Зачем ты здесь ?

Появление Лукреции стало для Драко неожиданностью. Их отцы были деловыми партнёрами и совладельцами холдинга, и с самого детства их готовили к помолвке. Но он никогда не испытывал к ней ничего романтического, они были слишком друзьями. Да и не вписывалась она в образ кроткой, идеальной чистокровной жены наследника рода Малфоев. Лукреция была другой. Живая, резкая, настоящая-она никогда не скрывала эмоций. Слишком громкая для светских раутов и слишком свободная для их мира: та самая девчонка, что лазала с ним по деревьям в мэноре. Он любил её, но как сестру. Шум за слизеринским столом постепенно стих . Драко обернулся — все взгляды были прикованы к ним. Другие факультеты перешептывались, парни не скрываясь пялились на нее, да ее блядские наряды ничуть не менялись.  Девушки же осторожно наблюдали за новенькой. — Лу, ты какими судьбами тут? — оживился Забини. — Подбери слюни, Блейз. Тот, как обычно, уделял ей слишком много внимания, и это раздражало Драко. Он слишком хорошо знал своего друга и его отношение к девушкам. — Я соскучилась, — протянула Лукреция с улыбкой Чеширского кота. Драко невольно усмехнулся и притянул её за плечи, усаживая рядом. — Честно говоря, я уже думал, тебя отправят в Гриффиндор, — заметил Нотт. В ответ он получил пинок под столом. Она осталась прежней: бойкой, уверенной, слишком эмоциональной. Но что-то в её поведении всё же настораживало. Малфой решил отложить вопросы до момента, когда они останутся наедине. Большой зал постепенно вернулся к привычному шуму, словно чьи-то тяжёлые тучи вдруг рассеялись. Коридоры замка встретили их прохладой и полупустой тишиной. Шум Большого зала остался позади, растворяясь где-то за поворотами. Драко шёл чуть впереди, но резко остановился, заставив Лукрецию почти врезаться в него. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? Она склонила голову набок, будто искренне не понимая, о чём он. — Мм? — протянула она лениво. — Любимый, ты о чём? — Не начинай, — его голос стал тише, но жёстче. — Почему ты здесь? Лукреция усмехнулась, облокотившись плечом о холодную стену. — А ты не рад? Я думала, ты бросишься мне на шею. — Лу. Она на секунду замолчала, изучая его лицо, а потом улыбнулась . — Ну перевелась и перевелась. Скучно стало. Италия надоела. — Врёшь. — Конечно вру, — она пожала плечами. — Ты же знаешь, я всегда вру. Особенно тебе. Он сделал шаг ближе. — Что случилось? — Ничего такого, с чем ты бы справился, — тихо, почти ласково. — Расслабься. — Ты серьёзно думаешь, что я отстану? — Я серьёзно думаю, что ты уже начинаешь бесить, — она ткнула его пальцем в грудь. — Не дави, Малфой. Не идёт тебе. На секунду между ними повисло что-то старое, знакомое. Он смотрел на неё дольше, чем обычно. Будто пытался вытащить правду с помощью легилименции. Но понимал, что она мгновенно возведет ментальные стены, которые ему не пробить. Он уже собирался что-то сказать, но его взгляд резко сместился за её плечо. Лукреция даже не обернулась — она почувствовала. Шаги. Тихие. Быстрые. Грейнджер  Она шла, стараясь не смотреть в их сторону, но было очевидно — она слышала. Или хотя бы понимала, что разговор не для неё. — Тебя не учили что подслушивать не вежливо ? — холодно бросил Драко. Гермиона остановилась. Гермиона остановилась. Медленно повернулась. — Не льсти себе, Малфой. У тебя не настолько интересная жизнь. Лукреция тихо хмыкнула. Пока ещё это звучало как привычная перепалка. — Тогда какого чёрта ты здесь стоишь? — он сделал шаг к Гермионе. — Иду по коридору, представь себе, — холодно. — Ты не единственный, кому разрешено здесь находиться. На секунду воздух стал тяжелее. Лукреция перевела взгляд с одного на другого. Интерес исчезал. — Осторожнее со словами, — тихо сказал Драко. — Ты забываешь, с кем разговариваешь. — Нет, — её голос стал ровнее. — Я как раз отлично помню. И этого оказалось достаточно. Что-то в нём