2 том 3 глава

••• 2 том 3 глава •••

Тиша медленно опустила взгляд на парня, который корчился на земле, крича от боли. Её лицо оставалось абсолютно бесстрастным, словно она смотрела не на человека, а на сломанную вещь. Затем она так же медленно подняла глаза и встретилась взглядом с Харуто. - Харуто, - её голос прозвучал тихо, но в ночной тишине он прозвучал громче любого крика. - Сома ждёт тебя. Тот замер, будто наткнувшись на невидимую стену. Его испуганный взгляд был прикован к ней. Ямаока, не проронив больше ни слова, шагнула к парню. Её движения были плавными, но в них чувствовалась скрытая угроза.

*За пару часов до этого *

Монотонный голос старшего Миноты, словно тупое сверло, вгрызался в сознание, отзываясь болью в висках. Тело Тиши, не выдерживая пытки, выдавало её с головой: глаз начал дёргаться, а нога под столом - отбивать бешеный ритм. Ямаока сидела во главе длинного стола, чувствуя на себе липкие, оценивающие взгляды представителей других влиятельных фамилий. Спину она держала неестественно прямо, а на лицо, казалось, навечно приклеили вежливую, ничего не выражающую улыбку. Но под этой ледяной маской внутри всё кипело от бессильной ярости. “Правду говорят: бойся своих желаний”, - горько подумала она. Она так отчаянно жаждала признания отца, так мечтала занять своё законное место в семье. И вот мечта сбылась. Тиша вернулась домой не как изгой, а как глава. Но реальность оказалась куда более жестокой и изматывающей, чем самые кровавые уличные драки. Там хотя бы можно было врезать кому-нибудь по морде и выпустить пар. Здесь же приходилось терпеть эту пытку светской беседой. Её дни, некогда полные адреналина и свободы, теперь заполняли бесконечные рауты, натянутые улыбки и пустые разговоры. Каждый шаг и каждое слово были скованы невидимыми цепями этикета. Голова уже шла кругом от этой фальшивой роскоши и лицемерного почтения. Взгляд Тиши снова метнулся к настенным часам. Секундная стрелка издевательски медленно ползла по кругу, превращая ожидание в пытку. До ее автобуса оставалось меньше двадцати минут. - ...поэтому я считаю, десяти процентов будет вполне достаточно, - закончил свою речь мужчина. Тиша медленно перевела на него взгляд. В её глазах не было ни удивления, ни интереса лишь холод. - Отлично. Так и поступим, - ровным голосом произнесла она. Внутри же она мечтала лишь о том, чтобы этот фарс закончился как можно скорее. Чтобы стереть с лица дежурную улыбку и вдохнуть свежий воздух, не пропитанный запахом дорогого парфюма и фальши. Услышав желаемое, Минот горделиво приосанился. По рядам представителей других семей пробежал удивлённый шёпоток. - Тиша, десять процентов... - едва слышно шепнул отец, сидевший рядом. В его голосе звучало сомнение, граничащее с тревогой. Встретившись взглядом с отцом, Тиша едва заметно выдохнула. Она смерила самодовольного гостя скучающим взглядом, едва качнула головой и снова уткнулась в бумаги, медленно перелистывая страницы одну за другой. - Ну, тогда подпишем бумаги и... - начал мужчина, оживлённо вытаскивая из своей папки аккуратные листы направляясь к Тише. Он уже представлял, как та поставит свою размашистую подпись, закрепляя сделку. Мужчина положил документы прямо перед ней, ткнув пальцем в пустую строку. - Вот здесь, пожалуйста. Тиша даже не шелохнулась. Она медленно подняла на него взгляд, и в её глазах не было ни капли той вежливой скуки, что была минуту назад. Взгляд был холодным и острым, как скальпель. -Минот-сан, - её голос прозвучал тихо, но в наступившей тишине его услышали все. - Вы меня не поняли. Я сказала: "Я рассмотрю ваше предложение". Я не сказала "да". Забирайте свои бумаги. Сегодня я их не подпишу, - сказала она, вновь вернувшись к изучению документов. Тот и не думал сдаваться. Эти десять процентов были нужны ему сегодня, и он не собирался уходить с пустыми руками. Нервно поправив галстук, он снова заговорил, и в его голосе появились заискивающие нотки. - Госпожа Тайран, ну что же вы так категоричны? - он натянуто улыбнулся. - Вас что-то смущает? Или, может