Вторая часть

      Западный корпус встречал своих новых обитателей тишиной. Не той давящей, от которой хочется кричать, а той зыбкой, неустойчивой, которая вот-вот треснет и рассыплется на тысячи осколков звуков.        Корпуса школы медленно, но верно заполнялись голосами, шагами, хлопаньем дверей. Только здесь, в этом стеклянно-бетонном доме, людей было так мало, что каждый шаг отдавался эхом, будто внутри поселился кто-то еще.       Чхве Ари остановилась перед входом, вцепившись в ручки чемоданов так сильно, что побелели костяшки пальцев. Здание выглядело именно так, как на фотографиях: современное, лаконичное, дорогое. Стеклянные стены, четкие линии, никаких лишних деталей. Оно смотрело на нее своими панорамными окнами, как огромный аквариум, в котором ей предстояло жить.       Она сделала глубокий вдох и толкнула дверь.       В прихожей её встретило огромное зеркало в тонкой металлической раме. Ари невольно замерла перед ним, и тут же, как по команде, в голове всплыл голос матери:       «Сутулишься. Думаешь, кому-то понравится такое?»       Девушка выпрямила спину, расправила плечи, подняла подбородок. Движения были отработанными до автоматизма — за столько лет эти слова въелись под кожу быстрее любых привычек. Она посмотрела на своё отражение внимательнее. Волосы чуть растрепались после дороги, но выглядели естественно — так, как ей нравилось. На ней был белый кроп-топ с чёрным цветочным принтом и романтичной сборкой на груди, светло-голубые джинсовые шорты с высокой посадкой, украшенные двумя цветочными нашивками из потёртого денима — одна на левом кармане, другая справа. Она выбрала этот наряд сама, без маминого одобрения, и чувствовала себя в нём собой.       Кроссовки, которые она недавно купила в маленьком магазинчике в центре города, аккуратно встали у порога. Белые, с едва заметной голубой полоской — её собственный выбор. Её маленький бунт.       Она сняла обувь и ступила босыми ногами на прохладный пол, ощущая, как от пяток разбегается лёгкая дрожь. Внутри дома пахло ремонтом, свежей краской и чем-то стерильным — тем особенным запахом новых зданий, где ещё никто не успел оставить свой след.       Ари огляделась.       Первый этаж был просторным и светлым. Слева — кухня. Не просто кухня, а мечта любого кулинарного блогера: огромный холодильник с панелью управления на дверце, встроенная плита с индукционной поверхностью, посудомоечная машина, кофемашина, которая стоила как полгода её карманных денег. Всё сияло чистотой, ни одной лишней вещи, ни одной царапины.       В центре первого этажа расположилась гостиная: мягкий угловой диван пепельного цвета, большой телевизор на стене, журнальный столик из тонированного стекла. Всё слишком идеально, слишком показушно. Будто это выставочный образец из каталога.       Справа от входа тянулся коридор с несколькими дверями. Ари заглянула: маленький спортзал с парой тренажёров, кладовка, забитая коробками с постельным бельём и полотенцами, душевая и отдельный туалет.       Она поднялась на второй этаж. Лестница была с стеклянными перилами, и на мгновение Ари показалось, что она идёт по воздуху. Наверху её ждал длинный коридор с мягким ковровым покрытием, приглушающим шаги. Двери. Много дверей. На каждой — аккуратная табличка с именем. Вторая дверь оказалось для неё.              Она толкнула её, и комната встретила девушку солнечным светом. Огромное окно от пола до потолка распахнуло перед ней вид на школьный парк — старые дубы, аккуратные дорожки, вдалеке фонтан. Белые шторы, тонкие и полупрозрачные, колыхались от едва уловимого сквозняка.       В центре стояла пустая кровать. Большая, с деревянным изголовьем, без белья — просто матрас в защитной плёнке. В левой стене угадывался вместительный шкаф-купе с зеркальной дверью. Рядом с выходом — ещё одна дверь. Ари заглянула и выдохнула с облегчением: собственный санузел. Душ, раковина, унитаз. Маленькое личное пространство, где никто не будет дышать в затылок.       Ари подумала, что напротив кровати можно поставить туалетный столик с зеркалом. И повесить на стены картинки написанные собственными руками. И добавить немного дизайна на эти белые шторки. Она начертила в голове, что нужно купить и куда нужно поставить              Она опустилась на матрас, не снимая защитную плёнку. Достала телефон, открыла приложение с мебелью. Пальцы забегали по экрану, добавляя в корзину одно за другим:       — Эстетичный туалетный столик с зеркалом. Два искусственных растения в больших горшках — фикус и монстеру. Прозрачные шторы-вуаль и поверх них — голубые с узором цветов. Ковёр, круглый, бежевый, с длинным ворсом. Бельё для кровати — хлопок, нежно-голубой, с вышивкой.       Она нажала «оплатить» и отложила телефон, чувствуя странное удовлетворение. Впервые она выбирала что-то для себя сама, не оглядываясь на мамино «это не подходит» или «это выглядит дёшево».       Поднявшись с кровати, Ари принялась разбирать чемоданы. Шкаф оказался вместительнее, чем она думала. Платья, юбки, брюки, футболки — всё нашло своё место. Коробки с обувью аккуратно выстроились на нижней полке. Сверху она положила шляпы и бейсболки. Косметичку, бижутерию и небольшую шкатулку с украшениями временно разместила на полке, пока не приедет столик.       Когда вещи были разобраны, Ари с облегчением выдохнула. Посмотрела на часы. Времени до приезда соседей ещё достаточно. Она взяла чистое полотенце, пижаму с Hello Kitty — смешную, детскую, которую мать ненавидела и постоянно пыталась выбросить, — и скрылась в душе.       Горячая вода смыла дорожную усталость, расслабила мышцы. Ари стояла под струями дольше, чем нужно, наслаждаясь тишиной и тем, что никто не стучит в дверь с криком: «Ты там уже задохнулась? Выходи, у нас планы!»       Выключив воду, она вытерлась, надела пижаму и посмотрела на себя в зеркало. Мокрая, растрёпанная, с чистой кожей без тонального крема. Вот она — настоящая, а не та, которую мать всегда хочет выставить на свет.       Она спустилась в гостиную, устроилась на угловом диване, поджав под себя ноги, и включила телевизор. Какой-то старый фильм шёл по каналу, она не вслушивалась, просто смотрела на движущиеся картинки и ждала.

