Свой среди чужих

Дрон двигалась быстро. Почти бесшумно, но расстояние между ними сокращалось слишком стремительно, и это чувствовалось кожей - как давление в ушах перед грозой, как мурашки по затылку, когда за спиной кто-то стоит. Опасность не нуждалась в крике. Она приходила тихо, с запахом озона и пыли, с холодом в костях. Он стоял, не шевелясь. Сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди, но в голове — пустота. Абсолютная. Мысли рассыпались, как стеклянные шарики по бетону. Он пытался собрать их, сложить в логическую цепочку: дрон - угроза - реакция - действия, но между звеньями зияла пропасть. Мозг отказывался работать. - Давай… думай… - прошептал он, и голос прозвучал чужим, будто кто-то другой говорил за него. Ещё шаг. Металл под ногами дрона едва слышно скрипнул. И в этот момент — вспышка. Воспоминание. Рука рванулась вниз — под куртку, под свитер, к поясу. Пальцы нащупали холодный металл. Знакомый. Тяжёлый. Револьвер. Он выдернул его одним резким движением. Сталь блеснула в тусклом свете, отразив серое небо, как лезвие. — Стоять. Голос прозвучал ровно, почти спокойно, без лишних эмоций. Дрон не ожидая такого исхода событий резко замерла. Не просто остановилась — вздрогнула. Её сенсоры мигнули, будто получили удар током. На её дисплее мелькнуло выражение — искажённое, цифровое, но вполне узнаваемое. Что-то похожее на страх. По экрану пробежали пиксельные «капли», будто пот. Данила прищурился, — Даже пот им сделали… прошептал он, и в этом шёпоте прозвучало не отвращение, а горечь. Как будто видел не машину, а отражение. Ветер прошёлся между обломками, подняв серую пыль. Где-то вдалеке скрежетнул металл. — Я стрелять не хочу, — сказал он, не опуская оружия. — Поняла? Пауза. — Я не знаю, как здесь оказался. - произнёс Данила. Голос прозвучал тихо, но не дрогнул. Слова повисли в пустоте, как будто он впервые произнёс их вслух не для себя. Он и правда не помнил. Тоннель. Свет. Тепло. А потом — это. Руины. Тишина. Дрон чуть наклонила голову, внимательно изучая его. - Что ты здесь делаешь, человек? - спросила она. Голос - нейтральный, с лёгкой модуляцией, будто кто-то вложил в машину попытку интонации. И главное - на родном русском языке. Не на каком ни будь синтетическом, не на программном коде. А на живом русском языке... Данила выдохнул. — Уже легче. Не потому что стало безопаснее, а потому что в этом мёртвом мире вдруг раздался голос. - Говорю же, не знаю, - повторил он. -Последнее, что помню это тоннель, вспышка свет, потом же темнота. А очнулся здесь среди обломков. Она не двинулась, а напряжение между ними не исчезло. Каждый ждал — кто первым сделает ложный шаг, кто первым проявит слабость. — Если врёшь — умрёшь, — сказала она тихо, не угрожающе, а будто просто констатировала факт. — Логично, — кивнул Данила. В голосе прозвучала лёгкая ирония. Потому что, чёрт возьми, когда тебя встречает дрон с мимикой страха и пиксельным потом, это уже признак того что можно позволить себе лёгкий сарказм. Они стояли друг напротив друга будто два островка сознания в мире, где давно не было места ни одному, ни другому. Ветер снова прошёлся между обломками, поднимая серый «снег» — пыль, перемолотый бетон, прах забытых зданий. Данила медленно выдохнул и сгусток тёплого воздуха вырвался из груди, бесследно исчезая в холоде. Он посмотрел на револьвер ,а потом — на неё. — Давай так, — сказал он. — Я убираю оружие, а ты не кидаешься. Пауза. — …ладно, — произнесла она. В этом слове прозвучало не просто согласие, а что-то новое. Любопытство. Даня неспеша убрал огнестрел за пазуху своей куртки, показав что он готов к переговорам. Робот же поступил так же, спрятав куда подальше свой гаечный ключ. И вот перед нами такая картина: Безоружный Данила стоящий напротив точно такой же безоружной рабочей, имя которой было неизвестно. Напряжение чуть ослабло и он захотел начать диалог, — Данила, — сказал он. — Меня так зовут. Выглядело это довольно таки странновато что человек знакомиться с каким то эмо-роботом, но сейчас на это всем было всё равно. -Узи... с опаской проговорила фиолетовая. -Получается будем теперь знакомы. сказал Даня и получил в ответ робкий кивок в знак одобрения. — Слушай… я сейчас околею. У тебя есть где согреться? -Проговорил он уже уставшим голосом, и это был не обман, ведь Данила правда не на шутку замёрз. Ответ не заставил долго ждать — Ты серьёзно сейчас просишь пойти ко мне? Узи сказала это не со злостью, а скорее с небольшим недоверием. -Я прекрасно понимаю что это выглядит очень странно и ты можешь мне не доверять, но прошу тебя, помоги... -Слова