[ Глава 24 ]

После ​небольшого ​обмена ​словами ​Орочимару ​и ​Джирайя ​ушли, ​а ​Цунаде ​осталась. ​Уходя, ​Орочимару ​бросил ​еще ​один ​томительный ​взгляд ​на ​Шина. ​Шин ​не ​почувствовал ​никакой ​злобы, ​но ​ему ​все ​равно ​было ​не ​по ​себе. ​ ​- ​Из-за ​чего ​произошла ​та ​стычка ​с ​Учихой ​Рётой? ​- ​поинтересовалась ​Цунаде. ​ ​Наваки ​объяснил ​ситуацию, ​заставив ​Цунаде ​нахмуриться. ​ ​- ​Учиха ​всегда ​доставляет ​неприятности. ​ ​Микото ​неловко ​передернулась. ​Она ​понимала, ​что ​Цунаде ​не ​имела ​в ​виду ​конкретно ​ее, ​но ​все ​равно ​чувствовала ​себя ​неловко. ​Все-таки ​она ​была ​Учихой. ​ ​- ​Не ​волнуйся, ​я ​говорила ​не ​о ​тебе, ​- ​успокоила ​ее ​Цунаде, ​заметив ​неловкость ​Микото. ​ ​У ​нее ​сложилось ​хорошее ​впечатление ​о ​Микото, ​которая ​казалась ​не ​такой, ​как ​другие ​Учиха. ​ ​- ​Кстати, ​я ​должна ​покинуть ​деревню ​для ​выполнения ​миссии. ​Это ​миссия ​сопровождения, ​она ​займет ​около ​полумесяца, ​- ​сообщила ​им ​Цунаде. ​ ​- ​О... ​ ​Наваки ​не ​удержался ​и ​усмехнулся. ​Улыбка ​Цунаде ​исчезла, ​сменившись ​опасным ​блеском ​в ​глазах. ​ ​- ​Наваки, ​ты, ​кажется, ​рад ​этому? ​ ​- ​Нет, ​нет, ​совсем ​нет! ​- ​Наваки ​энергично ​замотал ​головой. ​ ​- ​Я ​разберусь ​с ​тобой ​позже. ​Мне ​нужно ​идти. ​ ​Цунаде ​бросила ​взгляд ​на ​Наваки ​и, ​помахав ​на ​прощание ​остальным, ​ушла. ​Наваки ​вздохнул ​с ​облегчением, ​когда ​она ​скрылась ​из ​виду. ​ ​- ​Наваки, ​ты ​боишься ​своей ​сестры? ​- ​спросил ​Шин. ​ ​Наваки ​почесал ​голову. ​ ​- ​Немного. ​Она ​очень ​строгая, ​когда ​тренирует ​меня. ​ ​- ​Да ​ладно, ​разве ​ты ​не ​собирался ​показать ​нам ​Коноху? ​У ​нас ​есть ​немного ​времени ​до ​занятий. ​Давай ​изучим ​окрестности. ​ ​Шин ​посмотрел ​на ​Микото. ​ ​- ​Микото-сан, ​хочешь ​присоединиться ​к ​нам? ​ ​- ​А, ​можно? ​- ​Микото ​выглядела ​удивленной ​и ​довольной. ​ ​- ​Конечно, ​- ​Шин ​улыбнулся, ​и ​они ​вчетвером ​отправились ​исследовать ​Коноху. ​ ​Шин ​и ​Кушина ​не ​были ​знакомы ​с ​деревней, ​поэтому ​Наваки ​выступал ​в ​роли ​гида, ​указывая ​на ​различные ​достопримечательности ​и ​места. ​Поскольку ​времени ​до ​дневных ​занятий ​у ​них ​было ​немного, ​они ​исследовали ​только ​окрестности ​Академии. ​ ​Это ​было ​полезно ​для ​ознакомления ​с ​окрестностями. ​Вскоре ​настало ​время ​возвращаться ​на ​занятия. ​Вернувшись ​на ​свои ​места, ​Шин ​спросил ​Микото. ​ ​- ​Микото, ​тот ​инцидент... ​Он ​ведь ​не ​доставит ​тебе ​неприятностей? ​ ​Он ​отбросил ​почетные ​обращения, ​что ​свидетельствовало ​об ​их ​крепнущей ​дружбе. ​Микото ​покачала ​головой. ​ ​- ​Со ​мной ​все ​будет ​в ​порядке. ​В ​клане ​Учиха ​я ​практически ​незаметна. ​Никто ​не ​будет ​меня ​беспокоить ​из-за ​этого. ​Вообще, ​это ​я ​должна ​извиняться, ​- ​Микото ​извиняюще ​посмотрела ​на ​Шина ​и ​Кушину. ​ ​- ​Микото, ​мы ​теперь ​друзья. ​Не ​нужно ​извиняться, ​- ​сказала ​Кушина. ​ ​Возможно, ​им ​было ​суждено ​стать ​лучшими ​подругами. ​Кушина, ​которая ​поначалу ​враждебно ​относилась ​к ​Микото, ​теперь, ​похоже, ​полюбила ​ее. ​После ​обеда ​была ​очередная ​лекция. ​Кушина ​не ​интересовалась ​теорией, ​ей ​хотелось ​спать. ​ ​Шин ​чувствовал ​то ​же ​самое. ​Если ​бы ​лекция ​была ​полезной, ​он ​бы ​обратил ​внимание, ​но ​все ​это ​было ​уже ​известно ​или ​не ​имело ​значения. ​Школа ​закончилась ​рано, ​чуть ​позже ​четырех ​часов ​дня. ​После ​уроков ​они ​приняли ​приглашение ​Наваки ​осмотреть ​Коноху. ​ ​В ​доме ​Сенджу ​Шин ​воздержался ​от ​занятий ​тайдзюцу ​и ​кендзюцу. ​Он ​не ​хотел ​привлекать ​к ​себе ​внимание ​так ​скоро ​после ​прибытия ​в ​Коноху, ​поэтому ​сосредоточился ​на ​оттачивании ​чакры. ​Он ​не ​знал, ​поручил ​ли ​Сандайме ​следить ​за ​ними ​АНБУ, ​но ​лучше ​перестраховаться, ​чем ​потом ​жалеть. ​ ​Практика ​Тайдзюцу ​или ​Кендзюцу ​могла ​раскрыть ​его ​истинную ​силу. ​Даже ​практиковать ​ниндзюцу ​было ​рискованно. ​Пока ​что ​он ​будет ​заниматься ​совершенствованием ​чакры. ​ ​- ​Должен ​ли ​я ​скопировать ​Бьякуган? ​ ​Шин ​вспомнил ​о ​своей ​карте ​продвинутого ​Копирования. ​Всего ​у ​него ​было ​четыре ​карты ​- ​три ​обычных ​и ​одна ​продвинутая. ​ ​Продвинутая ​карта ​могла ​копировать ​дзюцу ​ранга ​S, ​чакру ​и ​телосложение ​уровня ​Каге ​и ​даже ​Кеккей ​Генкай. ​ ​Бьякуган, ​хотя ​и ​казался ​менее ​впечатляющим, ​чем ​Шаринган ​и ​Риннеган, ​обладал ​мощными ​сенсорными ​возможностями ​и ​даже ​мог ​эволюционировать ​в ​Тенсейган. ​ ​Тенсейган ​был ​додзюцу ​наравне ​с ​Риннеганом, ​возможно, ​даже ​превосходя ​его ​по ​силе ​атаки. ​Поразмыслив, ​Шин ​решил ​отказаться. ​Хотя ​сенсорные ​способности ​Бьякугана ​были ​полезны, ​особенно ​для ​обнаружения ​слежки, ​он ​также ​сделал ​бы ​его ​глаза ​полностью ​белыми. ​ ​Ходить ​с ​такими ​глазами ​- ​значит ​привлекать ​нежелательное ​внимание, ​особенно ​со ​стороны ​клана ​Хьюга. ​ ​- ​Если ​бы ​только ​у ​меня ​был ​Глаз ​Разума ​Кагуры. ​Это ​даже ​лучше, ​чем ​Бьякуган. ​ ​Он ​покачал ​головой, ​отгоняя ​эту ​мысль. ​Он ​не ​знал, ​как ​его ​пробудить, ​да ​и ​возможно ​ли ​это ​вообще. ​Насколько ​он ​знал, ​такой ​способностью ​обладала ​только ​Карин. ​ ... ​ ​- ​Прошло ​несколько ​дней ​- ​ ​Шин ​и ​Кушина ​были ​заняты ​учебой, ​исследованием ​Конохи ​с ​Наваки ​и ​Микото ​и ​оттачиванием ​чакры. ​Однажды ​их ​вызвали ​в ​резиденцию ​Узумаки ​Мито ​вместе ​с ​Каем ​и ​Акико. ​ ​- ​Я ​позвала ​вас ​сюда ​сегодня, ​чтобы ​научить ​дзюцу ​запечатывания ​клана ​Узумаки. ​ ​Лицо ​Шина ​озарилось. ​Это ​была ​отличная ​новость! ​Под ​руководством ​Мито ​они ​быстро ​продвинутся ​в ​фуиндзюцу. ​Кай ​и ​Акико ​тоже ​были ​в ​восторге. ​ ​- ​Мы ​начнем ​с ​самых ​простых ​формул ​запечатывания, ​- ​серьезно ​сказала ​Мито. ​ ​Эти ​дети ​были ​последними ​остатками ​клана ​Узумаки, ​надеждой ​на ​его ​возрождение. ​Как ​бывшая ​принцесса ​клана, ​Мито ​желала ​только ​одного ​- ​вернуть ​ему ​былую ​славу. ​Она ​научила ​бы ​их ​всему, ​чему ​могла. ​Однако ​то, ​сколько ​они ​выучат, ​зависело ​от ​их ​таланта. ​ ​С ​тех ​пор ​их ​дни ​были ​заполнены ​школой, ​а ​после ​ужина ​Мито ​давала ​им ​уроки ​фуиндзюцу. ​Под ​ее ​руководством ​Шин, ​уже ​ставший ​гением, ​быстро ​прогрессировал. ​Кушина ​тоже ​многому ​научилась. ​Она ​была ​талантлива, ​уступая ​лишь ​Шину. ​ ​Но ​Шин ​предупредил ​ее, ​чтобы ​она ​не ​слишком ​выделялась. ​Она ​должна ​выучить ​дзюцу, ​но ​притворяться, ​что ​не ​так ​искусна, ​как ​на ​самом ​деле.