быть, вам что-то непонятно? Я могу ещё раз, более подробно, вам всё объяснить. Тиша вновь медленно подняла на него взгляд. В её глазах не было ни капли растерянности. “Ты издеваешься? И так отнимаешь моё драгоценное время, да ещё и намекаешь, что я недалёкого ума, чтобы понять твои глупые махинации? Что ж…” - Да, Минот-сан, - Тиша мягко улыбнулась, и в этой улыбке не было и тени тепла. - Если говорить честно, мне действительно не совсем понятно. Я польщена вашей... внимательностью и чуткостью, - она сделала акцент на последнем слове, - особенно учитывая, что вы, наверняка, понимаете, что делами своей семьи я начала управлять не так давно. Её голос был медовым, но взгляд оставался острым, как бритва. - Ну что вы, госпожа, - расплылся в приторной улыбке мужчина, не чувствуя подвоха. - Мне в радость помочь вам. И если потребуется, - он наклонился чуть ближе, понизив голос до доверительного шёпота, - могу помогать и дальше. Быть, так сказать, вашим... наставником в этих сложных делах. На все его слова Тиша лишь улыбалась и кивала, как прилежная ученица. “Ага, помощничек…” - думала она, продолжая вежливо улыбаться. - “И чем же мне может помочь человек, который пишет слово "облигация" через "а"?” Она прекрасно помнила его прошлые отчёты, которые сейчас так же лежали у неё на столе. Ошибки были не просто случайными опечатками - они выдавали вопиющую неграмотность и полное непонимание того, чем он занимался. - Так, что конкретно вам непонятно, госпожа Тайран? На его предложение та кивнула принимаясь перелистывать принесенные им документа - Знаете... - начала она, не поднимая глаз. Тиша не повысила голоса, но в наступившей тишине он прозвучал как щелчок затвора. - Если посмотреть ваши отчёты за прошлый месяц... - один лист с тихим шелестом лёг на полированную поверхность стола, - ...и за позапрошлый... - рядом опустился второй, - ...то в каждом вы брали по десять процентов. Она не остановилась. Пальцы начали перелистывать страницы, спускаясь к началу года. Десять отчётов. Десять раз одна и та же цифра. В звенящей тишине кабинета этот факт прозвучал как приговор. Мужчина заметно напрягся. Его улыбка, ещё секунду назад казавшаяся уверенной, застыла, превратившись в гримасу. Девушка, включив «дурочку», подняла на него невинный, почти детский взгляд. - Ваша щепетильность делает вам честь, - Тиша позволила себе тонкую, ледяную улыбку. - Но давайте начистоту. Этой суммы вам не хватает. Я знаю это. Вы знаете это. Так почему же вы не берёте больше? Или... - она сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, - у вас есть другой источник дохода, о котором я должна знать? - Ну что вы такое говорите, - с нескрываемым недовольством и нервозностью в голосе перебил её мужчина. Его лицо начало краснеть. Он подался вперёд, упираясь ладонями в стол, и его добрый тон мгновенно испарился. - Госпожа Тайран, я не понимаю, к чему эти... инсинуации. Мои условия всегда были честными и прозрачными. Десять процентов - это стандартная ставка за риски и обеспечение логистики. Вы прекрасно это знаете. Он выпрямился, пытаясь вернуть себе вид уверенного в себе партнёра, но его бегающие глаза и дёргающийся кадык выдавали крайнюю степень напряжения. - Я оказываю вам услугу, а вы... устраиваете мне допрос? Может, мне стоит обсудить этот вопрос с вашим уважаемым отцом? Уверен, он лучше разбирается в таких... тонкостях. Он хотел взять её на слабо, спровоцировать на ошибку при отце. Грубая, примитивная манипуляция. Тиша снова взглянула на часы. Времени оставалось в обрез. Ей надоело играть роль пай-девочки. Она сцепила руки в замок, откинулась в кресле и посмотрела на него с ледяным спокойствием. - Господин Минот, - её голос звучал тихо, но твёрдо. - Вы угрожаете мне в присутствии моего отца? Что ж, давайте говорить прямо. Ваши десять процентов... - она сделала паузу, - Я их урезаю. До двух. Мужчина побагровел и открыл рот, чтобы возразить, но Тиша подняла руку, останавливая его. - Но! - её глаза хищно блеснули. - Я дам вам выбор. Либо вы соглашаетесь