его с гордостью. И не посрами наш род. Коджи приняла хаори обеими руками и низко поклонилась отцу. — Поняла, сенсей. Она осталась стоять посреди двора, держа в руках свою катану и золотое хаори от отца.  Коджи медленно подняла взгляд на ворота. Лицо оставалось совершенно пустым, но внутри, где никто не мог услышать, прозвучало одно короткое, холодное слово: — Сегодня. Продолжение следует…