Морок

Утро. А может ночь? Чёрт его разберёт. Михаил медленно поднялся со скрипучей постели. Часы тихо тикали на кухне, аж голова раскалывалась. Точно не сказать, как долго он спал, а открывать занавески не хотелось. Как всегда, его встретили двое мягких тапочек. Как два облака, надетые на ногу. Свет он тоже включать не стал, а медленно плыл в сторону кухни, скрипя половицами. - Так... Ну-ка... Что у нас тут? Рука автоматически схватила ручку холодильника и открыла - Ага, мышь ушла. И как понял надолго. В холодильнике, естественно, есть нечего. - Даже не успел в магазин зайти с работы. Печально. Михаил стал рыться в старых запасах, проверяя тумбочки и шкафы, но так ничего и не нашёл. В темноте было тяжело что-либо найти, а потому рука машинально потянулась к выключателю. Белый гладкий пластик ласкал мозолистые пальцы. Щелчок. Второй. Третий. Ничего. Сразу закрался вопрос. Хозяин квартиры подумал: "Неужели отключили свет? Третий раз за квартал? Да не может быть. Может поэтому Семёнов меня и искал? Да нет, этот только за сахаром зайдёт, да и то в долг." Из сухих губ мужчины донеслось бормотание. - Ладно, попробую кому-нибудь написать. Он взял телефон и с лёгким усилием надавил на боковую кнопку. Но и гаджет не работал, с каким бы усилием Михаил не давил на кнопку включения. - Чёрт, и это? Чертовщина какая-то... Я же заряжал его! Недавно... И тут его глаза шмыгнули по комнате. Ничего. - Сзади меня была дверь, я точно помню! Михаил подошёл к двери и стал ощупывать поверхность потными от паники ладонями. Штукатурка, за ней твёрдый кирпич. Вроде всё нормально. И ненормально одновременно. Пальцы бежали по стене по всей комнате в поисках дверной ручки, а воздух как-будто сжался до состояния капсулы подводной лодки. Такой же жаркий, сдавленный... И пугающий. Угол... Ещё угол... Ничего... Он решил успокоится, хотя получалось с трудом. Дверь, находившаяся за спиной... Испарилась. Стул не нашёлся, а потому пришлось сесть на стол, свесив ноги и думать. Мысли бурлили в голове как бульон, перекрывая друг друга. А на поверхности этого осталась паника. Чистая и поглощающая. - Паранормальщины не существует. Это вымысел! Вымысел! Или нет? Если мыслить теоретически... И тут Михаила осенило... Доцент Курпатов, низенький мужичок, говорил что-то про перенос сознания. Как раз на этом моменте Михаил и пропустил весь брифинг, а лаборант даже ничего не успел объяснить перед экспериментом, ведь комиссия уже давила и требовала результат. Что-то по поводу переноса сознания, кажется. Неужели? Он помассировал виски и задумался. - Я же не помню, как попал домой! Работа - была. Охранник на проходной тоже. Горячий кофе, еда набегу. Опоздание на брифинг. Меньшикова Ольга Николаевна опять ворчала что я опоздал и спросила грубо, прочитал ли я бумаги. Кивнул. Потом - тьма... Если биоперенос состоялся, значит... Я в чьей-то голове. Вопрос только в чьей? Михаил снова обошёл кухню. Вроде всё знакомое. То же окно, тот же линолеум и штукатурка. Но казалось, что это что-то... Неродное. Да и свет не работает. Пальцы со стальным усилием резко схватили шёлковую занавеску и с силой дёрнули в сторону, но она висела как влитая. Будто кусок бетона или гнутого железа, приваренного к потолку, а не тонкие турецкие ткани. Тут же рядом нашёлся и нож. Интересно, но его раньше здесь не было. - Да и чёрт с ним! Пальцы сомкнули рукоять и я попытался пробить ткань. Искры разлетелись в сторону. - Бесполезно... Бесполезно... А что если это моя голова и есть. В сознании сразу всплыл человек в серой рубашке. И лицо его. Массивное, нос крючком, непослушные пряди и щёки - молочно красные. На бейджике написано - "Доктор психологических наук Потапов". Манера речи тоже была своеобразной, старинной. Такую сейчас мало где можно встретить. - Ну-с, голубчик. Давление и пульс в норме? Это хорошо! Вы почти как космонавт! Вы не представляете, какие это открывает возможности в медицине! А сколько тайн скрыто в мире человека! Михаил задумчиво почесал подбородок и усмехнулся. - Голубчик... Как будто в дореволюционные годы попал. Джентльмен недобитый. Настала минута молчания. Плотная и медленно тянущаяся, как ведро дёгтя. Даже казалось, в ней тонули звуки и редкие стоны стола, который отчаянно держал своего хозяина как раб-носильщик. Глаза уже не смотрели вокруг, перестав пытаться прорваться наружу. Туда, где не будет этой душной и пустой темноты. Голос Михаила медленно стихал. - Голова... Голова... Если это в моей голове? А если... Нет, бред какой-то... Может? А, чёрт... Тоже не выйдет... Идея промелькнула моментально. - А что если... Поверить? Если это моя голова... Значит... Я могу управлять ею. Мысли, образы, идеи. Поток. В детстве мы были слабы против темноты... Даже не против неё самой, так как то, у чего нет физической и психической сущности... Неопасно. Мы сами пугали себя, заставляли ползти под кровать и бежать сломя голову... Голова... Она работала против нас... Воображение... Мышцы на лице слегка напряглись, а брови, как и складки на лбу, собрались в кучу, создавая рельеф на коже. Михаил сейчас думал только об одном и ни о чём более. - Дверь... Мне нужен выход. Неважно куда, он мне нужен! После, глаза раскрылись. Как будто ничего не изменилось. Тот же стол, занавеска и плита. Ящики, пол, тапочки. Но напротив мужчины появилась деревянная дверь. Ещё несколько минут, если здесь так можно выразиться, здесь её не было. Она материализовалась... Из ничего. Ноги в тапочках коснулись пола и проскрипели в сторону двери. Подушечки пальцев и кожа ладони почувствовала прохладный и жёсткий металл. Такой холодный, но в то же время приятный на ощупь и желанный. А вторая рука ощупала поверхность двери. Шершавая и тёмная, из чёрного дуба, она резко контрастировала с белой шпатлёвкой. Одно лёгкое движение руки и дверь отворилась, а за ней...