на два процента и продолжаете работать... либо, - она взяла со стола один из его отчётов, - я отправлю эти документы в налоговую с пометкой о "сомнительных операциях". Уверена, им будет очень интересно узнать, откуда взялась такая стабильная "премия" в десять процентов на протяжении почти года. А заодно и проверят все ваши склады. В кабинете повисла мёртвая тишина. Мужчина сглотнул, его самоуверенность испарилась. - Так что? - Тиша изогнула бровь. - Два процента звучат гораздо приятнее, чем повестка к следователю, не так ли? - Тиша, нельзя так, - сказал отец, спускаясь с ней по лестнице. Его голос звучал устало, но в нём не было осуждения. - Нельзя обманывать руку, что тебя кормит, - фыркнула Тиша, перепрыгивая через ступеньку. Она была всё ещё на адреналине после победы в словесной дуэли. - Ну припугнул бы его Фокудой, сразу бы совесть проснулась. Отец остановился и посмотрел на дочь долгим, изучающим взглядом. - Ты не припугнула его, Тиша. Ты его уничтожила. Финансово. Показала, что его единственный выбор - тот, который ты ему оставила. Это не переговоры, это ультиматум. Он положил руку ей на плечо. - Такие люди, как Минот, злопамятны. Сегодня ты загнала его в угол, но завтра он может ударить в спину, когда ты будешь ждать этого меньше всего. Иногда лучше оставить человеку путь к отступлению, чтобы сохранить лицо. Тогда он не будет считать тебя личным врагом. Та отвела взгляд в сторону, отстраняясь от его непривычного для неё тепла. - Хорошо, учту, отец. Я пошла? - она качнула головой в сторону выхода, всем своим видом показывая спешку. - Тиша, - голос отца прозвучал строже, заставив её замереть. - Скажи мне... Девушка с трудом сдержала недовольный вздох. Время и так было на исходе, а отец всё ещё задерживал её. Она медленно обернулась, нацепив на лицо маску вежливого внимания. - Да, отец? - её голос прозвучал ровно, но в нём проскользнула нотка плохо скрытого нетерпения. - Когда ты ответишь на приглашения Саутана? Пора бы начать проводить с ним время. Он всё-таки твой будущий муж. Тиша кивнула, поджав губы. Вначале она не знала, как на это ответить. Укол раздражения кольнул внутри, но она сдержалась. - У нас ещё вся жизнь впереди, мы ещё успеем друг другу надоесть. Так к чему же спешить? - Тиша, - тон отца не терпел возражений. - Ваша свадьба состоится уже в следующем году, и было бы неплохо, если бы вы уже начали общаться. - Да... - она сделала шаг назад, к выходу. - Скоро... - ещё один шаг. - Скоро начнём. Она развернулась и, не дожидаясь новых наставлений, быстрым шагом направилась к выходу, пока отец не придумал новую тему для разговора. Хан проводил Тишу задумчивым взглядом пока за той прислуга не закрыла дверь . Все эти разговоры о скорой свадьбе раздражали Тишу до зубовного скрежета. Вины в том, что они до сих пор не встретились, на Тише не было. Хотя бы потому, что он, Саутан, ещё летом должен был приехать погостить в её дом с семьёй, но так и не соизволил. А ехать к нему Тиша никак не хотела. Это было слишком далеко, да и ей сейчас было категорически нельзя уезжать из города. Столько всего нужно было сделать: Мёбиус, нарастающая угроза со стороны Вальхаллы, здоровье Рико, да и дела семьи ... Замужество в этот список приоритетов не входило. Она тряхнула головой, отгоняя эти назойливые мысли. Сейчас нужно было настроиться на другое. Совсем на другое. На более радостное. Сегодня был день рождения Хаши. Столько ещё нужно было сделать. Подарок у неё уже был - нож ручной работы. Она долго выбирала его, зная, что Хаша ценит качественные вещи. Это был не просто клинок, а настоящее произведение искусства - идеально сбалансированный, с удобной рукоятью из тёмного дерева и гравировкой на лезвии. Она надеялась, что он ему понравится. Теперь оставалось придумать, как вручить его так, чтобы это не выглядело как официальный подарок от главы семьи. Ей хотелось, чтобы это был просто подарок от друга. От неё. Мысль о том, что она увидит его, заставила её улыбнуться, и раздражение от разговора с отцом отступило на второй план.

