Глава 22. Жизнь не по графику

Будильник еще не прозвенел, но Гермиона уже лежала с открытыми глазами, глядя в потолок. За окном едва начинал брезжить мартовский рассвет. Где-то в конце коридора скрипнула дверь, кто-то протопал в туалет. Она проснулась почти на два часа раньше обычного. Голова болела из-за плохого сна. Сегодня ей предстояло сдать кровь на анализ и наконец закончить эти дни неопределённости. Ожидая звонка будильника, Гермиона повернулась на бок, поджав колени ближе к груди. В голову снова полезли мысли. Ещё недавно ей казалось, что жизнь идет по четкому и давно намеченному маршруту. Сначала университет. Потом диплом, карьера, собственное жильё. И уже потом, когда всё станет достаточно устойчивым, всё остальное. Она верила: если придерживаться этого плана, всё будет хорошо. И теперь всё это могло рухнуть из-за одной ночи, когда они с Драко потеряли голову. Странно, как быстро исчезает иллюзия контроля. Теперь она рисковала стать той самой девчонкой, про которую шепчутся с пренебрежительной усмешкой: «залетела, не замужем…». Гермиона ненавидела себя за то, что вообще думает в таких категориях, но ничего не могла с собой поделать. Она ведь всегда была такой собранной, ответственной, привыкшей просчитывать всё на несколько шагов вперёд. И сейчас вся её привычная жизнь трещала по швам. Самое смешное, что объективно катастрофы не было. Родные точно бы её поддержали, а любимый человек не пытался сбежать и не предлагал «решить проблему», лишь бы снять с себя ответственность. И если подумать, молодость — неплохое для родительства время. Да, для неё это было рано. Да, совсем не так она представляла своё будущее. Но в двадцать лет у тебя есть здоровье, силы, время… Тем более Драко не был человеком без средств к существованию. Его родители, конечно, могли при желании перекрыть ему доступ к семейным деньгам, но даже с учётом всех этих «но» ситуация не была концом света. Но однозначно правильного ответа не было. Либо ты становишься родителем сейчас, когда ты ещё не готова, либо ты откладываешь всё на потом. Ведь в молодости время кажется бесконечным. Кажется, что его всегда будет достаточно, но потом однажды может выясниться, что это не так. Гермиона не раз слышала подобные истории. Успешные женщины, блестящие специалисты, добившиеся всего, к чему стремились. Те, кто откладывали детей «на потом» — сначала на пару лет, потом еще на пять, на десять, а в итоге оказывались в репродуктивных клиниках, где время становилось самым ценным ресурсом. Где врачи смотрят на анализы и говорят: «Шансы есть, но…». В такие моменты понимаешь, что никакие деньги и карьера не гарантируют, что в нужный момент природа скажет «да». И вот она оказывалась на этих качелях. Что страшнее: стать матерью сильно раньше, чем планировала, или однажды обнаружить себя в безупречно выстроенной жизни, где не осталось места для чего-то настоящего? Для того, что потом не купишь ни за какие деньги. А ведь она даже не знала, беременна ли на самом деле. Лежа в комнате, где за стенами кто-то жил своей обычной жизнью, она пока не знала, какая из этих реальностей ждёт её. За окном окончательно рассвело, и в комнате стало светлее. Гермиона быстро выключила зазвонивший будильник и направилась в душ. Оставалось надеяться, что вода хотя бы немного её успокоит. Вода из лейки сначала пошла ледяная, но потом резко сменилась горячей. Гермиона встала под струи и закрыла глаза, позволяя каплям стекать по лицу. И в этот момент она что-то почувствовала. Она открыла глаза и посмотрела вниз. По внутренней стороне бедра, смешиваясь с мыльной водой, текла тонкая струйка крови. Вот и всё. Никаких «двух полосок» или вынужденных планов на будущее. Просто начало нового, пусть и запоздалого цикла. Гермиона шумно выдохнула. За эти несколько дней она уже успела прикинуть сроки, подсчитать академический отпуск и десятки раз прокрутить в голове варианты будущего. А теперь эта выдуманная жизнь просто уходила вместе с водой в слив, оставляя её прежней. Гермионе Грейнджер снова нужно было просто идти на лекции. Гермиона выключила душ. Наступила тишина, нарушаемая лишь редким стуком капель о поддон. Она осторожно вытерлась, накинула халат и вернулась в комнату. Соседка всё ещё спала. Стараясь не шуршать упаковкой, Гермиона достала из тумбочки всё необходимое. Закончив, она взяла телефон и набрала короткое: «Всё хорошо. Отбой тревоги». Ответ пришел через пару мгновений. «Ты уверена?» «Да». «Хорошо». Он тоже не спал в этот ранний час. Гермиона положила телефон на кровать и встала перед зеркалом. Она снова представила, каково бы это было, если бы тест показал «да». Возможно, случись это год назад, она бы чувствовала себя загнанной в угол и совершенно одинокой. Но теперь… Наверное, она бы справилась. Они бы справились. Впрочем, сейчас она была просто рада, что выяснять это не пришлось. Она открыла шкаф и достала чистую футболку. День начинался, и это был её день.

