Часть 5

Часть 5 Через полчаса мы сидели за столиком на двоих у панорамных, идеально вымытых окон. Я заказала салат и кофе, хотя Малек явно не одобрял мой выбор: мол, на ужин нужен белок, да и кофе в такое время вредно для организма, тем более такого молодого. Можно подумать, он у нас старик... — И всё же, чем ты занимаешься? — не выдержала я. — Снимаешь целый ресторан для ужина, нанимаешь водителя, у тебя коллекция дорогих машин... Ты говоришь, что у тебя бизнес. И — ключевой момент — тебе ведь явно не больше тридцати! Это просто не укладывается в голове. Он внимательно слушал мой монолог, не перебивая. Не знаю, откуда в нём столько терпения и внешней невозмутимости. Учитывая события в лифте, он всё же сумел остановиться и не перешёл ту тонкую грань, за которой нет возврата. Мы знакомы всего два дня, но по правде говоря, эти моменты стали для нас решающими, даже если мы сами этого ещё не осознали. Наконец он заговорил своим привычным спокойным голосом: — Сочту это за комплимент, но свой точный возраст на первом свидании я обсуждать не привык. — Это свидание?! — я бестактно перебила его, едва не подавившись едой. — Одри, успокойся, иначе вечер закончится в больнице, хотя мог бы — совсем иначе. — Хорошо, хорошо. Я поняла, прости... — Во-первых, перестань извиняться так часто. Во-вторых, научись дослушивать до конца. Он сделал глоток вина и продолжил: — Преподавание в университете — это, скорее, моё хобби. Несколько пар в неделю не мешают основному делу. Бизнесов у меня несколько. В своё время я обзавелся нужными связями и применил способности, список которых не ограничивается базовыми навыками. Малек на секунду задумался и добавил в той же манере: — Я изучал психологию — это моё основное направление. Один из моих проектов — частная клиника для людей, нуждающихся в специфической помощи. — То есть «дурка» для элиты? — я невольно рассмеялась, вспоминая, как мать грозилась упечь меня в подобное место. — Что-то вроде того, если тебе так проще понять. Кроме того, я владею отелем. Надеюсь, драгоценная моя, теперь ты удовлетворена ответами? — Частично — да. Думаю, на сегодня этого хватит. — Очень рад слышать. Он улыбнулся, но в этой улыбке не было искренности. Я чувствовала: ему не нравились мои расспросы, хотя отвечал он с явной гордостью. Малек либо что-то недоговаривал, либо нагло лгал мне в лицо, и каждое его слово было сладким ядом, проникающим в сознание. — У меня есть предложение к тебе, — он отодвинул тарелку и сплёл пальцы перед собой. — Один интересный проект. Если это можно так назвать. — Звучит интригующе. И что за предложение? — Ты станешь моим экспериментом. Я хочу написать научную работу, но не ради очередного диплома. Я хочу создать нечто новое — понять, как можно влиять на разум и те тонкие грани чувств, что возникают при их соприкосновении. Он рассказывал об этом с таким воодушевлением, что казалось, будто он светится изнутри. — Я не хочу быть лабораторным кроликом, которому промоют мозги, — отрезала я. Малек опустил взгляд и вдруг рассмеялся — тихо и пугающе. Эта внезапная перемена заставила меня вжаться в стул. — Новых поставок препаратов больше не жди, Одри. Я замерла, поражённая. Как он узнал про мою зависимость? Пазл сложился мгновенно: у него есть связи, а Рут была лишь посредником. Всем управлял Малек. Именно благодаря ему у меня всегда были нужные «таблетки». — Я и так хотела завязать, не велика потеря, — я попыталась придать голосу уверенности, но он всё равно предательски дрожал. — Так просто не получится, я уже всё просчитал. Завтра у тебя начнётся невыносимая тяга. А по моим сведениям, у тебя ничего не осталось. Совсем ничего. Черт. Малек Синер точно знал, как бить по больному, загоняя жертву в угол. И он по-настоящему наслаждался этим зрелищем. — Поэтому соглашайся на мой проект. Ты будешь жить у меня: по моему графику, в моей квартире. Мы будем много общаться, проводить сеансы... — Какова конечная цель? — Правильные вопросы, наконец-то. Я хочу сломать тебя и... построить заново. Создать новую, сильную, уверенную в себе девушку. И, возможно, свою спутницу жизни. Я на секунду задумалась, переваривая услышанное. — То есть ты не хочешь искать готовую спутницу — тебе проще воспитать её, прогнуть под себя и переделать? — Я мог бы ждать свою идеальную любовь слишком долго, а я привык брать от жизни всё и прямо сейчас. И я это делаю, Одри. Вполне успешно. Он встал из-за стола и подошёл к окну. Закат был прекрасен: солнце пряталось за небоскрёбами, прошивая город прощальными золотыми лучами. — У всех есть недостатки, с которыми я не могу смириться. Но я не могу изменить своих чувств — они нам не подвластны. Я подошла к нему и обняла со спины. Почувствовала, как под тонкими пальцами напряглись его мышцы, но он не шелохнулся. Тогда я встала на носочки и прошептала ему на ухо: — Я согласна.