***

- Ба, Саю, я дома! - её голос эхом разнёсся по пустой квартире, но в ответ не раздалось ни звука. Сумка с глухим стуком упала на пол у порога. Этот звук, обычно такой привычный, сейчас показался оглушительным в мёртвой тишине квартиры. Тиша прошла в гостиную. Пусто. Кухня тоже встретила её лишь гулом холодильника и безмолвием. Ямаока подошла к двери, ведущей в бабушкину спальню. Она замерла, прислушиваясь. Из-за двери не доносилось ни звука. - Ба, ты здесь? - Тиша тихо постучала в дверь. Девушка аккуратно заглянула внутрь. В комнате царил полумрак, который не мог разогнать слабый свет одинокой лампы. В этом сумраке сгорбленная фигура Рико у окна казалась почти бесплотной. Она сидела на стуле совершенно неподвижно, а её взгляд был устремлён на тёмную улицу за окном. - Тиша? Это ты? - тихо, почти шёпотом, спросила Рико, не оборачиваясь. - Да, - так же тихо ответила Тиша, и её сердце сжалось от этого надломленного голоса. Тиша подошла неслышно, словно боясь нарушить хрупкую тишину, и её рука мягко легла на острое плечо старушки. - Как вы тут? - её голос прозвучал глухо. - Я обременила Саю... - начала Рико, не оборачиваясь. - Опять ты за своё... - выдохнула Тиша Этот разговор повторялся из раза в раз, как заезженная пластинка, и каждый ранил одинаково сильно. Рико чувствовала себя обузой, не способной даже приготовить ужин. Все домашние хлопоты легли на плечи Саю, и от собственного бессилия старушка казалась совершенно разбитой. Ямаока же сгорала от вины. Она злилась на себя за то, что её нет рядом, и за то, что все тяготы ухода за бабушкой взвалила на Саю. - А где она? - Тиша поспешила сменить тему, чтобы отвлечь бабушку от тяжёлых мыслей. - Ушла навещать подругу в больницу, скоро должна вернуться. - Значит, начнём без неё, - отрезала Тиша, пресекая дальнейшие споры. Старушка медленно подняла на неё взгляд. В выцветших глазах на мгновение промелькнуло знакомое упрямство. - Сегодня у Хаши день рождения. Мне понадобится дополнительная пара рук, - произнесла она, и это прозвучало не как просьба, а как утверждение. Тиша, нарисовав на каждом листе по букве, отложила их в сторону, чтобы чернила подсохли. Оставив творческую часть позади, она направилась на кухню. Там бабушка с трудом раскатывала тесто для торта. Тиша неслышно подошла и встала за её спиной. Словно пытаясь защитить от беспомощности, она накрыла своими ладонями трясущиеся руки старушки, и совместными усилиями они наконец заставили скалку двигаться ровно. - Ну вот и всё, - Вытирая руки, Тиша ногой захлопнула дверцу плиты. Её взгляд упал на шторы. Там висела прогнувшись веревка на которой Тиша закрепила листы на которых выводила буквы ставшие одним целым поздравлением - “Хаша, с днём рождения!”. -Саюри наверника скоро должна подойти, пойду позвоню Рю , -сказала Тиша выходя с кухни . Только девушка набрала номер, пошли долгие гудки, и вдруг в дверь начали стучать. - О, вот и Саю, - пробормотала она, не отрывая телефона от уха. Она распахнула дверь и опешила. Это была не Саю . "Абонент временно недоступен"-издевательски, приглушенно выдал оператор На пороге стояли Акира и Кенто, с трудом удерживая на плечах побитого мебиусовца. - Тиша?! - выдохнул один из них.

