Глава 6

      Эмили шла по коридору. Всё было тихо — только мерцающий свет лабораторных ламп, отбрасывающий длинные тени на стены. В конце коридора была дверь, очень похожая на ту, что вела в ее лабораторию. Подойдя к двери, Эмили открыла ее и обнаружила, что за ней действительно находилась ее лаборатория, в том самом виде, в котором она ее оставила, уходя с Маркусом.       На своем столе она увидела контейнер, похожий на тот, в котором хранился полимер, но его стенки были матовыми, из-за чего содержимое контейнера оставалось скрытым. Подойдя к столу и открыв контейнер она с ужасом обнаружила вместо полимера кровь, в которой плавала голова Левина, с закрытыми глазами.       «Боже!...» — пронеслось в голове Эмили, и она захотела побыстрее закрыть контейнер, чтобы не видеть его содержимого. Но в этот момент Левин открыл глаза и произнес:       — Эмили… Ты убила меня… Мы теперь одно целое… — Он не говорил. Она слышала его мысли, как будто они были её собственными.       Его кожа покрылась серебристыми прожилками также, как стекло покрывается трещинами, а глаза светились холодным светом.       «Я не хотела! Я не виновата!» — Эмили пыталась кричать, но язык словно прилип к небу.       Из контейнера потянулись щупальца, и серебристая масса с головой Левина выбралась из контейнера. «ТЫ НАС СОЗДАЛА!» — произнесло нечто, и его голос напоминал тысячи криков, сливающиеся в один.       Эмили попятилась назад в попытке сбежать, но тело словно ей не принадлежало. Воспользовавшись ее заминкой, существо выпустило в Эмили свои щупальца. Они вонзались ей в грудь, впиваясь в кожу, как живые иглы.       "Ты не можешь остановиться. Ты не можешь убежать. Ты создала меня — теперь я часть тебя". – произнесло существо притягивая ее к себе…       — Нее…       — …еет!       Эмили проснулась с криком, впившись пальцами в подушку. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. В ушах ещё звенело эхо кошмара.       Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. За окном уже светало. Свет вечернего солнца лился сквозь жалюзи, отбрасывая полосы на пол. Постельное бельё пахло стиральным порошком и кофе. Следы слёз на щеках высохли, но в груди осталась тяжесть, будто что-то важное треснуло и не собиралось заживать.       Из открытой форточки доносились звуки города, в то время как в квартире царила тишина. Эмили села, обхватив колени.       — Маркус? – позвала Эмили, но ей никто не ответил. Тут ее взгляд упал на тумбочку около кровати. На тумбочке — стакан воды и записка:       «Пошёл разведать обстановку в университете. Не вздумай никуда уходить без меня! — М.»       Мысли метались, как испуганные птицы: Левин, Анна, открытый контейнер с полимером… Что, если она ошибалась? Что, если всё это — ошибка, за которую придётся платить слишком дорого?       Она легла обратно, закрыв глаза, пытаясь собрать воспоминания этого утра. Последние слова Анны: «Я не могу смотреть, как ты превращаешь ужас в открытие».       — Она обиделась… — прошептала Эмили. — На то, что я сказала ей в гневе.       Прокручивая события произошедшие утром, она не заметила, как снова уснула.