***

В университетском кафетерии шумели студенты, гремели подносы и звенели вилки. Обычный обед. Но за их столиком было тихо. Утренняя переписка сняла все сомнения, однако одну вещь всё равно предстояло решить. Гермиона рассеянно водила вилкой по тарелке, собирая гарнир в одну сторону. — Я больше не хочу так нервничать, — тихо начала она. Драко оторвался от еды и посмотрел на неё, ожидая продолжения. — Я хочу записаться к врачу. Чтобы он мне назначил таблетки. Он слегка прищурился, обдумывая её слова. В такие вопросы он никогда не вникал. — Ты про противозачаточные? — негромко уточнил он. — Угу. — Это… безопасно? — Да, главное — подобрать подходящие. Драко медленно кивнул, разглядывая её невыспавшееся лицо. Он понимал: в последнее время они слишком часто играли с огнем, полагаясь на календарь и пренебрегая контрацепцией, и в тот раз он зашёл дальше, чем обычно. Для него это была секундная слабость, а Гермионе пришлось пройти через эти мучительные дни ожидания. Вина за её переживания целиком лежала на нём. — Хорошо, — сказал он. — Съездим вместе. Гермиона подняла на него взгляд. — Зачем? Это обычная консультация. Только время в очередях потеряешь. — Я поеду с тобой, — повторил Драко так, словно вопрос уже был решён. — Мы оба в этом замешаны, так что без вариантов, Грейнджер. Он накрыл её ладонь своей, закрепляя уговор. Вокруг шумела столовая: кто-то смеялся, кто-то торопливо доедал обед перед следующей парой, но за их столом всё было странно прагматичным. Никаких разговоров о чувствах, никакой драмы. Это был один из тех взрослых разговоров, которых между ними становилось всё больше. — Договорились, — тихо ответила она и потянулась к чашке. Драко вернулся к еде так буднично, будто они только что обсудили расписание лекций.