щёлкнуло. — Грязнокровка, — почти спокойно. Почти лениво. — Тебе вообще не приходило в голову, что стоять рядом с нами — уже слишком для тебя? Вот теперь стало по-настоящему мерзко. Лукреция больше не улыбалась. Гермиона побледнела, но взгляд не отвела. — Забавно, — тихо сказала она. — Ты так отчаянно пытаешься доказать, что выше меня, что это уже выглядит жалко. Драко сделал ещё шаг вперёд. Почти вплотную подходя к Грейнджер — Повтори. — Жалко, Малфой, — без колебаний. Лукреция резко выдохнула. — Драко. Гермиона больше ничего не сказала. Просто развернулась и пошла дальше, быстрым шагом, не оглядываясь. Лукреция смотрела ей вслед дольше, чем нужно. Потом перевела взгляд на Драко. — Ты закончил? — Не лезь, — отрезал он. Она чуть наклонила голову, изучая его. И вдруг тихо усмехнулась. Но уже без тепла. — Да ты, оказывается, скучнее, чем я думала. Он скривился. — Иди к чёрту, Лу. — Уже была, — легко бросила она. — Не впечатлило. Он отвернулся и пошёл дальше по коридору. Лукреция осталась. На секунду. Потом её взгляд снова скользнул туда, где скрылась Гермиона. И она пошла в ту же сторону. __________________________________ Она уже была в туалете, когда дверь открылась. Вошла новенькая — спокойно, будто имела полное право быть здесь. Не обратив на Гермиону ни малейшего внимания, она прошла к окну и легко забралась на подоконник. Только устроившись поудобнее, она достала сигарету и щёлкнула зажигалкой. Через секунду воздух наполнился резким запахом табака с приторной вишнёвой сладостью. — Здесь нельзя курить, — Гермиона постаралась, чтобы голос звучал максимально строго. — Ге-р-мио-на… — протянула девушка, лениво делая затяжку. — Вообще-то это маггловские сигареты. Тебе должно понравиться. Гермиона проигнорировала её и прошла в дальний конец туалета. — Я о тебе много слышала, — почти вполголоса добавила та. - Ну что ты такая не разговорчивая -надув губы , не унималась она.  Гермиона изо всех сил старалась сдержать слезы . Ком перекрыл горло словно булыжник и доставлял как моральную, так и физическую боль. Ну почему же ей нужно прицепится именно сейчас?  Напряжение, копившееся всё лето, словно прорвалось наружу. Тревога за родителей, холодное ощущение опасности, въевшееся под кожу.  Нападки Малфой слишком банальные и обычные, к которым она так привыкла, но которые так нелепо выглядели на фоне общей картины надвигающегося ужаса. Всё навалилось сразу. — Ты что, язык проглотила? Лукреция внезапно оказалась рядом. Это стало последней каплей. Всё, что не давало спать ночами, все страхи и усталость — прорвались наружу горькими слезами. Иногда достаточно одной мелочи, чтобы разрушить тщательно выстроенную защиту. Казалось бы, обычная насмешка, но когда стараешься быть сильной и не показывать свои эмоции, рано или поздно всё, что ты подавлял в себе, выльется. Самая маленькая деталь полностью выбьет тебя из колеи, и все обиды, которые копились много дней, всё-таки найдут свой выход. — Mio caro… что случилось? Почему ты плачешь? Её тон резко изменился — от насмешки не осталось и следа. Гермиона растерялась: ещё минуту назад она стояла рядом с Малфоем и смеялась над всеми. — Lasciami in pace… — прошептала она сквозь слёзы. — La mia gioia… Ты что, итальянка? — в голосе Лукреции прозвучало искреннее удивление. — Это из-за Драко? Он мудак , не обращай внимания. Хочешь конфету? Bella, с вишней. Она говорила так быстро, что Гермиона даже не сразу поняла, как оказалась напротив неё, растерянно глядя. — Mio Dio… ты правда немая, что ли? Гермиона осторожно протянула руку и взяла конфету, внимательно разглядывая фантик — словно проверяя, не отрава ли это. Её знаний итальянского не хватало, чтобы прочитать название. — Это Caffarel. Любимые конфеты Драко. От этих слов Гермиона вздрогнула. Она никогда не слышала, чтобы о Малфое говорили так… просто. Будто он был обычным человеком, а не её личным кошмаром на первых курсах.