....Паучья Лилия....

Ровно час прошёл с того, как Изуку вернулся домой. Сейчас он старался аккуратно обработать ожог на спине, что было довольно проблематично, ведь дотянуться до этого места было непросто… но мальчику всё же это удалось. Опустившись на колени, он снова взглянул на содержимое аптечки, ища бинты. Они быстро нашлись, слева от ножниц. Изуку старался очень аккуратно обмотать их вокруг тела, дабы не спровоцировать лишними движениями новую боль. Закончив, ребёнок без сил упал на кровать, а взгляд зелёных омутов устремился в потолок. — …я чуть не умер… я… — начал шептать Мидория На глазах снова собирались слёзы, но парень не дал им пролиться, быстро вытерев их рукавом. Ему помогли… и он даже узнал имя своего спасителя. Честно, сейчас он чувствовал себя выжатым, как лимон. В мысли то и дело лезли сегодняшние воспоминания. Аккуратно подняв руки, мальчик начал их рассматривать, медленно сжимая ладони в кулак, затем разжимая… словно проверяя, действительно ли он всё ещё здесь. — <Почему…?> — мысль застряла где-то между страхом и пустотой. В груди было тяжело. Не больно… а хуже. Словно внутри осталась глухая тишина, в которой эхом отдавалось одно: я не смог даже это… Он отвернулся к стене, сжимая край одеяла. Стыд накрывал волнами, перемешиваясь с чем-то странным, почти незаметным… тихим облегчением, от которого становилось только тяжелее. Жив. И теперь придётся с этим что-то делать. Может, попытаться другими способами?.. Нет… так он не сможет простить себя перед человеком, который его спас. Всё же… Эн потратил на него своё время, эмоции. Он даже захотел помочь такому бесполезному и слабому Мидории… И пообещал встретиться с ним после школы, адрес которой, сам не зная почему, рассказал Изуку. Всё же не на крыше им встречаться… ха… Опустив руки, мальчик тихо встал с кровати, чтобы подойти к окну. Школа… место, в которое Мидории идти совсем не хотелось. Но рассказать маме обо всём, что с ним происходило там, он не сможет… Он… просто не сможет выдержать жалостливого взгляда самого близкого человека. Изуку не сможет смотреть даже на её слёзы. А ведь… если бы ему всё же удалось сделать задуманное… об эмоциях своей матери думать бы и не пришлось. Мальчик совсем не знает, что ему делать. И вот он уже стоит у окна, упираясь лбом в холодное стекло. Ночь тихо расползлась по улицам, редкие огни фонарей дрожали где-то внизу… а в отражении, только он сам. Растрёпанный. С пустыми глазами. Будто это и не Мидория вовсе. Руки сами собой сжались на подоконнике, пальцы побелели от напряжения. Мысли лезли одна за другой, путались, давили… не давая вдохнуть нормально. Изуку помнил. Слишком хорошо помнил. Сегодняшний момент, эту решимость… и то, как всё оборвалось, ведь его спасли. — глупо… — почти беззвучно выдохнул мальчик, утыкаясь взглядом в темноту за окном. Сердце билось слишком громко, будто напоминая о себе назло. Жив. Всё ещё жив. И от этого… не легче. В груди неприятно скрутилось, будто там остался какой-то узел, который не развязать. — <Почему я вообще…?> — мысль обрывается. Он резко жмурится, сжимая зубы. Ответа нет. Или он есть… но признать его ещё страшнее. Плечи дрогнули. Хотелось исчезнуть, просто раствориться в этой тишине, чтобы никто не видел, не знал, не спрашивал. Но вместо этого, только отражение в стекле, которое смотрит в ответ. Мидория медленно поднимает руку, касается холодной поверхности, словно пытаясь дотронуться до другого себя… того, кто не сделал этого шага. И даже не думал об этом. Счастливого Изуку… с причудой. — я… — голос срывается. Слова застревают, не складываются во что-то целое. И где-то глубоко, под всей этой тяжестью, едва ощутимо… проскакивает мысль, от которой становится только больнее: — <если я всё ещё здесь… значит… зачем-то?.. может… сама судьба меня спасла… или это была случайность?..> Отойдя от окна, мальчик падает на кровать. Стоит попытаться поспать… завтра перед учёбой. Хорошо, что сегодня мама на ночной смене…