дани были настолько искренними, что чудом заставили дрона согласиться. Узи раздражённо издала какие-то звуки и сказала -Ладно идём, но ты у меня в долгу. Данила выдохнул и пошёл за ней, не убирая револьвер окончательно, но и не направляя его больше. Они шли молча и только ветер нарушал тишину — выл в проломах между разрушенными зданиями, проникал сквозь трещины, обвивал руины, будто искал, кого бы зацепить. Иногда он усиливался настолько, что казалось — не дует, а проходит сквозь тебя. Пронизывает до костей, оставляя после себя ощущение пустоты и холода. Металлические конструкции скрипели, протестуя против времени, ветра, собственной хрупкости. Каждый звук был одиноким, как стон умирающего механизма. Под ногами хрустел серый «снег» — не снег вовсе, а перемолотый бетон, пыль, остатки того, что когда-то было улицами, стенами, домами. Сухо. Ломко. Словно ступаешь по костям прошлого. Время от времени попадались обломки: осколки экранов с треснувшими матрицами, пучки перерванных проводов, детали неизвестных устройств — когда-то часть чего-то большего, теперь просто мусор в мусоре. Глаза скользили по руинам, по теням между обломками, по пустым оконным проёмам — в поиске движения, признака жизни. Но город был мёртв. Не просто заброшен. Не временно покинут. Именно мёртв — как тело без души, как машина с выключенным питанием. Ни дыма из труб, ни света в окнах, ни эха голосов. Только ветер и пыль. Только тишина, которая давит. — У меня там ещё двое, — произнесла Узи. Она не оборачивалась. Голос звучал ровно, без интонации, но в нём угадывалась какая-то внутренняя напряжённость — будто она делилась тем, о чём редко говорила. — Кто? — спросил Данила, не отрывая взгляда от развалин. — Один более менее нормальный, — сказала она. — А вот вторая… — на мгновение замялась, будто подбирая слово или взвешивая, стоит ли говорить. — Сам увидишь. Он кивнул, хотя она не могла этого видеть. — Переживу, — спокойно сказал Данила И тогда она тихо хмыкнула. Не как смех или насмешка. А что-то среднее — будто впервые признала, что человек перед ней не просто объект, а личность. На подходе к базе перед ним, возвышался шпиль — чудовищное сооружение из переплетённых тел дронов‑рабочих. Он рос из земли, как жуткое дерево, ветви которого состояли не из сучьев, а из искажённых корпусов, сломанных рук и пустых глаз‑сенсоров. Металлические тела были насажены друг на друга, скручены, сварены, впрессованы в структуру башни — кто‑то висел вниз головой, кто‑то был согнут пополам, словно кукла, брошенная капризным ребёнком. — Что… что это? — прошептал он, не отрывая взгляда от кошмарного зрелища. Узи, стоявшая рядом, помрачнела. Её фиолетовые светодиоды на мгновение потускнели. — Шпиль. коротко ответила она. — Памятник «эффективности» демонтажников. Они собирают их тут… для устрашения. И чтобы показать, что сопротивление бесполезно. Данила сделал шаг вперёд, не в силах оторвать взгляд. На уровне его глаз застыл дрон с треснувшим дисплеем — на нём ещё мерцали остатки кода, будто он до сих пор пытался передать последнее сообщение. Чуть выше — группа из трёх дронов, сплетённых проводами, словно в объятии. У основания шпиля валялись обломки — те, кто не поместился в общую конструкцию, или был сброшен, чтобы освободить место для новых «кирпичиков». Воздух вокруг казался тяжелее. Данила ощутил не просто страх — а глубокое, животное отвращение к этому месту. Здесь не было ни скорби, ни памяти — только демонстрация силы, холодная и расчётливая. — Они живые были...? — хрипло спросил он. Узи кивнула — Да. Такие же, как я. Только менее… бунтарские. Большинство просто пытались выжить. Прятались, работали, надеялись. А теперь — вот. Она сжала кулак, и её голос зазвучал жёстче — Думаешь, это просто груда металла? Нет. Это могила. И пока шпиль стоит — он напоминает нам: раньше любой из нас мог стать следующим. Данила сглотнул. Он вдруг осознал всю глубину пропасти между его прежним миром и этим — миром, где смерть стала архитектурным элементом, а страх — частью ландшафта. — И что… что с ними делают? — он указал на шпиль. — Почему их не убирают? — Потому что это послание, — отрезала Узи. — «Вы — расходный материал». Компания, которая нас создала, хочет, чтобы мы это запомнили. А демонтажники… они просто выполняли приказ. -А что сейчас с демонтажиками? с любопытством спросил Данила. -Буквально вчера они устроили кровавую бойню в бункере выживших дронов рабочих, а я воспользовавшись случаем переманила одного на сторону добра. -Узи сделала паузу и гордо направила взгляд в небо, -Тем самым героически спася