Глава 21. Диета Темного Лорда

      Слезы феникса подействовали на тетрадь… весьма любопытно. Как я и думала, вырванные странички стали отрастать, обложка приобрела новенький вид «только из магазина» и бумага высветлилась. Но главной неожиданностью стало то, что у Тома появился аппетит! Здоровый и весьма прожорливый аппетит!       Когда он первый раз попросил добавить сахар в его лечебные ванночки, я в замешательстве скребла затылок целые три минуты. Мой пикси-мозг пытался переварить, как слезы феникса выдали такую странную побочку.       Слетав за сахарницей в гостиную, я вернулась в лабораторию и закинула в ванночку пару кубиков. Они мгновенно растворились, а странички у тетрадки аж затрепетали.       Еще, пожалуйста, ваше высочество!       Я пожала плечами и добавила три кубика.       Побольше!       Я добавила уже пять.       Сыпьте-сыпьте! Я скажу когда хватит!       Я перевернула сахарницу над ванночкой и высыпала все что в ней было. Гора сахарных кубиков таяла на глазах, а когда последний из них растворился, мне послышалось, как кто-то сытно причмокнул губами.       — Ну как? Ты наелся? — продиктовала я самопишущим перу.       Вроде бы да… Но… Вы можете принести еще?       Так в мой длинный список ежедневной рутины королевских обязанностей попал пункт о кормежке Темного Лорда.       Том оказался сверх-кадавром!       Как мы знаем, обычные кадавры функционируют по принципу: основательно пожрал и взял перерыв на «пароксизм довольства». Желудку ведь нужно переварить искомое, чтобы освободить место для новой порции, так?       Но, видимо, тетрадный Волдеморт функционировал по каким-то своим темным правилам. Желудка у него либо не было вовсе, либо же он был до неприличия огромным. Он впитывал сахарницу за сахарницей и сразу же просил добавки.       Мне пришлось пробраться на продовольственный склад Хогвартса, чтобы утолить потребности его темнейшества в сладком! К счастью, мешков с сахаром здесь было в достатке, но их число уменьшалось в геометрической прогрессии. Когда домовые эльфы начали подозревать неладное и решили пойти на доклад к директору, я поняла, что дальше так продолжаться не может! Поэтому в срочном порядке начала искать замену сахару, да покалорийней.       Майонез и сливочное масло зашли на ура! Его темнейшество вынужденно притормозило. Жирные субстанции впитывались в странички медленно, можно было намазать с утра пораньше и хватало на весь день. Но такая вкусовая диета Тому быстро надоела и он опять начал канючить сладкое.       — Вы только вдумайтесь! Сладкоежка! Полный абсурд! Где вы видели Темных Лордов, которые рисуют на доске схему по захвату мирового господства, закусывая пончиками?! — ворчала я себе под нос, скидывая в корзинку все сдобные котелки и сахарные перья с полок в «Сладком Королевстве». Гора сладостей в корзине уже грозилась перевалить через край.       Продавщица в шоке таращилась на эту картину. Близнецы Уизли, которые вызвались меня сопровождать в Хогсмид на выходных, переглядывались с легкой тревогой.       — Эм, ваше высочество, мы… — неуверенно протянул Фред.       —... Мы на такое не рассчитывали… — пролепетал Джордж.       — У нас нет столько денег!.. — выпалили они хором.       — Вы решили, что я покушаюсь на ваши карманные деньги? Как вы могли обо мне такое подумать! — возмутилась я, с грохотом опустив корзинку на прилавок. — Мое высочество не грабит детей!       — Но… кто тогда это все оплатит? — промямлила продавщица.       Я демонстративно открыла новенькую сумочку, которую мне зачаровал профессор Флитвик, и вытащила большую чековую книжку с платиновым корешком. Я оформила ее буквально позавчера, прокатившись с душечкой Чарити в Гринготтс. Вредный Снейп ведь запретил мне прикасаться к блестяшкам. Совсем-совсем! И к галеонам — тоже! Так что пришлось выкручиваться. Благо феникс стабильно линял и своими перьями приносил доход в мою пока маленькую, но зато собственную казну! Правда, Робин в последний раз ворчал, Олливандер почему-то совсем перестал отвечать на письма. Я взялась за этот вопрос и заключила очень выгодную сделку с гоблинами о поставках, как раз пока была в банке. Процент они, конечно, отвоевали баснословный, но зато никакой головной боли. Зленошкурые бизнесмены прибыли не упустят, сделают все по красоте, это точно!       