***

      Где-то через час входная дверь щёлкнула замком.       Ари выпрямилась, инстинктивно поправляя волосы, и повернула голову к прихожей. В проёме показались двое парней. Она узнала их сразу — те самые парни с вчерашнего мероприятия.       Первый был в той же обычной чёрной рубашке, что и вчера, только теперь рукава закатаны до локтя, открывая запястья с тонкими кожаными браслетами. Его лицо было открытым, добрым, таким, что хотелось улыбнуться в ответ. Второй — тихий, с идеальными чертами лица и внимательным взглядом, который, казалось, всё подмечал, но ничего не комментировал.       — Ты же та девушка из вчерашнего мероприятия, — произнёс первый, и его голос прозвучал теплее, чем Ари ожидала.       Она поднялась с дивана, чувствуя, как внутри шевелится привычная неловкость перед новыми людьми, но заставила себя улыбнуться.       — Я Чхве Ари. Рада знакомству, — сказала она, и в этот раз улыбка получилась почти искренней.       Парень с добрым лицом сделал шаг вперёд и слегка наклонил голову.       — Джейк. Шим Джейк.       — Пак Сонхун, — представился второй, и Ари заметила, что его голос был низким и спокойным, как у человека, который привык говорить мало, но по делу.       — Если что, спальни находятся на втором этаже, — добавила она, показывая на лестницу.       — Ага, спасибо, — ответили парни почти хором, подхватили свои чемоданы и направились наверх. Ари смотрела им вслед, слушая, как их шаги затихают на лестнице.