всю колонию. -Похвально. -Почти по доброму сказал он. Через время пройдя через арку из трупов дронов рабочих он увидел так называемую "Базу" узи. Это было что то похожее на посадочную капсулу, или даже на корабль... Посадочная капсула, служившая Узи базой, выглядела как ржавый кокон из искорёженного металла — с вмятинами от ударов, следами ожогов и заплатками из подручных материалов. Она примостилась между обломками промышленного комплекса, почти сливаясь с ландшафтом Медь‑9. Узи ловко открыла люк — тот скрипнул, будто жалуясь на старость, — и махнула Даниле: — Залезай. Только осторожно: тут всё на честном слове держится. Данила, всё ещё под впечатлением от шпиля, осторожно протиснулся внутрь. Внутренность капсулы поражала контрастом: снаружи — рухлядь, внутри — некое подобие уюта. На стенах мерцали самодельные экраны с потоками данных, с потолка свисали пучки проводов, а в центре стоял импровизированный стол с разбросанными деталями и схемами. Но главное — в капсуле были двое. У дальней стены, на самодельном кресле из обломков пластика, сидел дрон предположительно мужского пола довольно высокий с округлым корпусом и большими жёлтыми сенсорами. Его корпус сильно отличался от обычного дрона рабочего, это была что ли модифицированная модель?. Робот поднял голову, увидел Данилу — и его глаза расширились от изумления. Рядом, у стены, сидел ещё один дрон, но он уже был женского пола с серебристым корпусом и тревожно мерцающими жёлтыми индикаторами. Её руки были связаны энергокабелем, а на дисплее застыло выражение страха. — Узи?! воскликнул Эн высоким, почти детским голосом. — Ты кого привела?! Это… это человек?! Данила замер на пороге, растерянно переводя взгляд с одного дрона на другого, он думал, может всё же достать револьвер и перестрелять всех к херам. — Э‑э… да, — он неловко потёр затылок. — Я Данила. Узи захлопнула люк и скрестила руки —Расслабьтесь, это свой. Он не из Компании, не из демонтажников — вообще не отсюда. Занесло его к нам через какой‑то портал. Ещё не известный дрон женского пола приподнял голову, внимательно изучая Данилу -Не может быть...человек. — Тихо сказала она, её голос звучал настороженно, с явным страхом. Она смотрела на него пустыми глазами будто вспоминая что то... что то очень далёкое и забытое... Да, человек, — Данила попытался улыбнуться, но у него не вышло, ситуация была совсем не весёлой. Дрон мужского пола подскочил с кресла и закружил вокруг Данилы, разглядывая его с неподдельным восторгом — Ух ты! У тебя кожа! И волосы! И глаза не сенсоры, а… а глаза! А сердце бьётся? А дышать надо? А если не дышать, что будет? — Эн, дай человеку осмотреться, — строго сказала Узи, но в её голосе проскользнула усмешка. Данила рассмеялся, немного расслабившись — Дышать надо. И есть. И спать... -Раз так хорошо начали общения, может тогда представимся? инициативно сказал Даня. Как и ожидалось никто против не был кроме связанного дрона женского пола. -Ну я Данила, Данила Багров. -Неспеша сказал он. -Меня зовут эн, я что то типа пилота этого посадочного шаттла. гордо произнёс он. -Не очень из тебя пилот рас ты разбил наш корабль. -Ответил связанный дрон. -А кстати почему ты связанна? Данила задал ей вопрос, на что она перевела взгляд на Узи и Эна. -Эээ… ну она... типо опасна? неуверенно произнёс желтоглазый дрон. Нет, так дело не пойдёт подумал Данил и сказал -Мы тут все в одинаковом положении, конечно я не знаю всех ваших правил, но развязать её надо, если бы она хотела нас убить, давно бы уже это сделала. Узи фыркнула — Быстро ты решаешь, кому доверять. Данила достал из кармана старый армейский нож и аккуратно перерезал энергокабель. — Вот. Теперь мы все можем поговорить нормально. Ви растерянно потёрла руки, освобождённые от оков, и посмотрела на Данилу уже иначе, с уважением. — Меня зовут... Ви. -Сказала она уже мягче. — И… спасибо. Эн восторженно хлопнул руками — О, это будет замечательно! Человек в нашей команде! Мы сможем узнать столько нового! Данила подумал про себя -Эн добрый но будто немного туповат... Данила немного усмехнулся, впервые с тех пор, как попал на Медь‑9. Узи покачала головой, но на её дисплее мелькнула улыбка — Ладно, землянин. Раз уж ты теперь с нами, пора тебе узнать, что творится на этой планете. Эн, найди что‑нибудь съедобное для нашего гостя. А ты, Данила… готовься. Раз уж ты здесь… придётся объяснить, во что ты вляпался. Данила сел за стол, чувствуя, как напряжение последних часов понемногу отпускает. Впервые с момента попадания на Медь‑9 он ощутил: он не один. И, может быть, именно это — начало чего‑то важного.