***

Изуку так и не удалось сомкнуть глаза этой ночью. Тихо зевнув, он встал с кровати, откидывая телефон в сторону, нужно привести себя в порядок. Мальчик направился прямо в ванную комнату. Войдя туда, Мидория взглянул на себя в зеркало: вид был ужасен. Глаза местами покраснели, кажется, за ночь лопнули пару капилляров. Под глазами залегли тёмные синяки из-за недосыпа, а на щеке всё так же покоился пластырь, прикрывающий ожог. Аккуратно открыв дверцу шкафчика, парень достал оттуда зубную щётку и пасту, после чего начал чистить зубы. Закончив процедуру, он осторожно промыл глаза и направился обратно в комнату. Подойдя к шкафу, Изуку достал запасную школьную форму и быстро надел её, стараясь не задевать вчерашние раны. Отойдя на шаг, он застегнул последнюю пуговицу, затем взял с кровати школьную сумку, которую успел подготовить ещё ночью, всё равно было нечем заняться. Встрепнув волосы и выдав из себя маленькую, почти хрупкую улыбку, которая всё равно далась с трудом, Изуку сжал рукав. Нужно думать о хорошем, о чём-то другом… ни о чём больше. Сегодня встреча с Мистером Тайт… Таютай! Мальчик не признавал этого даже сам себе, но, несмотря на причину их знакомства, сам диалог с Эн было приятно вспоминать. Его голос… особенно. И сам парень не излучал той брезгливости и отвращения, которые обычно показывали все в школе при виде него. Тихо шмыгнув носом, Мидория постарался сосредоточиться на своём любимом, на причудах и анализе героев, отгоняя тяжёлые мысли в самую дальнюю полочку сознания. Захватив всё необходимое, мальчик выдвинулся вперёд. — Пора…

***

Дверь в класс тихо открылась, и в неё вошли пару мальчишек. В руках у одного был алый цветок и маркер, а у второго, кусок бумаги. Они тихо хихикали между собой. Подойдя к последней парте среднего ряда, те начали её «прикрашать». Закончив с противными словами, один из мальчишек совсем неаккуратно кинул цветок на парту, а второй, тот самый кусок бумаги. — Надеюсь, тебе это понравится, дерьмо, Деку! После этих слов мальчишки, перешёптываясь, покинули класс, направляясь в туалеты. На бумажке же лежала надпись: «ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОЛЕТЕЛ, КАК ЛЕБЕДЬ?» Спустя пару минут дверь в класс снова открылась, на сей раз показывая зеленоволосую макушку. Осмотревшись, его взгляд падает на последнюю парту среднего ряда. Безжизненные глаза становятся ещё более пустыми… хотя, можно было подумать, куда дальше? Вздохнув, он аккуратно спустил сумку на землю, доставая оттуда пачку мокрых салфеток. Минуту осмотрев их, потом его взгляд устремляется на ещё кое-что. Паучью лилию… Алую. Слишком яркую на фоне потёртого стола. Лепестки тонкие, вытянутые, будто тянутся в стороны, цепляясь за воздух… как будто живые. Мидория медленно подошёл ближе, сам не до конца понимая, зачем. Сделав шаг. Ещё один. Он остановился его рука чуть дрогнула, зависнув над цветком, но всё же коснулась стебля. Тот холодный. И всё же настоящий. Сердце неприятно сжалось, а в глазах предательски затрепетали слёзы. Паучья лилия… он знал, что она значит. Слишком хорошо знал. Прощание. Разлука. Смерть. — …зачем…? — тихо выдохнул он, почти беззвучно. Мысли сами полезли туда, куда он так старательно их не пускал. Вчерашние раны и попытка самоубийства. Одна из бессонных ночей. И те самые мысли, которые он пытался задвинуть подальше, спрятать, а лучше забыть… Это шутка?.. Или насмешка?.. Или… Пальцы сжали стебель чуть сильнее, чем нужно. Изуку медленно опустился на стул, не отрывая взгляда от цветка. В груди стало тяжело, неприятно, будто что-то давит изнутри. Он не хотел об этом думать. Не сейчас. И точно не сегодня. Но взгляд всё равно возвращался к этим алым лепесткам. Слишком красным. Слишком… знакомым. И таким прекрасным. Изуку резко отвёл глаза, сжав рукав. Надо просто не думать. А лучше, игнорировать. Это ничего не значит……ведь так? Но почему тогда руки всё ещё слегка дрожат?.. Не задумываясь, парень быстро положил её внутрь жёлтой сумки, обещая себе, что выкинет её уже по пути домой. Мидория уже хотел отвернуться, заставить