***

Тиша ловко перематывала голову пострадавшему, не отрывая взгляда от капитанов. - Мы нашли его на окраине, когда патрулировали район, - устало пояснил Кенто, привалившись к дверному косяку. - Твой дом был ближайшим, - подхватил Акира, его голос звучал глухо. - Мы не знали, что ты вернулась. Думали, Саю поможет обработать ему голову. В воздухе повисло напряжение, смешанное с запахом антисептика. Тиша лишь крепче сжала бинт, чувствуя, как привычный мир снова даёт трещину. - Ну, а ты чего молчишь, Сома? Парень вздрогнул, словно его выдернули из забытья, и с трудом поднял на неё мутный, непонимающий взгляд. - Вы… знаете, как меня зовут? - прохрипел он, и в его голосе смешались удивление и недоверие. Тиша лишь коротко выдохнула, ловко затягивая бинт. Её пальцы действовали уверенно и быстро, но лицо оставалось непроницаемым. - Я знаю всех в Мебиусе, - спокойно ответила она, не прерывая своего занятия. В её голосе не было ни гордости, ни угрозы лишь констатация факта. - Где же твой усатый дружок, с которым ты постоянно ходишь? Харута, так ведь его зовут? Сома вдруг дернулся, будто его обожгло. Он сжал челюсти так, что на скулах проступили желваки, и отвёл взгляд, уставившись в тёмный угол комнаты. Тяжёлое, как свинец, молчание повисло в воздухе, став почти осязаемым. Он с трудом сглотнул, голос его сорвался на хриплый шёпот: - Он ушёл... Точнее, его забрали. Тиша замерла. Её пальцы, только, что ловко затягивавшие бинт, застыли в воздухе. - Что значит “забрали” ? кто ? -Нас выловили вальхаловцы, окружили, избили... - начал Сома держась за больное плечо В одном из глухих переулков, стиснутых бетонными стенами домов, разыгрывалась финальная сцена недавней схватки. Тишина здесь была звенящей, нарушаемой лишь тяжёлым дыханием и тихим скрежетом битого стекла под подошвами. -Харуто всегда был сторонником решением конфликтов без рукоприкладства, по этому склонился и ему сразу всучили форму Побитый парень из Мебиуса тяжело рухнул на колени, прижимая ладонь к выбитому плечу. Его лицо превратилось в сплошной кровоподтёк, один глаз заплыл окончательно, а из разбитой губы по подбородку стекала тёмная струйка крови. Он с трудом поднял голову. Вход в переулок перекрыли белые пятна. Парни в светлых куртках выстроились полукругом, превратив узкий проход в сцену для казни. Их появление было безмолвным, но оттого ещё более пугающим. - Склонись перед новым главой и хозяином Синдзюку, - голос Ханмы прозвучал холодно и властно, эхом отражаясь от стен. - Хозяином Синдзюку? - хрипло выдохнул Мебиусовец. В его голосе звенела издёвка. -Сома, склонись , не геройствуй - сказал Харуто поправляя свою новую куртку Сома с трудом усмехнулся, сплюнул тёмный сгусток крови на асфальт и поднял голову. Его уцелевший глаз, лишённый всякого страха, пылал лишь упрямой, непримиримой ненавистью... - Я, конечно, знала… - начала Тиша прерывая рассказа парня - Знала ,что в случае драки, проигравшая банда присоединяется к победителям. Но тут другое... Что за вербовка? - Тебя давно не было на улицах, Тиша, - начал Акира, его голос звучал устало и как-то по-взрослому. - Многие банды сейчас действительно силой вербуют парней. Тем просто не остаётся выбора, кроме как присоединиться к банде. - Это сейчас частая практика, - глухо добавил Кенто Он отстранился от стены, на которую опирался всё это время. - Это в Мебиус приходят и уходят из него добровольно. Но вот в других бандах… - он замолчал, подбирая слова, и его взгляд стал жёстким. - Там всё иначе. Людей буквально забирают, чтобы пополнить ряды. Тиша медленно покачала головой, заметив куртку на подлокотнике. На выцветшей ткани, словно клеймо, красовался символ Мёбиуса. Она подняла взгляд на парня, но в её глазах не было тепла. - Значит, Сома, ты всё ещё один из нас? Парень, словно и не прерывали его, продолжил рассказ с того же места, на котором остановился. - Склонись перед новым главой и хозяином Синдзюку, - голос Ханмы прозвучал холодно и властно, эхом отражаясь от стен. - Хозяином Синдзюку? - хрипло выдохнул Мебиусовец. В его голосе звенела издёвка. -Сома, склонись , не геройствуй - сказал Харуто поправляя свою новую куртку Сома с трудом