***

      Она снова устроилась на диване, переключила телевизор на музыкальный канал, но через некоторое время краем уха уловила движение на лестнице. Джейк спускался вниз, теперь уже в более свободной одежде — серая футболка, домашние штаны, влажные после душа волосы взъерошены так, что выглядели почти кудрявыми. Он выглядел расслабленным, домашним.       — А где Сонхун? — спросила Ари, когда Джейк поравнялся с ней.       Он кивнул в сторону лестницы, проходя к дивану, но перед тем как сесть, бросил на девушку короткий взгляд, будто спрашивая разрешения. Ари кивнула, и он опустился на другой конец дивана, положив ногу на ногу.       — Видимо, он был слишком уставшим, уснул, даже не закрыв дверь, — ответил он, уже утыкаясь в телефон.       На экране телевизора мелькали кадры музыкального шоу. Ари смотрела, но не видела. Джейк молчал, уставившись в экран смартфона.       Тишина между ними не была неловкой — скорее, привычной для двоих незнакомцев, которым ещё предстояло найти общий язык.       Ари хотела что-то сказать, но не знала, с чего начать. Спросить про учёбу? Слишком банально. Про семью? Слишком лично. Она так и сидела молча, когда входная дверь снова открылась.       На пороге стоял блонди. Тот самый, что вчера процедил: «У тебя она хотя бы есть». Сейчас он выглядел иначе: на нём была облегающая спортивная кофта Adidas и широкие чёрные штаны, белые наушники висели на шее, волосы растрёпаны, будто он всю дорогу спал в машине.       Он окинул гостиную быстрым взглядом, и его глаза на секунду задержались на Ари. В них не было интереса — скорее, оценка ситуации, привычка просчитывать всё вокруг.       — Эм, мы встречались раньше? — спросил он, глядя на девушку.       Джейк оторвался от телефона и улыбнулся той самой открытой улыбкой.       — Да, вчера на мероприятии. Я Шим Джейк, а она Чхве Ари, — представил он, жестом указывая на каждого.       — Я Рики Нишимура, — сказал парень, проходя в комнату с багажом. — Но зовите меня Ни-Ки.       Ари и Джейк кивнули, почти синхронно. Ни-Ки перевёл взгляд с одного на другого, и в уголке его губ мелькнуло что-то похожее на усмешку.       — Спальни на втором этаже, — сказал Джейк, опережая Ари. — Имена на дверях.       Ни-Ки кивнул и направился к лестнице, легко поднимаясь по ступеням с чемоданом в одной руке. Ари заметила, что он не обернулся.       В течение следующего часа дом постепенно наполнялся. Сону приехал следующим. Он появился в дверях с двумя сумками, быстрым взглядом окинул гостиную, коротко кивнул в ответ на чьё-то невнятное приветствие и направился к лестнице. Обычная чёрная футболка, джинсы, волосы чуть растрёпаны. Шёл быстро, будто хотел поскорее оказаться в своей комнате и ни с кем не пересекаться. На второй этаж поднялся за несколько секунд — только шаги затихли в коридоре. За ним — Чонвон, идеально одетый даже в дорогу, с вежливой улыбкой, которая не коснулась глаз. Хисын появился с двумя сумками и стопкой учебников, которые, казалось, весили больше, чем он сам. Он выглядел так, будто не спал несколько дней — под глазами залегли тени, движения были замедленными.       Последним приехал Джей. Ари услышала звук подъезжающей машины, потом хлопок двери багажника, и через минуту в дом вошёл парень в чёрной кожаной куртке, с гитарным чехлом за спиной. Он огляделся с ленивым любопытством, бросил короткое «привет» в сторону гостиной и направился наверх.       Ари сидела на диване, провожая взглядом каждого нового соседа, и с каждым разом внутри неё разрасталось странное, щемящее чувство. Семь парней. Она насчитала семь имён на дверях. Семь парней и… она.       Ни одной девушки.       Она вспомнила, что администратор говорил о трёх местах для девочек. Что случилось? Может быть, они приедут позже?       Джейк, который так и сидел рядом, будто чувствуя её замешательство, отложил телефон.       — Кажется, Шин Юна и Бэ Джиу исключили, — сказал он негромко, словно читая её мысли. — Я слышал разговор администратора. Они были стипендиантками и имели плохое оценки, а такие долго в такой школе не задерживаются.       Ари моргнула. Их исключили. Ещё до того, как учёба началась. Она посмотрела на лестницу, где только что скрылся очередной сосед.       — Значит, я одна, — тихо сказала она, скорее себе, чем Джейку.       Джейк не ответил. Только посмотрел на неё с тем выражением, которое она не смогла прочитать — то ли сочувствие, то ли понимание. Ари закусила губу и перевела взгляд на телевизор, где всё так же мелькали ничего не значащие кадры.       Она одна среди семи парней. Но они не выглядели устрашающе. По крайней мере, пока. Она ещё раз прокрутила в голове лица тех, кого уже видела: Джейк — добрый и открытый, Сонхун — тихий, почти незаметный, Ни-Ки — резкий, но не злой, Чонвон — вежливый, но отстранённый, Хисын — уставший до предела, Сону — остраненный, но взгляд цепкий, Джей — с гитарой и дерзким взглядом.       Ари закусила губу, а потом выдохнула. Она справится.