себя не смотреть… просто сесть и ждать начала урока, либо вытереть свою парту, как вдруг взгляд зацепился за что-то ещё. Маленький клочок бумаги. Он лежал чуть в стороне, почти незаметно, словно его специально оставили так, чтобы заметили не сразу. Ребёнок замер. Секунда. Две. Его рука сама потянулась вперёд, пальцы слегка дрожали, когда он подцепил этот кусочек и развернул. Взгляд скользнул по строчкам, и в тот же момент внутри всё неприятно сжалось. «ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОЛЕТЕЛ, КАК ЛЕБЕДЬ?» Он не моргал, а слова будто отпечатались прямо под кожей. Дыхание Изуку сбилось. Лебедь… Вчера… Крыша школы. Мысль ударила слишком резко и больно. Пальцы сжали бумагу, чуть смяв её, но он даже не заметил этого. В голове стало слишком шумно, слишком тесно, как будто все мысли сразу навалились, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть нормально. А вдруг это… не случайно? Но… не может быть. Кто-то знал. Или… просто догадался? Губы чуть приоткрылись, но ни звука не последовало. Только тихий, почти неслышный вдох. Сердце билось быстрее. Слишком быстро. Изуку резко опустил взгляд, уставившись в парту, но строчки всё равно стояли перед глазами. Снова. И снова. «ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОЛЕТЕЛ, КАК ЛЕБЕДЬ?» Насмешка или просто издёвка. Или… подталкивание? Пальцы дрогнули сильнее. Он сжал рукав, пытаясь хоть как-то зацепиться за реальность, удержаться здесь и сейчас. Не думай. Не вспоминай. Не— С губ мальчика слетел глубокий вдох, рваный выдох. Нужно просто… пережить это. Сделать вид, что ничего не было. Что это не про него. Ещё лучше, забыть……что это вообще ничего не значит. Но внутри уже неприятно холодело. Словно сейчас кто-то смотрит за ним. Знает. И ждёт реакцию Мидории. Изуку медленно сжал бумажку сильнее, до тихого хруста, опуская голову чуть ниже, чтобы никто не увидел его лица. …он не хотел, чтобы это кто-то видел. Мальчик замер, всё ещё сжимая в руке смятую бумажку. Секунда тянулась слишком долго. Мысли метались: может, сбежать? Просто встать и уйти. Выйти из класса, из школы… куда угодно, лишь бы не здесь. Лишь бы не чувствовать на себе этот невидимый взгляд. Но… Пальцы сильнее сжали рукав. Если он сейчас уйдёт, это будет слишком заметно. И слишком… ожидаемо для тех, кто это сделал. Губы сжались в тонкую линию. Нет. Он не может. Не сейчас. Точно не сейчас. Медленно, почти механически, Изуку выпрямился на стуле, уставившись в поверхность парты, будто ничего не произошло. Бумажка всё ещё была зажата в ладони, тёплая, смятая, как и его мысли. Сердце билось быстро, но он пытался дышать ровно. Вдох. Выдох. Осмотрев стол и салфетки, мальчик быстро вытер парту, а мысли были забыты, мольбами. Просто досидеть, да, Изуку? Всего лишь несколько уроков… это не так сложно.…ведь не сложно? В класс начали подтягиваться ученики. Шум голосов постепенно заполнял пространство, привычный, обыденный, как будто всё было нормально. И как будто ничего не случилось. Парень не поднимал взгляд. И не смотрел по сторонам, чтобы не привлечь внимание. Он боялся. Боялся встретиться глазами с кем-то и увидеть там… понимание. Или насмешку. А ещё хуже, пустоту. Либо такое привычное отвращение…Пальцы чуть дрогнули, и он, не глядя, запихнул смятую бумажку глубже в карман, будто так она исчезнет. Будто слова перестанут существовать. А он знал… Не перестанут. Он знал это. Но всё равно сделал. Когда прозвенел звонок, Мидория вздрогнул чуть сильнее, чем стоило, и быстро опустил голову ниже, пряча лицо за прядями волос. Учитель начал говорить. А слова… проходили мимо ушей мальчика. Он слышал их, но не понимал. Его взгляд упирался в тетрадь, но строчки расплывались, превращаясь в нечто бессмысленное. Вместо них перед глазами всё равно стояла эта фраза. Снова. И снова. «ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОЛЕТЕЛ, КАК ЛЕБЕДЬ?» Рука медленно сжалась в кулак. Но легче от этого не стало. Наоборот, стало только хуже. Теперь это нужно пережить. До конца.

