Глава 1. Аномалия.

      Очередной бумажный комок с глухим шуршанием стукнулся о стену выше урны, отрикошетил о край и свалился на пол — к пяти предыдущим. Винсент раздражённо выдохнул, откинулся в кресле, недовольно жмурясь и массируя веки. До конца рабочего дня оставалось полтора часа — и это всегда самые тоскливые полтора часа в сутках! Когда время тянется, как резина, и кажется, что даже цифровые часы начинают глючить, невообразимо медленно сменяя цифры.       — Тебе надо поработать над меткостью.       Чужой голос почти слился с тихим шипением открывшейся двери. Хрусткую стерильную атмосферу офисного бокса разбил вкусный аромат кофе с корицей. Ви выпрямился, с облегчением улыбнувшись вошедшему в его ячейку Марку. Друг протянул ему безликий белый стаканчик с чёрным символом «Арасаки» — и тепло горячего напитка приятно согрело пальцы.       — Я просто заебался…       — Понимаю, — рассмеялся Марк, прислоняясь к стеклу и заглядывая в его монитор. — У нас тут всё в порядке?       — А ты как думаешь? — фыркнул Ви, уныло бросая взгляд в экран. — Ненавижу мониторинг! Хуже этого ничего быть не может! Сидеть и по двенадцать часов бессмысленно пялиться на цифры и диаграммы.       — Ну, это всяко лучше контрразведки… — начал было Марк, однако Ви живо его перебил:       — А я бы лучше пошёл в контрразведку! Это круто. Престижно! И там уж точно поживее будет, чем здесь.       — Это тебе только так кажется, — покачал головой Марк. — А на самом деле — те же цифры и графики, только куда более серьёзные. И ответственность в три раза выше! Боевые операции «в поле» поручают далеко не всем. Для этого нужно не бояться запачкать руки.       — Я не боюсь! — тут же отозвался Винсент, на что его товарищ тихо рассмеялся и неспешно выпрямился.       — Посиди пока здесь. Привыкни, набей глаз на корпоративный шантаж и поиск аномалий. Навоеваться ещё успеешь. Потом будешь проситься, чтоб тебя на скучного офисника обратно взяли.       Ви закатил глаза, провожая уходящего друга тоскливым взглядом. Конечно, легко Марку говорить! Он уже не один год в «Арасаке» проработал, наверняка всякого успел навидаться. А у Винсента кровь кипела от желания доказать, чего он стоит! Жаль, Дженкинс пока не воспринимал его всерьёз и говорил примерно то же, что и Марк, только куда грубее. «Ты ещё сосунок зелёный. Вот когда проявишь себя, тогда и поговорим». И как он должен себя проявить, сидя за этими тупыми графиками?!       В следующие полчаса он сложил три самолётика, и два из них даже попали в корзину, вызвав у Винсента небольшое оживление. Крутясь в кресле, он лениво скользнул взглядом по мониторам с диаграммами цифровой активности по отделам, биржевыми сводками, списками входящих и исходящих подключений. Всё в пределах нормы… разве что оружейный отдел чуть-чуть выбивался на общем фоне. Они опять что-то химичили. Сеть показывала нагрузку в одну целую и двадцать восемь сотых процента от общей нормы в одну и две десятых. Как будто там шла активная загрузка данных…       Для отделов с активной разработкой это мизерные показатели, даже на аномалию не тянет, и Винсент колебался целых несколько секунд, прежде чем с усталым вздохом потянуться к панели. Половина девятого. Кому там вдруг приспичило возиться с данными? Однако источник входа заставил его напрячься. Информацию запрашивали не непосредственно в оружейном отделе, а в отделе коммерческого сопровождения. И в целом в этом не было ничего странного — эти ребята могли запросить какие-то спецификации для клиентов, количество товара на складах или возможные маршруты поставки… Но что-то во всём этом не складывалось. Ви и сам вряд ли смог бы объяснить, что именно его обеспокоило. Это странное чувство просто зудело где-то под рёбрами: тут что-то не так. Он запросил ай-пи источника — и почти сразу же трафик вернулся к нормальному уровню. Слишком быстро… Теперь определить, кто именно скачивал данные, было невозможно.       Скука развеялась. Ви выпрямился в кресле, размял пальцы и углубился в ворох таблиц и данных, запрашивая все подключения между двумя отделами за последнюю неделю. Разумеется, список получился внушительным, но вот что интересно: в четырёх из семи дней, вечером, ближе к концу рабочего дня, трафик сперва предсказуемо проседал до нуля целых восьми десятых процента, а затем вдруг подскакивал до одного процента, а порой и выше. И всегда — после девяти, десяти часов вечера. Когда в отделе уже должен был остаться минимум сотрудников.       Ви нахмурился, сосредоточенно гипнотизируя взглядом экран. Он не был уверен, что нашёл что-то действительно стоящее. Возможно, Дженкинс его на смех поднимет, если он пойдёт к нему с этими данными. Но если вдруг он не ошибся… Если это что-то значит…       «А как ещё мне себя проявить?»       Вдруг завтра это заметит кто-то другой? И тогда он снова упустит свой шанс…              Ви сглотнул и расширил диапазон до месяца.