Пристроив чековую книжку на прилавке, я быстро расписалась. Чернила на мгновение ярко вспыхнули бледно-зеленым и будто сами подтянулись, выравнивая подпись. Продавщица изумленно заморгала, а у близнецов самым натуральным образом отвисли челюсти.       — Мне мерещится, Фордж?.. Это же…       — Премиальная чековая книжка, Дред…       — Откуда у вас столько денег?! — воскликнули хором близнецы.       — Что значит откуда? — я возмущенно заломила бровь. — Разумеется, из королевской казны!       Правы были гоблины, королевский имидж надо поддерживать! А я еще жмотилась, не хотела «платину» оформлять.       — Я же принцесса, запомните, в конце концов! — поучительным тоном сказала я близнецам. — Или вы думали, что корона Эйлдона держится на честном слове?       — Эйлдон? — в разговор вклинился усатый джентльмен в пузатом котелке. — Это который «Прохудившийся холм», что ли?       Че?! Почему это мое королество «Прохудившимся холмом» называют?!       — Эта синяя мошка, типа, принцесса? — отчетливо хмыкнул кто-то за стендом со сладостями.       Чего-о?!.. Синяя мошка?! Да я!.. Да ты!.. Я аж дар речи потеряла от такой дерзости! И все мои любимые ругательства в шоке разбежались, так что я зависла, пытаясь поймать хотя бы одно из них!       — Школьники болтали, мол, проклятая принцесса. Я слышал в «Трех метлах», — ответил ему сосед.       — Че только не придумают!       — Ну не знаю, вроде бы как ее сам Дамблдор пригласил погостить в Хогвартсе.       — Директору уже лет тридцать как на пенсию пора!       — Дом Эйлдон же растащили все кому не лень, — вставила толстая тетка в чопорной шляпке.       — Да и мой папа рассказывал, что тащить там было и нечего, — добавила маленькая девочка с торчащими косичками, — у него кузен в Отделе Тайн работает. Он раскопками занимается.       Близнецы Уизли переглянулись, что-то смекнули, развернулись и, прежде чем я успела открыть рот, наехали на всех разом:       — Какие наивные рассуждения, господа!..       —.. И дамы!       — Думаете фейри держат свои богатства там, где до них каждый может добраться? Очевидно, что — нет!       — И я еще подниму правомерность вопроса касательно раскопок! — заявила я, затем круто развернулась и, разгневанно жужжа крыльями, вылетела за дверь.       Гнусные колдунишки! «Прохудившийся холм!». Тащить нечего! Синяя мошка! У-у-у! Проучить бы вас всех разом! Порчу какую-нибудь наслать! Жуткую! Злую! И вонючую! Чтобы все газами мучались, сидели по туалетам и ни у кого не осталась времени дурацкие слухи распускать!       — Ваше высочество! Нас…       —... Подождите! Вы забыли…       Я остановилась и оглянулась. Близнецы Уизли кое-как догнали меня и тут же тяжело оперлись о каменную ограду, пытаясь отдышаться.       — Уф… Вы забыли… Уф… сладости! — Джордж протянул мне пакет.       — О! А ведь точно! Большое королевское спасибо! — я сразу же повеселела. Бушующий гнев, точно ветром сдуло. — Вакансия пажа уже занята, так что назначаю вас моими оруженосцами!       — Уф!.. Это большая честь!.. — хором простонали близнецы.       — А вы это… не обижаетесь, что ли? — удивился Фред.       — На то что люди говорят… — добавил Джордж.       — Вот еще! Запомните, настоящие принцессы никогда не обижаются, — я сделала паузу, расчетливо прищурившись.       Вселенная будто бы услышала мои слова о пердежной порче и мне на глаза попался рекламный плакат за стеклом аптекарской лавки. «Экстра Пурген «Недерживсебе» — ваш верный помощник против запоров!».       — Принцессы устраивают штурм!