усмехнулся, сплюнул тёмный сгусток крови на асфальт и поднял голову. Его уцелевший глаз, лишённый всякого страха, пылал лишь упрямой, непримиримой ненавистью. - У Синдзюку лишь один хозяин. И это Ямаока. При упоминании этого имени парни в белых куртках за спиной Ханмы словно окаменели. - Это мы ещё посмотрим, - раздался где-то вдалеке низкий, уверенный голос. Парни в белых куртках расступились, молча пропуская вперёд своего лидера. Фигура Ханмы, до этого расслабленная и уверенная, мгновенно напряглась. В воздухе повисло напряжение, густое, как смола. Он сделал шаг вперёд, и его тень в свете далёкого фонаря накрыла поверженного врага целиком. - Передай своему главе, - начал лидер склонил голову набок, словно оценивая сломанную игрушку, - что в Синдзюку теперь новые хозяева. Банда Вальхалла. - Потом меня вырубили… “новые хозяева “ - отозвалось у тиши в голове Тусклый свет лампы выхватывал из полумрака напряжённые лица Акиры и Кенто. Воздух, казалось, сгустился от невысказанных слов. Тиша, до этого стоявшая неподвижно, словно статуя, медленно обошла диван. Её шаги были единственным звуком в этой оглушающей тишине. Она остановилась прямо перед мебиусовцем, и села на край жернального столика прилегающего к дивану. Их взгляды скрестились. - Харуто был прав, - её голос, тихий и ровный. В нём не было упрёка. - Не стоило тебе рисковать. Но твоя верность... - она на мгновение прикрыла глаза, словно взвешивая его поступок на невидимых весах. - Я ценю это. Спасибо за доверие. Её голос был спокоен, мягок. Она накрыла его плечо ладонью. - Надеюсь, ты доверишься мне и сейчас? Не дожидаясь ответа, ее пальцы стальной хваткой сомкнулись на его поврежденной руке, зафиксировав запястье и локоть. Движение было уверенным. Она не дёрнула, не потянула - она просто повернула и вдавила сустав обратно. Раздался короткий, влажный щелчок. Парень сдавленно вскрикнул, вцепившись побелевшими пальцами в обивку дивана. Его лицо на мгновение исказилось гримасой дикой, животной боли, глаза широко распахнулись. Но в следующую секунду, когда шок прошёл, мышцы расслабились. Гримаса сползла с его лица, уступив место облегчению - тупому, ноющему, но всё же избавлению от вывиха. Акира, наблюдавший за этим со стороны, невольно поморщился и отвёл взгляд, словно сам почувствовал эту боль. Кенто, всё это время стоявший у стены как вкопанный, наконец отмер. В его глазах, ещё недавно полных тревоги, теперь читалось мальчишеское восхищение. - Порядок, - буднично констатировала Тиша. Её ровный голос, лишённый всяких эмоций, разорвал гнетущую тишину, повисшую в комнате. Сома, который из последних сил держался, чтобы не показать слабость, наконец сдался. Его голова безвольно упала Тише на плечо, и он замер, тяжело дыша. Тиша не шелохнулась. Она лишь едва заметно наклонилась к нему и тихо, так, чтобы слышал только он, произнесла: - Мы вытащим Харуто. Даю тебе слово.

*Сейчас *

Тиша встретилась взглядом с Харуто. - Харуто, - её голос прозвучал тихо, но в ночной тишине он прозвучал громче любого крика. - Сома ждёт тебя. Тот замер, будто наткнувшись на невидимую стену. Его испуганный взгляд был прикован к ней, а дыхание сбилось. Ямаока, не проронив ни слова, шагнула к парню. Её движения были плавными, но в них чувствовалась скрытая угроза. - И Мебиус тоже, - её голос прозвучал как приговор. Харуто отвёл взгляд, уставившись в землю. Слова давили на него, словно тяжёлый груз. Она сделала паузу, давая ему время осознать сказанное. - Решение за тобой, я не заставляю, - её тон оставался пугающе ровным. - Но если ты решишь остаться на их стороне... - она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе, - Знай, Сома будет биться за меня. В случае чего, он станет твоим врагом. Она легонько, по-товарищески, хлопнула его по плечу, давая время принять решение, и медленно перевела взгляд на его конвоира. Вальхаловец, попятился. Он разрывался между ужасом от вида корчащегося на земле друга и первобытным страхом перед этой девушкой, чьё лицо не выражал о ничего. - Вали к своему главарю… - её голос был тихим, но в ночной тишине прозвучал как щелчок затвора. - И передай: “Настоящий хозяин Синдзюку вернулся”.