***

Так закончился март, и незаметно проходил апрель. Страх исчез, уступив место их предсказуемой рутине. Но в конце месяца привычное расписание Драко нарушил звонок Люциуса. Отец коротко обозначил причину: нужно обсудить летнюю практику в его компании, и для этого Драко должен приехать в поместье в воскресенье. — Может, я просто заеду в офис? — предложил Драко, перекладывая конспекты на рабочем столе. Ему не хотелось менять планы на выходные. В голосе Люциуса послышалась знакомая непреклонность: — Мать не видела тебя больше месяца. Она уже составила меню на обед. Не расстраивай её. Против этого аргумента спорить было бессмысленно. Дом Малфоев мало походил на излишне пафосные виллы, которые обычно строили люди их круга. Просторный двухэтажный особняк из светлого камня сочетал черты неоклассики и минимализма. Панорамные окна открывали вид на ухоженный сад, террасу и зеркальную гладь бассейна. Внутри было много воздуха: высокие потолки, полы из светлого матового дерева и мягкий янтарный свет. В оформлении чувствовался вкус Нарциссы. Именно благодаря ей современная архитектура не казалась холодной: текстиль, живые растения и тщательно подобранное освещение делали дом удивительно уютным. Гостиная переходила в обеденную зону. Единственным контрастом здесь был массивный прямоугольный стол из тёмного дуба. Нарцисса сидела напротив сына, расспрашивая его об учёбе и последних новостях. Люциус во главе стола молчал, неторопливо разрезая мясо. Его взгляд то и дело задерживался на сыне. Глава семьи наблюдал. Раньше ему регулярно приходилось разгребать последствия выходок Драко: штрафы за агрессивное вождение, неприличные счета из ресторанов и вечная свита из прихлебателей и сомнительных девиц. На первом курсе добавились выговоры за прогулы и поведение на занятиях, а комендант общежития регулярно жаловался на ночные вечеринки и спорткары приятелей, перекрывающие пожарные выезды. Но последние полгода Люциуса никто не беспокоил. Наступила тишина. Перемены в Драко выдавал даже взгляд: исчезла прежняя вызывающая расслабленность. Он больше не демонстрировал напускную скуку и не отделывался односложными фразами, как делал раньше на семейных ужинах. В его голосе появилась дисциплина и спокойная деловитость. Когда Люциус заговорил о скорой летней практике, Драко отвечал уверенно, со знанием дела. Его ждала стажировка в департаменте стратегического планирования «Малфой Энтерпрайзес» — обязательная ступень для будущего управленца. Люциус слушал его и безошибочно понимал причину этих метаморфоз. Грейнджер. Её влияние теперь читалось в каждом жесте сына: она сделала то, чего не удавалось ни строгим выговорам, ни угрозам лишения денег — заземлила его, заставила включить голову. Правда, между отцом и сыном всё ещё сохранялся холодок после февральского конфликта. Драко держал дистанцию, общаясь исключительно в деловом ключе и почти не глядя на отца. Он больше не пытался, как в детстве, заслужить его похвалу, но и не бунтовал, как раньше. Теперь он говорил с ним как взрослый человек, чья жизнь давно вышла за пределы семьи. Когда домработница разлила по тонким фарфоровым чашкам чай, Люциус достал из кармана брюк ключи с кожаным брелоком. Негромкий звон нарушил тишину, когда они легли на дубовую поверхность стола. Драко лишь мельком взглянул на связку и спокойно отпил чай. Очередные дорогие приобретения отца его давно не интересовали. — Два года в общежитии пошли тебе на пользу, — ровно произнёс Люциус, слегка подтолкнув ключи ближе к сыну. — Ты доказал, что готов к большему. Драко перевёл взгляд на отца, потом на мать и обратно. — Что это? — спросил он, не прикасаясь к ним. — Ключи от твоей квартиры, — спокойно ответил Люциус. — Она ждала тебя с окончания школы. Пока отец перечислял преимущества: тихий зелёный район недалеко от реки, близость к финансовому центру и всего двадцать минут езды до университета, — Драко пытался осознать происходящее. В голове не сразу укладывалось, что спустя столько лет это отдают ему просто так, без каких-либо условий. В конце концов Драко медленно протянул руку. Его пальцы коснулись металла с явным недоверием. Он забрал ключи, и те показались ему непривычно тяжёлыми. Оказывается, родители утаили от него сам факт покупки. Квартира была приобретена давно, но тогда Драко абсолютно не был готов к такой свободе. Видя, как сын рушит свою жизнь, Люциус принял жёсткое решение лишить его собственной недвижимости, справедливо побоявшись, что личное пространство и отсутствие контроля окончательно сорвут парню тормоза. И вот теперь, в конце второго курса, не дожидаясь ни итогов сессии, ни июньского дня рождения, отец просто выложил ключи на стол. Люциус поднялся первым и протянул руку. Драко встал и ответил на жест. Рукопожатие было сухим и крепким, затем Люциус коротко притянул сына к себе и похлопал по плечу. Несмотря на то что такой широкий жест выбил его из колеи, Драко догадывался о скрытых мотивах. Люциус явно пытался прощупать почву после зимней ссоры и напомнить, что семья по-прежнему остаётся его опорой. Но за этим также чувствовалось долгожданное уважение к его собственной жизни. Нарцисса подошла следом и обняла сына. От неё пахло знакомыми с детства духами с нотами ириса и пудры. Драко, долгие годы бывший источником её тревоги, наконец перестал им быть. — Ты так вырос, мальчик мой… — прошептала она, отстраняясь. Драко улыбнулся матери в ответ и опустил руку в карман брюк, сжав ключи, словно проверяя, на месте ли они. Теперь у него была своя территория. Свой личный угол, одинаково далекий и от родительских порядков, и от суеты студенческого общежития.