***

      Утро следующего дня началось с крика.       — Кто, чёрт возьми, заказал мебель?!       Голос Джея разнёсся по всему дому, отразился от стеклянных стен гостиной, влетел в открытые двери спален и, кажется, разбудил даже тех, кто спал с берушами.       Ари подскочила на кровати, не сразу понимая, где находится. Пижама с Hello Kitty сбилась, волосы стояли дыбом, во рту было сухо, как в пустыне. Она моргнула пару раз, пытаясь прийти в себя, и только потом до неё дошло: мебель. Она заказала мебель вчера, и, видимо, доставка приехала раньше, чем она ожидала.       Девушка вылетела из комнаты, на ходу поправляя растрёпанные волосы, и столкнулась на лестнице с недовольным Джем. Он стоял в дверях, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с выражением, в котором смешались раздражение и искреннее недоумение.       — Я, — сказала Ари хриплым со сна голосом, спускаясь вниз.       На часах было девять утра. За стеклянными стенами гостиной уже вовсю светило солнце, и в этом свете Ари увидела грузчиков, которые стояли у входа с коробками, диваном, растениями и ещё кучей вещей. Она протёрла глаза, выискивая взглядом то, что заказала вчера.       — Подпишите, — один из грузчиков протянул ей планшет.       Ари, всё ещё не до конца проснувшаяся, черканула подпись, и мужчины начали заносить вещи в дом. Она провела их на второй этаж, в свою комнату, показывая, что куда поставить. Джей, который, видимо, решил, что раз уж проснулся, можно и помочь, таскал коробки вместе с грузчиками, хотя его лицо всё ещё выражало крайнюю степень недоумения происходящим.       — Ты могла бы предупредить, — сказал он, когда они остались вдвоём в её комнате, а грузчики ушли.       — Я не думала, что привезут так рано, — Ари развела руками, чувствуя себя немного виноватой. — Извини.       Джей посмотрел на неё, на её пижаму, на спутанные волосы, на то, как она трёт глаза кулаком, и усмехнулся.       — Ладно. Но в следующий раз говори. Я мог решить, что в дом ворвались.       Ари фыркнула, не сдержавшись, и Джей вдруг улыбнулся своей настоящей улыбкой, что удивило девушку, ведь он всегда лениво ухмылялся.