***

Школьный день подошёл к концу Каччана сегодня не было, что очень радовало Изуку он бы не выдержал встречи с .... ним собрав все вещи он буквально вылетел с кабинета направляясь к выходу нужно думать о хорошем! Где-то там его ждёт Эн...по крайне он надеялся вздохнув он акуратно открыл входные двери осматривая улицу и буквально замечая столь примечательный костюм его спасителя а Мидория так и не спросил вдруг Мистер Таютай герой!? Слишком странная униформа буквально подбежав к парню Изуку весь сиял стараясь спрятать боль и эмоции от сегодняшнего подарка что не укрылось от взгляда Шестого он кстати пришел заранее дабы никто из предшественников ничего не заподозрил - Мистер Таютай! Вы.... вы тут!- немного задыхаясь промовлил мальчик на что Эн только кивнул — О, Изуку, ты вышел, — спокойно промолвил Шестой, разглядывая мальчика. Было видно, что новых побоев не было, что несомненно радовало подпольного героя. Изуку чуть замер, потом осторожно подошёл ближе. — Вы… действительно пришли... Эн пожал плечами, а потом, отвернув воротник, улыбнулся уголками губ. — Я же сказал вчера, что встречу тебя… — промолвил парень, не договаривая о том, что беспокоился о мальчике с вчерашней встречи. Мидория моргнул. — Обычно люди… не делают то, что просто сказали. Эн чуть усмехнулся, а потом аккуратно подошёл ближе. — Тогда тебе, наверное, попался редкий экземпляр. Мальчик на секунду растерялся, потом тихо выдохнул, почти как смешок. — Наверное… вы… п..правы. И это было уже легче, чем вчерашний их диалог после крыши. Оба парня посмотрели друг другу в глаза, а после пошли вместе. Тихо. Не спеша. Не слишком близко, но и не на расстоянии. Просто рядом. — Как прошёл день? — спросил Эн. Изуку чуть удивился вопросу. — Нормально… наверное. А у вас? — Спокойно, — коротко ответил тот, утаивая, что только час назад «вылетел из пустоты». Мальчику пока рано знать, кто такой Шестой. — Ничего интересного. — Это… хорошо? — Думаю, да. Пауза. Изуку чуть кивнул. — У меня тоже… обычно всё спокойно. — Ты так говоришь, будто это редкость, — заметил Таютай, нахмурившись и вновь рассматривая паренька, замечая пучок какого-то цветка… подозрительно похожего на паучью лилию. Но решив не расспрашивать сейчас. Мидория же задумался. — Просто… иногда бывает шумно внутри. Он сказал это тише, чем планировал. Но Эн не перебил. — Понимаю, — просто ответил он. Без расспросов. И без лишнего давления. Изуку на секунду посмотрел на него. — Правда? — Угу. И всё. Этого оказалось достаточно. Они свернули на знакомую улицу. — Ты сегодня выглядишь чуть спокойнее, меня это радует… — сказал Эн. Последние слова он произнёс почти шёпотом. Изуку чуть смутился. — Я… не знаю почему. — Может, потому что уже знаешь, что я приду? Изуку замер на секунду. Потом тихо: — Возможно… Таютай кивнул, будто это было очевидно. — Тогда я буду приходить ещё. Изуку, ты не против? Мальчик резко посмотрел на него. — А?.. н..не против… — Изуку растерялся. Пауза. И потом, чуть тише: — Даже… приятно. Шестой посмотрел на него, и в его взгляде появилось что-то более мягкое. Серые глаза тихо осматривали пушистые зелёные волосы, так похожие на маленькую брокколи. — Тогда договорились. Изуку чуть кивнул. — Договорились… После того вечера, они встречались довольно часто, буквально каждый день! И так прошла.... Неделя ...