***

Сразу после воскресного обеда Драко направился по новому адресу. Родители пообещали подъехать следом. Район встретил его ухоженной зеленью и сдержанным лоском домов из тёмного кирпича. Здесь город словно оставался где-то за пределами квартала: ни шума магистралей, ни бесконечного потока людей. Драко въехал на подземную парковку, где родители предусмотрели для него персональное место. Столько времени оно пустовало, дожидаясь своего хозяина. Поднявшись на лифте прямо из паркинга на нужный этаж, Драко достал ключи из кармана брюк, на мгновение задержал их в ладони, рассматривая, и наконец вставил в замок. Тяжёлая дверь поддалась с негромким щелчком. Он переступил порог, закрыл её за собой и осмотрелся. В квартире стояла тишина. Всё здесь было готово для жизни: расставленная мебель, заправленная кровать, аккуратно развешенные шторы. Но при этом пространство оставалось безликим. Не было ни одной детали, которая выдавала бы присутствие или привычки хозяина. Оно словно ждало, когда в нём появится настоящая жизнь. Драко медленно прошёл по комнатам. Просторная спальня с отдельной гардеробной. Кабинет с ещё пустыми книжными шкафами. Квартира, наполненная предзакатным светом, была лишена вычурных деталей — только современный и практичный минимализм. Светлые стены и дымчато-зелёные акценты создавали ощущение покоя. Безошибочно узнавался почерк матери: она умела создавать интерьеры, которые выглядели актуально вне времени. На кухне, совмещённой с гостиной, выделялся тёмный гарнитур, а кухонный остров чётко зонировал пространство. Драко провёл пальцем по слегка запылившейся столешнице, зачем-то заглянул в отключенный холодильник и вышел на просторный балкон. Перед ним расстилался зелёный массив парка, за которым в лучах заката поблёскивали изгибы реки. Он опёрся на стеклянный край, вдыхая свежий воздух. Пространство перед глазами постепенно начало заполняться образами. Вот здесь, у кухонного острова, она сидит в его худи с большой кружкой чая, листая конспекты. А там, в спальне, перед зеркалом, расчёсывает свои непослушные волосы. Звонок домофона вернул его в реальность. Через пару минут на лестничной площадке послышались шаги. Нарцисса вошла первой. Её внимательный взгляд сразу же скользнул по стенам прихожей — она проверяла, как падает свет, словно оценивала результаты собственного проекта. Следом вошёл Люциус. — Транспортная доступность хорошая, объект ликвидный, — произнёс он, заходя на кухню и обводя помещение взглядом. Он сделал паузу. — Летом у меня разъезды, сам знаешь. Поэтому мы не стали ждать конца учебного года. Переезжай сейчас — обустроишься перед экзаменами без спешки. — И домработницу я уже предупредила, — мягко добавила Нарцисса. — Всё подготовят за пару дней. Драко стоял у окна с прямой спиной и чуть приподнятым подбородком. В серых глазах не отражалось ничего, кроме спокойствия. — Я не буду жить здесь один, — ровно сказал он. Нарцисса замялась, переводя взгляд на мужа и ожидая его реакции. Драко приготовился к их возражениям и аргументам о приличиях. Но Люциус лишь слегка поднял бровь и медленно кивнул. Он прекрасно понимал, когда выгоднее проявить гибкость. Иногда разумнее позволить человеку самому считать решение своим. Ведь Малфои всегда инвестировали в самые ценные активы. — Это твоя квартира, Драко, — спокойно ответил отец. — И тебе решать, как ею распоряжаться. В этот момент у Люциуса завибрировал телефон. Он взглянул на экран. — Мне нужно ответить, — коротко бросил он и вышел в коридор. Драко остался стоять у окна. Нарцисса подошла ближе и остановилась в паре шагов от него. Некоторое время она просто смотрела на сына, а потом осторожно коснулась его плеча. — Я никогда не видела тебя таким... — тихо начала она, и её голос на мгновение дрогнул. Драко привычно дёрнул плечом, пытаясь отмахнуться. — Каким? Обычным, мам. Нарцисса покачала головой. — Нет, Драко. В её глазах блеснула слезинка. Сейчас перед ней стоял уже не мальчишка, которого постоянно приходилось вытаскивать из неприятностей, а молодой мужчина. — Ты уже совсем взрослый. Она сделала паузу, бросив короткий взгляд в сторону коридора, где всё ещё слышался голос Люциуса, а затем снова посмотрела на сына. Следующая фраза прозвучала почти шёпотом: — Пусть у вас всё сложится хорошо.