Глава 7. Юна и Маныль

      Особняк готовился к осаде. Юна чувствовала это каждой клеткой: напряжение, разлитое в воздухе, запах магии, которой Ен пропитывала стены, тихие шаги слуг, которые, сами не зная зачем, старались не шуметь.       Она вошла через служебный вход, обратилась в человеческий облик и замерла в коридоре. Где-то наверху, в библиотеке, Сухо и Кай разбирали дневники Минхо, выискивая что-то, что могло помочь. В кабинете Бэкхён ждал вестей. А она…       Она прижалась спиной к стене, закрыла глаза. Перед внутренним взором всё ещё стояла картина: Сехун рядом с Чорин, их взгляды, их молчаливое понимание. Она видела это ещё тогда, на поляне, когда передавала им адрес Уёна. Он смотрел на неё с теплом, но в этом тепле уже не было того, что раньше. Или она просто перестала ждать.       Юна открыла глаза. Не время. Сейчас не время для этого.       Она нашла Маныль в малой гостиной, которую Ен превратила в рабочий кабинет. Ведьма сидела за столом, склонившись над старинной книгой, и шевелила губами, читая заклинание. Перед ней горела свеча, и пламя колебалось в такт её дыханию.       — Ты становишься сильнее, — сказала Юна, входя.       Маныль подняла голову. В её глазах больше не было той пустоты, что осталась после гипноза Исина. Только сосредоточенность и спокойствие.       — Ен говорит, у меня есть дар. Я просто не знала, как им пользоваться.       — А теперь знаешь?       — Учусь. — Маныль улыбнулась уголками губ. — Свечу зажигать получается. Огонь, ветер… пока не очень.       — Пригодится, — Юна села напротив. — Скоро нам понадобятся все, кто умеет защищать.       Маныль отложила книгу.       — Ты пришла рассказать о том, что случилось? Ен говорила, что Исин нашёл сына Бэкхёна.       — Нашёл. Успел взять кровь. — Юна помолчала. — Но Чорин и Сехун успели раньше. Мальчик в безопасности.       — А Исин?       — Готовится к удару. — Юна посмотрела на свечу. — Он не успокоится, пока не уничтожит всех, кто связан с Бэкхёном.       — И нас тоже, — тихо сказала Маныль.       — И вас.       Они замолчали. В соседней комнате послышался голос Ен — она что-то объясняла Сухо, жестикулируя, чертила в воздухе символы.       — Ты боишься? — спросила Маныль.       — Я боюсь не за себя, — ответила Юна. — Я боюсь за тех, кто может не вернуться.       — Ты говоришь о нём. О дампире.       Юна вздрогнула, но не отвела взгляда.       — Он нашёл своё место. С ней.       — А ты?       — Я… — Юна запнулась. — Я отпускаю. Потому что люблю его. И хочу, чтобы он был счастлив. Даже если не со мной.       Маныль смотрела на неё долгим взглядом, и в этом взгляде было что-то древнее, мудрое — то, что проснулось в ней вместе с силой.       — Это больно, — сказала она. — Отпускать.       — Привыкаешь, — ответила Юна. — Когда живёшь достаточно долго.       Она поднялась.       — Мне нужно идти. Исин не будет ждать. И его люди уже знают, где искать Уёна.       — Откуда ты…       — Я следила за ними. Они нашли укрытие. Но не тронули — пока. Исин хочет использовать мальчика как приманку.       — И что вы будете делать?       — Будем ждать. И готовиться. — Юна направилась к двери, но на пороге остановилась. — Маныль. Когда начнётся битва… береги себя.       — Я буду беречь тех, кто мне дорог, — ответила ведьма. — Этому меня научила сестра.

***

      Ен закончила с защитными кругами к полудню. Символы, выжженные на камнях фундамента, засветились багровым, потом погасли, став невидимыми для посторонних глаз. Она поднялась с колен, вытирая пот со лба.       — Теперь никто не сможет проникнуть незамеченным, — сказала она Сухо, который стоял рядом. — Но это не остановит Исина, если он решится на прямой штурм.       — Он решится, — ответил Сухо. — Вопрос только когда.       — Тогда нам нужны не только стены. — Ен посмотрела на лес. — Я поставлю ловушки по периметру. Серебро, заклинания… если они сунутся, пожалеют.       — А ты? — спросил Сухо. — Ты сможешь сражаться?       — Я смогу, — Ен усмехнулась. — Я не дам Исину забрать ещё кого-то.

