Где-то в другом месте

Он очнулся в неизвестном месте. Гладкий, ровный,ослепительно белый потолок. Свет резал глаза, и не было понятно, откуда он исходит. Он был повсюду. Ровное, не мигающее сияние. Он попытался приподняться. Под спиной была узкая кушетка, тоже белая. Голова кружилась, мысли путались. Казалось, он пробудился от долгого сна, слишком тяжёлого, чтобы можно было сразу вынырнуть из него. Он не помнил, кто он и где. Молодой человек медленно сел и огляделся. Помещение было практически пустым. Белые стены, белый пол, ни одной детали, за которую мог бы зацепиться взгляд. Только на одной из стен он разглядел маленький тёмный прямоугольник, похожий на зеркало. Он Ничего не отражал, но чувствовалось, будто кто-то смотрит оттуда. Наблюдает. На нём была однотонная серая пижама, без швов и застёжек. Рукава тесно обтягивали руки, штанины доходили до лодыжек. Материал не напоминал ни лён, ни кожу. Что-то искусственное, как всё здесь. Он встал. Подошёл к окну — если это можно было назвать окном. За стеклом не было видно буквально ничего. Чистая белизна. Плотная, как туман. Ни солнца, ни деревьев, ни людей. Просто пустота. Будто мир был ограничен пределами этой комнаты. Он прижал ладонь к стеклу. Оно оказалось неожиданно тёплым, словно кто-то с другой стороны сделал то же самое. Тут до его ушей донёсся резкий звук. Как сигнал, короткий и громкий. Затем шипение, будто открылась дверца в печи. Одна из стен бесшумно раздвинулась, и в проёме появился человек. Высокий, худощавый. На нём была белая одежда без пуговиц с непонятным значком на груди. Лицо прикрывал полупрозрачный экран, а в ухе торчал тонкий металлический цилиндр. Он взглянул на парня быстро, равнодушно, как смотрят не на человека, а на предмет. — Объект Z, — проговорил он сухим голосом, как бы обращаясь к самому себе. — Состояние стабильное. Реакция на вид адекватная. Он подошёл, провёл перед лицом юноши небольшим круглым прибором. Тот пискнул. Человек что-то отметил на тонкой панели, похожей на светящуюся дощечку. — Следуйте за мной, — сказал он, уже поворачиваясь к выходу. Парень не хотел подчиняться его приказу, который был умело замаскирован под вежливую просьбу. Всё в нём протестовало. Но ноги, будто сами по себе, понесли его вперёд. Коридор был таким же, как и комната — белым, гулким, стерильно типовым. Свет исходил отовсюду и ниоткуда. В воздухе чувствовался запах металла и чего-то странного, похожего на озон. Он шёл по ровному полу, покрытому узкими цветными линиями. Синяя. Зелёная. Оранжевая. Они шли долго, он давно перестал считать повороты, и в какой-то момент молодой человек понял: если он даже слегка отстанет, непременно потеряется. Это место напоминало лабиринт из одинаковых лестниц и коридоров. Наконец они остановились. Перед ними располагалась ещё одна дверь, которая распахнулась сама собой. За ней он увидел зал. Огромный. Заполненный столами, пультами, светящимися экранами. Люди в белых костюмах двигались от одного терминала к другому, не обращая на них ни малейшего внимания. Тишину изредка нарушали резкие звуки — писк, щелчки, гудки. Он стоял посреди всего этого и чувствовал себя никем. Даже не пленником. Просто материалом. Чем-то, что скоро понадобится, а пока его отложили в сторону. — Доктор Митчелл, — произнёс человек, приведший парня. — Объект доставлен. К ним подошёл черноволосый мужчина с начинающейся сединой в волосах. В его руках был странный вытянутый прибор, похожий на электрошокер. Он принялся медленно водить им рядом с юношей вверх и вниз. Затем жестом приказал развернуться на 180 градусов. Прибор несколько раз пискнул. —Давление в норме, прочие показатели в пределах допустимого. Пульс немного учащен. В целом, вполне приемлемое состояние, — наконец заключил он. —Объект Недавно проснулся. Скоро полностью придёт в себя. — Профессор Беркли, — окликнул Митчелл, поворачиваясь к пожилому мужчине с короткой седой бородой и планшетом в руках. Тот медленно подошёл, внимательно оглядывая юношу, и кивнул. — Отлично. Думаю, можно начинать. Он подошёл ближе. Парень почувствовал на себе взгляд. Так энтомолог смотрит на затейливое насекомое, которого он раньше не встречал. — Пройдите за мной, — негромко сказал Беркли. Молодой человек подчинился. Что-то внутри подсказывало, что у него нет выбора. Не потому что он смирился, а потому что знал — сопротивление ничего не изменит. Они вошли в большое помещение, отделённое от зала такой-же белой, как и всё здесь перегородкой. В