Туда, где нас не подслушают

Снейп повёл их длинными тёмными коридорами Хогвартса, минуя привычные маршруты. Ларец парил перед ним, окутанный мерцающим защитным полем. Гарри чувствовал, как нарастает напряжение — даже воздух казался тяжелее. — Куда мы идём? — не выдержал Рон. — Туда, где нас не подслушают, — коротко ответил Снейп, сворачивая в узкий проход за гобеленом с изображением средневековой охоты. Они спустились по винтовой лестнице, оказавшись в небольшом каменном зале с голыми стенами. В центре стоял массивный дубовый стол, на котором уже лежали несколько старинных книг и свитков. — Это одна из старых лабораторий Хогвартса, — пояснил Снейп, опуская ларец на стол. — Здесь можно говорить свободно. Гермиона тут же бросилась к книгам: — Профессор, вы знали о ларце всё это время? — Догадывался, — Снейп сел в кресло, сложив руки на груди. — Много лет назад Дамблдор рассказал мне о «Лунных Стражах» и их последнем эксперименте. Они создали «Люмен Облевио» не для того, чтобы стирать магию вообще, а чтобы уничтожать опасные заклинания — те, что могли уничтожить магический мир. — Но что‑то пошло не так, — догадался Гарри. — Верно, — кивнул Снейп. — Заклинание вышло из‑под контроля. Оно начало стирать не только опасные чары, но и магию тех, кто его использовал. Орден «Лунных Стражей» исчез — их магия была стёрта вместе с их именами из истории. Невилл осторожно коснулся крышки ларца: — А внутри… что там? — Оригинал заклинания, — сказал Снейп. — И ключ к его активации. Тот, кто найдёт ларец и прочтёт формулу, сможет использовать «Люмен Облевио». Но цена будет высока. В этот момент ларец слабо засветился, и на его поверхности проступили руны — они медленно меняли форму, словно живые. — Он реагирует на нас, — прошептала Гермиона. — Кто‑то пробудил его силу. Гарри почувствовал знакомый укол в шраме: — Волан‑де‑Морт, — тихо произнёс он. — Он знает о ларце. Он хочет использовать его. Снейп резко поднялся: — Этого нельзя допустить. Если Тёмный Лорд получит «Люмен Облевио», он сможет стереть магию у своих врагов — или даже уничтожить саму способность колдовать у целого поколения волшебников. — Но как он узнал? — спросил Рон. — Возможно, он нашёл записи «Лунных Стражей», — предположила Гермиона. — Или кто‑то из его сторонников случайно активировал заклинание, когда искал древние артефакты. Снейп подошёл к ларцу и провёл над ним палочкой: — Я могу наложить дополнительные чары, чтобы скрыть его присутствие. Но это лишь временная мера. Нам нужно понять, как нейтрализовать заклинание или хотя бы сделать так, чтобы оно не попало в руки Волан‑де‑Морта. — Есть один способ, — вдруг сказал Невилл. Все обернулись к нему. — В книге по древней магии, которую я читал в теплице, упоминалось, что «Люмен Облевио» можно обратить вспять. Для этого нужен артефакт‑антидот — «Кристалл Воспоминаний». Он должен быть где‑то здесь, в Хогвартсе. Говорят, его создали как страховку на случай, если заклинание выйдет из‑под контроля. — Где именно? — быстро спросил Снейп. — Не знаю точно, — признался Невилл. — Но в книге говорилось, что кристалл спрятан там, «где свет встречается с тенью, а прошлое помнит будущее». — «Где свет встречается с тенью…» — повторила Гермиона. — Это может быть что угодно: окно на рассвете, зеркало в определённое время суток… — Или астрономическая башня, — добавил Гарри. — Она выше всех, и на закате тени от зубцов падают на стены особым образом. — Мы должны проверить, — решительно сказал Снейп. — Но будьте предельно осторожны. Если Волан‑де‑Морт действительно ищет ларец, он может следить за нами. Они поднялись из лаборатории. Снейп наложил на ларец дополнительные защитные чары и спрятал его в тайнике за одним из портретов в подземельях. — Встретимся у основания астрономической башни через час, — прошептал он. — И никому ни слова. Четверо друзей переглянулись. Теперь они знали правду — и понимали, что от их действий зависит судьба всего магического мира. Гарри сжал палочку в кармане. Он был готов к борьбе.