а после и месяц Предшественники заподозрили что-то неладное, пока на все вопросы Пятый пожимал плечами: он сам не знал, куда каждый день исчезает его кохай, и ему самому было интересно это узнать. Только вот Шестой молчал как рыба в воде. Нана так же пожимала плечами, даже не расспрашивая, каждый имеет право на секреты. Она, например, каждый день проводила время с Тоши и Сорахико, болтая с ними без остановки, возвращая то время, что потеряла после своей смерти и Сингулярности. Йоичи же хитро улыбался, чувствуя, как «ОЗВ» буквально мурлычет, словно кошка, возле незнакомого мальчика, которого встретил Эн. Кажется… причуда выбрала девятого пользователя. Шигараки просто молчал как партизан. На вопросы Кудо и Брюса, которые заметили эти хитрые улыбки, что Первый бросал на преемника, ответа так и не последовало. Оставалось дождаться самого виновника всего этого, ведь Йоичи уже знал: он был готов. Эн был готов рассказать о мальчике, он чувствовал его эмоции и состояние. Тихо откликнувшись на своём троне, мужчина начал дожидаться. Послышался хлопок, и в пустоте появился Шестой пользователь, переминаясь с ноги на ногу, явно нервничая. — Эм… ребят, — чуть тише, чем обычно, произнёс Таютай, хотя все его сразу услышали. Отложив свои занятия, Предшественники тут же насторожились, стало понятно, что их младший хочет что-то рассказать. — Я бы хотел кое-что сказать, но… это достаточно длинная история… — промолвил Эн, отводя взгляд в сторону. Второй, отложив карты, в которые играл с Третьим, лишь поднял одну бровь, скрестив руки на груди и бросив взгляд на Йоичи, который выглядел как довольный кот, наевшийся сметаны. Это заметно смутило бойца. — Ты решил рассказать нам, где пропадаешь уже месяц, Шестой? Раз так, мы бы хотели, чтобы ты рассказал всё без утайки, во всех деталях, — промолвил Кудо. Брюс и Банджо кивнули в знак согласия. — Эй, кохай. Я впервые вижу тебя таким растерянным. Что-то плохое случилось? — спросил Пятый обладатель «Один за всех». Парень лишь вздохнул, стараясь подобрать слова, чтобы объяснить ситуацию, ловя на себе обеспокоенный взгляд своей преемницы, Седьмой, и своего семпая. Остальные же бросали заинтересованные взгляды. — Чтож… как бы это объяснить… … Все Предшественники с удивлением слушали рассказ Эна о том, что произошло, и о мальчике, с которым он познакомился. О том, с кем Шестой проводит весь этот месяц, и об особенности Изу, как прозвал его Таютай, для остальных. Услышав печальную историю встречи, Нана не смогла сдержать тревоги, материнское чувство в ней только усилилось. — Понятно… Я понимаю, что ты беспокоился о мальчике, но такие детали мог бы рассказать и на том собрании… — Кудо взглянул на Первого. — Хотя, кажется, кто-то уже давно что-то знает, — задумчиво добавила он. Эн же, закончив рассказ, подошёл к своему трону и сел, как обычно, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Все мысли были заняты Изуку: правильно ли он поступил? Мальчик ведь не знает, что Таютай мёртв… он так и не смог рассказать об этом, прикрываясь причудой. Об этом он также сообщил остальным. Дайгоро, взглянув в сторону своего ученика, ехидно улыбнулся. Затем он использовал «Чёрный кнут» и притянул Шестого к себе, заключая в медвежью хватку и слегка похлопывая по голове: — Так, мой кохай нашёл себе нового друга? Гляди-ка, мог бы мне первому рассказать! Не молчал бы как партизан! — Семпай, отпустите меня… вы… сейчас… МЕНЯ ЗАДУШИТЕ! — уже не сдержавшись, прошипел парень. На эту сцену Седьмая и Первый лишь мягко улыбнулись. Кудо тихо фыркнул, тоже улыбнувшись, но всё ещё обдумывал полученную информацию, нужно будет это обсудить. Брюс же отвёл взгляд, чуть посмеиваясь над реакцией лидера. Незаметно подглянув в карты на столе, победно усмехнувшись! Он победил Каждый из них был рад за Шестого. Всё же Эн умер самым молодым, так и не познав жизни. И, возможно, появление мальчика в его жизни скрасит не только его дни, но и их тоже, это точно знал один белобрысый «кот», по мнению Второго. А Таютай, наконец выбравшись из объятий своего семпая, начал обдумывать: как же рассказать мальчику обо всём?..