***

      В лесу, в старом охотничьем домике, который никто не использовал годами, собрались трое. Исин сидел на расшатанном стуле, перебирая в руках пробирку с тёмной жидкостью. Сан и Сюмин стояли напротив, ожидая приговора.       — Вы нашли его, — сказал Исин, не поднимая глаз. — Вы взяли кровь. Но вы упустили его.       — Нам помешали, — начал Сан.       — Я знаю, кто, — перебил Исин. — Полукровки. Те, кого Бэкхён поставил сторожить своего щенка.       — Мы могли бы…       — Могли бы? — Исин поднял голову, и Сан замолчал. — Вы могли бы забрать мальчика. Могли бы доставить его сюда. Но вы упустили момент. И теперь он под защитой.       Сюмин молчал, не оправдываясь. Исин посмотрел на него с лёгким уважением.       — Но мы знаем, где он, — продолжил Исин. — И этого достаточно. — Он убрал пробирку во внутренний карман. — Бэкхён не знает, что мы нашли его укрытие. Он уверен, что его сын в безопасности. И это сделает его неосторожным.       — Что вы прикажете? — спросил Сюмин.       — Ждите. — Исин поднялся. — Когда Бэкхён соберёт всех своих союзников в особняке, мы нанесём удар. Сначала — мальчик. Потом — остальные.       — А если полукровки снова встанут на пути? — спросил Сан.       — Тогда вы убьёте их, — просто ответил Исин. — Кровь дампира опасна, но они не бессмертны. Серебро, огонь, солнце… Вы знаете, что делать.       Он направился к выходу, но на пороге остановился.       — И запомните: это не просто месть. Это война за наш мир. За то, чтобы вампиры остались теми, кто мы есть. А не слугами полукровок и их защитников.       — Мы помним, — сказал Сюмин.       — Сонхва и Ёсан? — спросил Сан, когда Исин уже собрался уходить.       — Они присоединятся позже. — Исин обернулся. — У них своя задача. Следить за особняком. Когда начнётся битва, они ударят с двух сторон.       Исин кивнул на прощание и вышел в ночь.

***

      Юна кружила над лесом, когда почуяла запах врага. Она снизилась, прижалась к ветке старого дуба, замерла. Внизу, на поляне, собрались трое. Исин, Сан, Сюмин. Она слышала каждое слово, и каждое падало в сердце тяжестью свинца.       Они знают. Они знают, где Уён. Они знают, что Чорин и Сехун с ним. И они ждут.       Юна ждала, пока враги разойдутся, и только тогда, когда лес снова погрузился в тишину, взлетела. Она летела быстро, не разбирая дороги, только чтобы успеть. Успеть предупредить. Успеть сказать: «Они идут».       Она ворвалась в особняк. В кабинете Бэкхёна горели свечи, Сухо сидел в кресле, Ен чертила последние знаки на полу.       — Они знают, — выдохнула Юна, падая на стул. — Они знают, где Уён.       Бэкхён поднял голову.       — Когда?       — Скоро. Они ждут только момента. Хотят, чтобы вы собрались здесь, а потом ударить.       — Значит, ударим первыми, — голос Бэкхёна был спокоен, но в нём чувствовалась сталь. — Где они?       — В лесу. В старом охотничьем домике. Исин там.       Бэкхён поднялся.       — Ен, ты готова?       — Да, — ведьма кивнула. — Ловушки поставлены. Защита держится.       — Сухо, свяжись с Чорин и Сехуном. Пусть готовятся. Если Исин пойдёт к Уёну, они должны быть наготове.       — А если он пойдёт сюда? — спросил Сухо.       — Тогда мы встретим его здесь, — Бэкхён посмотрел на Юну. — Ты сможешь проследить?       — Да, — она кивнула. — Я буду над лесом. Как только они двинутся, сообщу.       — Хорошо. — Бэкхён подошёл к окну. — Скоро всё решится. И мы будем готовы.