***

      Час спустя, приняв душ, переодевшись и приведя себя в порядок, Ари стояла в дверях комнаты Джея. Она переоделась в серые шорты и широкую белую футболку, волосы собрала в высокий хвост.       Джей был в своей спальне, аккуратно доставая из чехла гитару. Ари заметила, что его комната уже обустроена: кровать застелена тёмно-синим бельём, в шкафу висят вещи, на столе — пара личных вещей. Ничего лишнего. Просто, но со вкусом. Гитара, судя по тому, как он держал её, была главным сокровищем.       Она постучала в открытую дверь. Джей обернулся, и Ари заметила, как его взгляд на секунду задержался на ней, оценивающе, но без неприязни.       — Можешь помочь мне с некоторыми вещами? — спросила она.       Он перевёл взгляд на гитару, потом снова на неё. Секундное колебание — и он кивнул.       — С чем?       — Шторы. Мне не хватает лишних рук.       Джей последний раз глянул на гитару, поставил её на подставку и пошёл за девушкой.       Комната Ари уже изменилась. Туалетный столик стоял на своём месте, искусственные растения в больших горшках придавали пространству живой вид, ковёр мягко стелился у кровати. Но шторы — новые, голубые с узором цветов — всё ещё лежали на полу, ожидая своего часа.       — Ты серьёзно решила всё это переставлять? — спросил Джей, оглядывая комнату.       — Абсолютно, — Ари уже забралась на стул, пытаясь дотянуться до карниза. — Держи этот край.       Началась работа, которая быстро превратилась в комедию ошибок.        Джей, который никогда не устанавливал шторы в своей жизни, то тянул не в ту сторону, то наступал на ткань, то, пытаясь помочь, случайно выдергивал карниз из рук Ари.       — Держи ровнее!       — Я держу!       — Нет, ты тянешь!       — Я вообще-то помогаю!       Кульминацией стало то, что Джей, напрягшись, чтобы зафиксировать тяжелый карниз, случайно дернул шторку, и вся конструкция, которую они с таким трудом водружали на место, рухнула вниз.       Тишина.       Ари замерла на стуле, глядя на Джея, который лежал посреди её комнаты, опутанный голубыми шторами.       Чонсон удивился, что тогда Ари не обматерила его с ног до головы.       Ари сдержалась. С трудом, зубы сжала так, что челюсть хрустнула, но сдержалась. В голове пронеслось всё, что она хотела ему сказать — с трёхэтажным матом, с жестами, с припоминанием всех родственников до седьмого колена, но она промолчала. Только выдохнула сквозь зубы и взялась за шторы заново.       Джей смотрел на неё сбоку, ожидая взрыва. Любой на её месте уже давно бы наорал, но она просто подняла шторы, протянула ему конец и сказала:       — Держи ровнее.       Он держал крепко и аккуратно, без каких-либо фокусов, потому что понял: эта девушка не кричит и это почему-то пугало больше, чем если бы она обматерила его с ног до головы.       Каким-то чудом — после трёх попыток, десятка ругательств и одного момента, когда они оба чуть не упали со стула — шторы оказались на месте.       Голубые, с цветочным узором, они мягко драпировались по бокам окна, и солнечный свет, проходя сквозь них, окрашивал комнату в нежные акварельные оттенки.       Ари отошла на шаг, оценивая результат. Да. Именно так она и представляла.       — Я думаю, мы должны отпраздновать это событие, — сказала она, поворачиваясь к запыхавшемуся Джею. — Я приготовлю чай, а ты сбегай за шоколадками.       Джей выпрямился, поправляя футболку, которая сбилась во время всех этих акробатических этюдов.       — Рядом есть магазин? — спросил он, приподняв бровь.       — Нет, — Ари улыбнулась той самой хитрой улыбкой, которая появлялась у неё, когда она чувствовала себя в своей тарелке. — Но у тебя есть машина. Ты можешь съездить и купить.       Джей уставился на неё. Боже, что за хитрая девушка. Она смотрела на него с таким видом, будто это было самое очевидное предложение в мире.       — Ладно, — сказал он, потому что спорить не было ни сил, ни желания. Да и, честно говоря, идея была неплохой.       Он вернулся к себе, принял душ, смывая пот, выступивший во время этой дурацкой борьбы со шторами, и оделся. Чёрная футболка, джинсы, кожаная куртка — привычный образ. Перед выходом он задержался перед зеркалом, попрыскал свои любимые духи — древесные, с горьковатой ноткой табака — и бросил последний взгляд на своё отражение. Волосы чуть влажные, но уложены. Выглядит нормально. Он вышел, сел в машину и уехал.