***

Вечер Эн тихо сидел на подоконнике мальчика. Это место в его комнате стало маленькой базой для них обоих. В тишине раздавался скрип карандаша, кажется, Изуку опять писал чей-то анализ. — Малыш, — привлёк внимание Мидории тот. — Обещаешь не пугаться? Я… хочу кое-что рассказать, — спросил Эн, прищуривая глаза. Тем временем Изуку бормотал себе под нос: «Вот же…» Он обдумывал слова какого-то героя. Подняв взгляд и увидев серьёзность друга, мальчик с небольшой заторможенностью кивнул. — …Я умер пятьдесят лет назад, — неожиданно промолвил Шестой, шокируя Изуку. Из рук мальчика вылетел карандаш, который с шумом упал на пол. — И можно так сказать, что я призрак. Нет, никакой не мстительный и так далее. По другим причинам, которые тебе пока не стоит знать, малыш. То, что ты меня видишь, очень удивило меня, и я не знаю, как это объяснить, но я очень рад, что так получилось… и что я познакомился с тобой, — продолжил он, немного оттягивая воротник и мягко улыбаясь, наблюдая за тем, как мальчик переваривает информацию, иногда что-то бормоча и кивая самому себе. — …Понятно… я… я догадывался. Иногда замечал. Может ли это быть воздействием другой причуды, что ты… — Изуку было больно это говорить, он очень привязался к парню. — Ты всё ещё здесь, Эн? — неуверенно спросил Мидория. Таютай тихо наблюдал за реакцией мальчика. На лице черноволосого парня проступило облегчение, он нежно улыбнулся. — Чтоб один выстрел, и сразу в яблочко, как говорится, — тихо сказал он. На вопрос Изуку мужчина кивнул, снова одобрительно улыбаясь малышу. — Ты прав, но… я тебе ещё кое-что не сказал. Охлаждение, не моя причуда, Изу, — промолвил Таютай, спускаясь с подоконника и подходя к мальчику. Он сел на его стол, аккуратно проводя рукой по волосам мальчика, но рука прошла насквозь, чуть утонув в кудрях. — Не твоя причуда?.. Тогда… какая у тебя причуда? — поинтересовался Изуку чуть тише. В его глазах загорелся огонёк, мальчик был готов прямо на месте проанализировать причуду близкого человека. Эн отодвинул ладонь в сторону, выпуская маленькую струйку фиолетового дыма. — Моя причуда «Дымовая завеса». Она позволяет мне испускать густое облако дыма из своего тела, — ответил Шестой, прекращая демонстрацию. — Тебе не страшно, малыш? — Нет… я… я очень рад, что ты появился… ты же не уйдёшь? — прохрипел мальчик. Парень лишь мотнул головой. — От тебя.. никогда… После этих слов они «обнялись»… только на словах, ведь Эну удавалось это с трудом. Изуку был очень благодарен, даже если он призрак. Всё же это был его самый близкий друг. Он помог побороть суицидальные мысли, которых так боялся мальчик. Мидория вспоминал реакцию парня на ту паучью лилию, тогда он устроил такой разбор, что аж всё вокруг покрылось инеем. Но ничего. Даже если он призрак, это ни за что не помешает Изуку. Они вместе навсегда.