центре располагалась странная конструкция: прозрачный купол, словно вырезанный из стекла, внутри юноша разглядел кресло, больше похожее на ложемент, как у капсулы катапультирования или спального блока в фантастических романах. — Это экспериментальная установка Заславского–Симонса, — проговорил Беркли, указывая на купол. — Сейчас вы войдёте в неё и займёте своё место. — Это опасно? Я… могу отказаться? — в голосе парня прозвучала надежда, хотя он уже знал ответ. — Увы, — спокойно отозвался профессор. — Выбора у нас нет. Юноше показалось, что на мгновение в его голосе промелькнула нотка… сожаления? — Но, — добавил он, приблизившись, — послушайте меня внимательно. Нам действительно нужна ваша помощь. Данная установка предназначена для обмена сознанием между людьми. После завершения эксперимента мы произведём обратный перенос. Вы будете свободны. Даже сможете вернуться домой. Слова казались правдивыми, но он догадывался, что это блеф, предназначенный для того, чтобы усыпить его бдительность, успокоить. Подошёл Митчелл, нажал кнопку на белоснежном пульте. С тихим шипением купол установки поднялся. Изнутри потянуло холодом и слабым запахом чего-то химического. — Прошу, — сказал Беркли, отступая в сторону. Кресло было обтекаемым, парню отчего-то подумалось, что оно идеально подогнано под его тело. Он осторожно сел на край, Беркли подошёл и помог ему улечься. Тут же раздалось шипение: с боков, сверху и снизу к телу подались трубки и кабели. Мягкие синтетические фиксаторные ленты выдвинулись из пазов, охватывая его тело. Затем купол с шипением опустился и потемнел, скрывая от присутствующих происходящее внутри. — Запуск через шестьдесят секунд, — произнёс безэмоциональный женский голос, раздавшийся откуда-то сверху. Люди в помещении активизировались. Защёлкали переключатели, замигали лампы. На потолке вспыхнули зелёные индикаторы. Вокруг установки медленно опустились герметичные переборки, толщиной сантиметров в 30. Ззащёлкнулись замки. — Объект Z к переброске готов, — отчеканил Митчелл, глядя в монитор. На главном экране запустился отсчёт: 9, 8, 7… — Прости, мальчик, — прошептал Беркли одними губами. — Надеюсь, в новом мире тебе повезёт больше. …3, 2, 1… — Ноль, — произнёс голос. И тут же по комнате пробежал леденящий сквозняк. Лампы на потолке замигали, потом вспыхнули тревожным красным светом. Мониторы погасли. Воцарилась полная тишина. Прошло около минуты, прежде чем один за другим приборы медленно начали оживать. Слабое жужжание переросло в привычный гул, лампы снова засияли ровным светом. — Перенос завершён, — отрапортовал голос. — Камера стирилизована. Радиационный фон в норме, — добавил он через секунду. Митчелл дрожащей рукой нажал кнопку. Бронированные переборки убрались в пол. Купол медленно распахнулся. Кресло было пустым. — У нас получилось… — хрипло прошептал Беркли. — Он исчез. — Если, конечно, не был размазан по стенкам камеры слоем толщиной в один атом, — мрачно буркнул Митчелл, скрестив руки на груди. В этот момент в зал торопливо вошла женщина с собранными в пучок русыми волосами. В руках у неё был прибор с монохромным дисплеем и длинной антенной, выходящей из корпуса.. — Наблюдаю остаточные возмущения поля Чернова, — проговорила она, глядя на экран. — Явные признаки кратковременного контакта с параллельной реальностью. Судя по амплитуде интерференции… — Дора, — устало прервал её Митчелл. — Пожалуйста, перейдём к делу. Аналитика потом. —В общем, — кивнула она, — аппаратура засекла колебания излучения, что свидетельствует о квантовом переносе, а также возмущении энергетических полей. — Значит, у нас получилось, — медленно проговорил Беркли. — Насколько можно судить… да, — подтвердила Дора. — В таком случае… считаю эксперимент завершённым, — сказал профессор. — Стивен, — обратился он к молодому человеку в очках, который отойдя от своего компьютера, продолжал что-то набирать на планшете. — Сколько нам потребуется времени на реализацию следующего этапа? Тот с минуту поразмыслил. — Если всё пойдёт по графику, максимум две недели. Я подготовлю расчёты. — Превосходно, — кивнул Беркли. — Что ж, коллеги, — протянул Митчелл, с трудом скрывая усталость, — если первичный анализ завершён, предлагаю на сегодня закончить работу и отметить успех. — Поддерживаю, — кивнул Беркли,немного расслабившись. — Дора, отправляйтесь в аналитический отдел. Сообщите всем, что на сегодня работа окончена. — Да, профессор, — ответила женщина, разворачиваясь к выходу.