***

      Выложив перед начальником все собранные материалы, Ви с замиранием сердца ожидал, что его сейчас высмеют и пошлют прочь, «делом заниматься, а не хернёй страдать». Но прошла минута, вторая, а Артур Дженкинс вглядывался в цифры и диаграммы, тихо шуршал распечатками. И молчал, что нервировало куда больше надуманного скепсиса.       — Откуда взял данные?       Вопрос последовал так неожиданно, что Винсент растерялся на миг, прежде чем ответить:       — Сам заметил. Во время мониторинга.       Дженкинс вскинул на него светлые глаза, и Ви замер, как кролик перед удавом, готовый к любой реакции босса, но тот только сухо поинтересовался:       — Кто ещё знает?       — Никто. Я сразу пошёл к вам.       — Умный мальчик. Молодец, — Дженкинс откинулся в кресле, соединив вместе кончики пальцев. — И как ты думаешь, что это может быть?       «Решили меня проверить?»       — Нарушение протоколов… возможно, утечка, — чётко отозвался Винсент. — Кто-то влез не в свой отдел.       Дженкинс ухмыльнулся и неопределённо качнул головой:       — М-да… Вполне возможно. Что ж, я передам это в отдел внутренних расследований.              Ви словно молотком по голове ударило. Дыхание перехватило, он инстинктивно шатнулся вперёд.       — Что?! Но я думал, что я…       — Ты займёшься внутренним расследованием, не имея на то ни опыта, ни полномочий? — скептически фыркнул Дженкинс, слегка покачиваясь в кресле. — А губа у тебя не дура, сопляк, на такое замахиваться.       Винсент стиснул зубы, борясь с бессильной злостью. В голове запоздало промелькнуло, что не стоило, наверное, сразу всё рассказывать. Нужно было подождать, последить, может, выяснить источник подключения… Тогда, возможно, начальник отнёсся бы к нему серьёзнее. Но откуда он мог знать?..       Дженкинс, наблюдавший за ним с оценивающим прищуром, тихо хмыкнул:       — Ладно, не дуйся, Винсент. Ты ещё мальчишка… хотя глаз у тебя намётанный. Если вдруг заметишь что-то ещё… что-то необычное… Я бы хотел узнать об этом первым.       Винсент недоверчиво вскинул взгляд на босса — и поймал искривившую губы Дженкинса хищную усмешку. Сердце предательски трепыхнулось в груди. Кажется, ему только что дали карт-бланш.       — Надеюсь, мы друг друга поняли, — внушительно закончил Дженкинс. — А теперь иди работать. И не забывай, где находится мой кабинет.       — Так точно, сэр, — выдохнул Ви, старательно сдерживая подрагивающий голос. — Я не подведу.       — Меньше слов, Де ла Вега, — фыркнул Дженкинс, слегка дёрнув головой, и Ви поспешил покинуть его кабинет.