***

      В замок я вернулась поздним вечером в прекрасном расположении духа. Профессор Снейп попенял мне за то, что я выбилась из графика, но споил очередную порцию зелий от «Умственной деградации», как он объяснил. Потом я традиционно попрыгала на весах, поплевала на лакмусовую бумажку, пообнималась с термометром и этот педант меня отпустил. Профессор сделал записи в журнале, а затем вернулся на диван в гостиную к оставленной чашке чая и свежему номеру «Вестника зельевара».       Наконец-то! Его Обжорство ждет свой ужин. А у меня еще «Шоколадные лягушки» на водяной бане не растоплены и конфетки «Берти Боттс» в ступке не растерты. Пора приступать к готовке.       — Я займу вашу лабораторию на полчаса, — с важным видом произнесла я, выложив на поднос с чайным сервизом «оплату» в виде сдобных котелков и мармеладных мозгов. «Вестник Зельевара» согнулся наполовину, явив мне подозрительное лицо Снейпа с задранной бровью. Он посмотрел на меня, посмотрел на «оплату».       — И что же вы собрались варить, позвольте поинтересоваться?       — О, ничего опасного! Всего лишь, фирменное блюдо, — я продемонстрировала пакет с кучей сладостей. — Торжественно клянусь ничего не разнести!       — Полагаю, ваше фирменное блюдо называется «Прямая дорога к диабету»? — Снейп протянул руку, порылся в пакете и добавил к «оплате» два сахарных пера и упаковку карамельных бобов. — И кого вы собрались пытать таким количеством сахара? Надеюсь, не меня?       — Лорда Волдеморта, — со всей серьезность ответила я и доверительно сообщила, — он ужасный сладкоежка!       Снейп не донес сахарное перо до рта, смерил меня изучающим взглядом, а затем потянулся за журналом, куда записывал мои симптомы. «Бредовая фабула расширилась. Пациентка приписывает Темному Лорду метаболические потребности в сахарозе; клиническая картина стабильно дегенеративная».       — Вы сахарозу с десятой степенью напишите, — поправила я, глядя на записи через плечо, — или даже с сотой. Говорю же - он УЖАСНЫЙ сладкоежка.       Снейп без вопросов вывел 1000-ю степень и напутствовал:       — Постарайтесь не утонуть в карамели и ничего не взорвать.       — Я аккуратно! Честное королевское! — пообещала я и полетела кашеварить. Дверь в лабораторию осталась открытой.       В этот момент раздался хлопок и рядом с кофейным столиком возник Дик. Он приподнял клош с подноса на котором лежала свернутая газета:       — Экстренный выпуск «Ежедневного Пророка», сэр.       — Спасибо, Дик, — Снейп взял газету, развернул ее и принялся читать. Он отчетливо хмыкнул, — внезапная дизентерия в Хогсмиде! Ваше высочество, и чем же вам не угодили деревенские? Не облобызали туфельки?       — Фу, какая пошлость, профессор! Целовать туфельки — это негигиенично! — отозвалась я из-за облака пара. — А деревенские ваши — страшные грубияны! Обозвали «синей мошкой», назвали мое королевство «прохудившимся холмом»! За такое в старые добрые времена рубили с плеча! Так что они еще легко отделались!       — Легко обделались, если судить по статье, — пробормотал Снейп под нос, перелистнул страницу и довольно ухмыльнулся. На колдографии Гилдерой Локхарт, который сегодня сопровождал студентов в деревню, прижимая ладошку к попе, попытался вломиться в чей-то деревенский туалет. Хозяйка, старая подслеповатая ведьма Марта, видимо решила, что это ворюга и погнала его со двора вилами.