Глава 6. Долг наёмника

     Иногда мир меняется не в тот момент, когда происходит событие.      А когда кто-то принимает решение.      Я стоял у стеклянной стены в своём комплексе и смотрел, как на орбитальной карте медленно двигаются точки спутников. Их было уже столько, что они начинали напоминать нервную систему — тонкую сеть, опоясывающую планету.      Позади тихо щёлкнула дверь.      — Я начинаю беспокоиться, — сказал Лекс.     Я не обернулся.      — Это редкость.      Он подошёл ближе и встал рядом со мной у стекла. В руке у него была чашка кофе, из которой лениво поднимался пар.      — Я имею в виду не в философском смысле, — добавил он. — А в практическом.      Я повернулся.      — Что именно тебя тревожит?      Лекс сделал глоток и поморщился — кофе остыл.      — Масштаб.      Он поставил чашку на стол и скрестил руки.      — Сначала астероиды. Потом спутники. Потом подземные заводы. Потом древний бессмертный манипулятор, который держит половину планеты за ниточки. Потом лидер тайной армии убийц.      Он посмотрел на меня внимательно.      — Теперь ещё и лучший наёмник мира.      Я слегка пожал плечами.      — Логичное развитие.      Лекс тихо усмехнулся.      — Нет. Это ускорение.      Он подошёл к панели и провёл пальцем по экрану, открывая досье.      Сначала — Вандал.      Потом Ра’с аль Гул.      Потом Слэйд Уилсон.      — Раньше ты строил инфраструктуру, — сказал Лекс. — Теперь ты начинаешь расставлять фигуры.      Я молчал.      — И каждая фигура… — он коснулся изображения Слэйда, — становится всё опаснее.      Я наконец повернулся к нему полностью.      — Потому что противники тоже становятся опаснее.      Лекс некоторое время смотрел на меня.      — Этот бессмертный старик напугал тебя.      — Нет.      — Тогда?      Я сделал короткую паузу.      — Он подтвердил мою гипотезу.      Лекс чуть наклонил голову.      — Что мир сложнее, чем кажется?      — Что игроки уже есть.      Он улыбнулся уголком губ.      — И ты решил стать главным.      Я не ответил.      Он поднял руки.      — Я не против, Кларк. Поверь. Я просто хочу убедиться, что ты понимаешь — теперь назад дороги нет.      Я посмотрел на карту планеты.      — Её никогда не было.      Лекс вздохнул.      — Хорошо.      Он снова взял чашку.      — Тогда расскажи мне, как ты собираешься оплатить долг наёмника.

***

     Камера регенерации находилась в самом глубоком уровне комплекса.      Я спустился туда через несколько минут после разговора.      Здесь не было привычного лабораторного шума. Только ровный свет панелей и тихое дыхание систем жизнеобеспечения.      Центр зала занимала прозрачная капсула — овальная, почти гладкая, как капля воды, застывшая в воздухе.      Внутри лежал мальчик.      Джозеф Уилсон.     Он выглядел намного младше, чем на фотографиях. Лицо бледное, волосы растрёпаны, руки неподвижно лежали вдоль тела. На шее виднелся тонкий шрам — след операции, которая не смогла вернуть ему голос.      Рядом стоял Слэйд.      Он не двигался.      Руки за спиной, взгляд направлен на сына.      Я остановился рядом.      — Камера работает?      — Да.      Голос принадлежал NG.      — Биорегенеративный раствор стабилизирован. Препарат введён.      Я посмотрел на показания.      Внутри капсулы медленно циркулировала прозрачная жидкость. В ней плавали микроскопические частицы — биоинженерные структуры, разработанные на основе моих принципов регенерации.      Они не заменяли клетки.      Они заставляли тело строить новые.      Без мутаций.      Без опухолей.     Без побочных эффектов.      Я потратил на эту систему несколько лет.      И она не предназначалась для массовой медицины.      Слишком дорого.      Слишком сложно.      Слишком стратегически важно.      Я не был благотворительным фондом.      — Начинается восстановление нервных связей, — сказала NG.      На экране появились новые графики.      Повреждённые участки голосовых связок постепенно меняли структуру. Клетки делились быстрее, чем обычно, но строго по заданной схеме.      Я почувствовал рядом мягкое присутствие.      Джонн стоял в тени, почти не двигаясь.      — Я помогу ему, — тихо сказал марсианин.      Я кивнул.      Он подошёл к капсуле и положил ладонь на стекло.      Я почувствовал, как его разум осторожно касается сознания мальчика — очень аккуратно, почти как врач, который проверяет пульс.      Слэйд наблюдал за этим молча.      Через несколько минут Джонн отступил.      — Страх, — сказал он тихо. — Много страха.      Я посмотрел на мальчика.      — Теперь меньше.      Марсианин слегка кивнул.      — Его разум стабилизирован.      Прошло ещё двадцать минут.      Показания на панели медленно приближались к норме.      И наконец NG сказала:      — Регенерация завершена.      Жидкость в капсуле начала уходить.      Крышка тихо раскрылась.      Мальчик вдохнул.      Первый вдох был резким, как после долгого сна.      Он моргнул и медленно сел.      Слэйд сделал шаг вперёд.      — Джозеф.      Мальчик посмотрел на него.      И сказал:      — Папа?      Голос был тихим, немного хриплым, но совершенно живым.      Слэйд замер.      Я впервые видел, как этот человек теряет контроль над лицом.      Это длилось всего секунду.      Потом он наклонился и осторожно обнял сына.      Я отвернулся.      Некоторые вещи не нуждаются в зрителях.

***

     Мы встретились на крыше комплекса поздно ночью.      Слэйд стоял у края, глядя на город.      Когда я подошёл, он не повернулся.      — Он спит, — сказал он.      Я кивнул.      — Хорошо.      Некоторое время мы молчали.      Ветер едва касался поверхности здания, и где-то далеко гудели самолёты.      Слэйд наконец повернулся.      — Ты сделал невозможное.      — Нет.      Он чуть улыбнулся.      — Хорошо. Тогда очень дорогое.      Я пожал плечами.      — Это правда.      Он несколько секунд смотрел на меня.     Потом опустился на одно колено.      Это движение было спокойным, без пафоса.      Просто действие человека, который принял решение.      — Я, Слэйд Уилсон, — произнёс он тихо, — клянусь служить тебе.      Я молчал.      — Не за деньги.      Он поднял голову.      — И не из страха.      Его взгляд был холодным и ясным.      — Я буду твоим оружием. Твоим тактиком. Твоим командиром.      Он сделал короткую паузу.      — Пока ты ведёшь эту войну.      Я протянул руку.      Он встал.      — Тогда начнём.      Слэйд слегка усмехнулся.      — С чего?      Я посмотрел на карту планеты, которая медленно вращалась на экране за стеклом.      — С армии.      Он тихо кивнул.      Теперь у меня был Лекс.      Марсианский телепат.      И человек, который понимал войну лучше, чем кто-либо на Земле.