Часть 20

Сцена 40: Инструктаж для «Смертников» ​(Кадр: Арена. Сгущаются сумерки. Сморкала, Рыбьеног и близнецы топчутся на песке, нервно переглядываясь. Астрид стоит в центре, скрестив руки на груди, его взгляд тяжелый и решительный) ​— Астрид, ты серьезно? Зачем мы здесь? — Сморкала пытается хорохориться, но его голос дрожит. — Весь флот уплыл, вождя нет, а мы тут в прятки играем? ​(Вместо ответа из тени дальнего загона медленно выходит Икота. Она пугающе спокойна, в её движениях нет и тени былой суетливости. Одной рукой она небрежно держит за рог Ужасное Чудовище, которое еще утром пыталось её сжечь. Дракон идет рядом, как послушный пес, тихо урча) ​— Ситуация простая, — Икота обводит их холодным взглядом. — Флот идет на бойню. Мой отец ведет их в ловушку, из которой никто не вернется. И единственный шанс их спасти — это мы. ​(Астрид смотрит на неё с нескрываемой гордостью. Он видит, как его невеста берет на себя роль, к которой её готовили всю жизнь, но совсем не тем способом, которого ждал Стоик) ​— Да ты с ума сошла! — вскрикивает Сморкала, пятясь. — Это же... это же Чудовище! ​— Оно самое, — Икота подходит к нему вплотную, ведя за собой дракона. — Ты же всегда хотел быть первым в бою, Сморкала? Пора доказать. ​(Она берет трясущуюся руку Сморкалы и, не обращая внимания на его тихий писк, кладет её на горячую чешую морды дракона. Как только Сморкала чувствует тепло и дыхание зверя, Икота резко отпускает руку и отходит к сундуку со снаряжением) ​— Эй! Ты куда?! — паникует Сморкала, боясь пошевелиться, пока Чудовище внимательно изучает его ноздрями. ​— За веревками! — бросает Икота через плечо, вытаскивая из сундука мотки прочного каната. Она указывает на открытые клетки, откуда уже вальяжно выходят Змеевик и Громмель. — Или вы думали, мы пойдем в Гнездо пешком? Нам нужно на чем-то держаться, когда будем в небе. ​— Это... это просто запредельно круто! — синхронно выдыхают Рыбьеног и близнецы, завороженно глядя на своих будущих напарников. ​Сцена 41: Путь в Бездну ​(Кадр: Морской туман. Десятки кораблей медленно скользят по белой пелене. Вокруг — зловещая тишина, нарушаемая только скрипом мачт и плеском весел. Викинги притихли, многие сжимают обереги. Только Стоик стоит на носу главного драккара, неподвижный, как скала) ​(В центре палубы, закованный в тяжелые цепи и втиснутый в деревянную клетку, сидит Беззубик. Он внезапно начинает издавать странные, тревожные звуки — смесь стона и предупреждающего рыка. Он вертит головой, его уши дергаются, ловя вибрации, которые не слышны людям) ​— Он что-то чует, — шепчет Плевака, подходя к вождю. — Стоик, может, стоит замедлиться? ​(Стоик даже не оборачивается. Он смотрит только вперед, туда, где за туманом скрывается враг его предков. Он видит, как Беззубик тянет морду в сторону самой густой части тумана) ​— Всем кораблям — следовать за мной! — гремит голос Стоика, перекрывая туман. ​(Он подходит к клетке и смотрит в глаза Ночной Фурии. В его взгляде нет жалости — только суровое требование вождя, готового на всё ради победы) ​— Веди нас домой, тварь, — чеканит он. — Пора покончить с этим раз и навсегда. ​(Корабли один за другим ныряют в самое сердце тумана, навстречу своей судьбе)