***

      Когда Джей вернулся, в гостиной уже пахло чаем. Ари стояла у кухонной стойки, разливая горячую воду по кружкам. Чайник на плите тихо шипел, остывая. Она повернулась на звук и улыбнулась.       — Я принес! — крикнул Джей, поднимая руки с пакетами. — О-о, Чонвон появился, — протянул он, заметив третьего человека.       Чонвон сидел на диване, собираясь включить телевизор, но, видимо, запах чая и общее настроение сделали своё дело.       — Будешь чай? — спроила Ари, уже готовя новую кружку.       Он перевёл взгляд с Джея на Ари, потом на кухню, где уже стояли три кружки, и, кажется, понял, что отступать поздно.       — Не оставляешь выбора, — хмыкнул он, поднимаясь и проходя к стойке.       Ари улыбнулась и поставила перед ним кружку. Чонвон взял её в руки, ощущая тепло, которое разливалось по пальцам.       — Почему так много? — удивилась Ари, когда Джей выложил на стойку содержимое пакетов. Шоколадки — молочные, тёмные, с орехами — чипсы, печенье, маршмеллоу, даже какая-то странная пастила в яркой упаковке.       — Просто я первый раз устанавливал шторы, — Джей пожал плечами, с хрустом отламывая кусок молочного шоколада. — Я думаю, это заслуженный приз.       — Ты устанавливал шторы? — Чонвон перевёл взгляд с Джея на Ари, в его глазах мелькнуло удивление.       — Я попросила у него помощи, — сказала Ари, наливая чай в третью кружку. — Вот только помощник из него плохой.       Джей, который в этот момент закидывал в рот очередной кусок шоколада, возмущённо поднял бровь.       — Не-а, я лучший, — сказал он с набитым ртом, отчего прозвучало совершенно несерьёзно.       Чонвон смотрел на них, и на его лице, сквозь привычную маску вежливости, проступило что-то живое. Он сделал глоток чая, и тепло разлилось по телу, согревая не только руки.       Они сидели втроём за кухонной стойкой: Джей с его шоколадными баталиями, Чонвон, который впервые за долгое время не чувствовал необходимости улыбаться, и Ари, разливавшая чай и слушавшая их разговор.       — Я видела у тебя гитару. Играешь? — спросила она у Джея, вспомнив, что видела в его комнате.       — Да, — он кивнул, и в его глазах загорелся тот самый огонь, который появляется, когда говорят о любимом. — Я с детства играю. Мой дедушка меня научил. Он говорил, что музыка — это единственное, что нельзя купить за деньги, даже если у тебя их очень много.       — И он был прав? — спросил Чонвон, отставляя кружку.       — Пока не проверил, — усмехнулся Джей. — Но деньги у меня есть, а музыку купить не могу. Так что, наверное, прав.       И он начал рассказывать длинную историю о том, как впервые взял в руки гитару, о струнах, которые вечно рвались, о дедушке, который играл блюз по вечерам, о первых аккордах, которые никак не хотели звучать правильно.       Ари слушала, положив подбородок на сложенные руки. Чонвон сидел молча, но не отстранённо — впервые за долгое время он просто был здесь, не играя роль, не надевая маску. Джей говорил, жестикулировал, отламывал куски шоколада и иногда спрашивал: «Я не утомил?», на что они каждый раз качали головой.       Стеклянные стены гостиной пропускали солнечный свет, который мягко ложился на кухонную стойку, на кружки с чаем, на рассыпанные обёртки от конфет. За окном шуршали листья старых дубов, и где-то вдалеке слышались голоса — другие ученики заселялись в другие корпуса.       Но здесь, в этом доме, впервые за всё время наступила тишина другого рода. Комфортная тишина. Не нужно было стараться что-то сказать, спросить или бояться.       Когда Джей закончил рассказ, Ари посмотрела на него и улыбнулась — той самой улыбкой, которую не нужно было натягивать на лицо.       — Спасибо, что помог со шторами, — сказала она. — И за шоколад.       — Всегда пожалуйста, — ответил Джей, и в его голосе не было привычной ленивой насмешки. — Только в следующий раз, когда будешь заказывать мебель в семь утра, предупреждай.       — Было девять, — поправила Ари.       — Для меня семь, — отрезал Джей, и все трое рассмеялись.       Чонвон допил чай, поставил кружку и посмотрел на двоих, сидевших напротив.       Он не знал, что будет дальше. Не знал, как сложатся отношения в этом странном доме, где семь парней и одна девушка пытаются ужиться под одной крышей, но он впервые за долгое время не хотел убегать.       И, возможно, это было началом чего-то нового.