***

      Эмили снова шла по коридору. На этот раз его стены были покрыты прожилками. Приглядевшись, Эмили увидела что это были щупальца из полимера, которые тянулись от пола к самому потолку.       — Ты обещала, что это будет безопасно, — это был голос Анны, и он звучал как эхо в пустой аудитории. — Ты обещала, что наука исцеляет.       Эмили повернулась, и увидела все туже дверь в конце коридора. Анна стояла в дверном проеме, но её лицо было без выражения, глазницы пустые.       — Анна, я не хотела! Прости меня…       — Нет, Эмили… Уже поздно… — произнесла Анна и начала закрывать дверь.       — Анна, подожди! Выслушай меня! – Эмили побежала к двери, пытаясь остановить Анну. Но она не успела. Дверь захлопнулась прямо перед ее носом. Эмили начала дергать ручку, в попытке открыть дверь, но та не поддавалась.       Внезапно из щели под дверью начала вытекать кровь, отливая серебристым светом. Эмили попятилась назад, чтобы кровь ее не коснулась. Но чем дальше она отходила, тем сильнее кровь вытекала из-под двери. Развернувшись, она побежала по коридору, и в этот момент она услышала, как открылась дверь и красная жидкость в большом количестве начала вытекать из дверного проема, заполняя коридор.       Эмили предприняла попытку сбежать от приближающейся волны, но это было бесполезно. За доли секунды волна накрыла ее с головой, перекручивая в своей толще. Страх сковал ее, и она пошла ко дну, не в силах пошевелиться. Запас воздуха в легких начал истощаться, и Эмили почувствовала, что задыхается. И когда сознание начало покидать ее, все закончилось. Кровавая жидкость исчезла так же внезапно, как и появилась, и она почувствовала, что лежит на полу.       Попытавшись опереться на руки, чтобы подняться, она ощутила, что ее что-то держит. Посмотрев по сторонам, она увидела те же самые щупальца, что были на стенах. Они обвили её запястья, холодные и неотвратимые, как оковы. Их серебристая поверхность пульсировала, посылая в тело ледяную дрожь. Эмили задергалась, пытаясь вырваться из железной хватки щупалец, но с каждой попыткой они сжимались все сильнее, впиваясь в кожу тонкими иглами. По венам разливалось странное онемение — будто её кровь превращалась в ту же самую субстанцию, что и эти щупальца.       — Ты не можешь сбежать от себя, — прошелестело в голове, и Эмили не поняла, то ли это голос Левина, то ли Анны, то ли её собственный страх, обретающий форму.       Она рванула головой в сторону, пытаясь увидеть источник голоса, но вокруг были только стены, покрытые живой паутиной из полимера. Щупальца сползались к ней со всех сторон, сплетаясь в причудливые узоры, похожие на кристаллические решётки под микроскопом.       — Нет… — выдохнула она, чувствуя, как сознание туманится. — Это не я… Это не моя вина…       — Ты создала меня. Ты дала мне жизнь, — отозвалось эхо, сливаясь в один гул, похожий на вибрацию. — Почему ты боишься того, что создала собственными руками?       Эмили закричала, но звук оборвался, когда щупальца обвили её горло. В их прикосновении не было злобы, только холодная, механическая необходимость: «Ты нужна мне. Как я нужен тебе».       Сквозь мглу перед глазами Эмили увидела, как из теней коридора выступила фигура. Человеческий силуэт из того же серебристого вещества. Но его лица нельзя было различить. В один момент это было лицо Левина, но стоило только присмотреться как оно меняло черты и напоминало лицо Анны. Он протянул руку, и от его пальцев отходили нити, сплетающиеся с щупальцами, держащими её. В груди Эмили вспыхнула паника. «Это моя ошибка…»       Силуэт наклонился к ней и она с ужасом увидела, что теперь оно носило ее лицо.       — Мы не враги. Мы — продолжение. Ты дала мне начало. Я дам тебе вечность.       Эмили почувствовала, как щупальца начинают проникать под кожу — не разрывая плоть, а сливаясь с ней, как растворяется соль в воде. По венам разливалось странное тепло, смешанное с ледяным шоком.       — Пожалуйста… — прошептала она.       — Эмили… Эмили… Эмили!       Проснувшись, она увидела лицо Маркуса, который тряс ее за плечи. Он стоял у кровати, мокрый от дождя, с папкой под мышкой. Его лицо было бледным, а в глазах читалась тревога.       — Ты кричала во сне, — сказал он, опускаясь на край кровати. — Я пытался разбудить тебя минут пять… Ты в порядке?       Эмили попыталась говорить, но горло сжало спазмом. Она утёрла лоб тыльной стороной ладони — кожа была ледяной и покрыта потом.       — Кошмар… — наконец выдавила она.       Маркус кивнул, но в его взгляде было больше, чем сочувствие. Он поставил папку на стол и сел напротив, проводя ладонью по лицу.       — В университете начался хаос, — начал он, и его голос стал ровным, профессиональным — таким, каким он говорил на совещаниях по безопасности. — Все обеспокоены пропажей Левина, никто не верит, что он просто «пропал», но ни у кого пока нет прямых доказательств или намеков на то, что на самом деле произошло.       Он замолчал, давая ей переварить информацию.       — Они закрывают крыло, — сказал он, скидывая плащ. — Официально — «плановый ремонт». Но на самом деле… ректорат что-то подозревает. Поэтому уже нашли частного детектива. Его зовут Даниель Андерсон. Бывший физик, сейчас расследует инциденты вроде… этого. Я проверил его биографию. Десять лет назад его жена работала над каким-то проектом под названием «Морфей». Проект закрыли после аварии. Она не выжила.       Маркус посмотрел на неё.       — Он прибудет через неделю. И когда он придёт в твою лабораторию… он не станет слушать о «научном прорыве». Он увидит угрозу. Но пока он в пути — у нас есть время, чтобы решить: будем ли мы прятать то, что создали… или попытаемся остановить это до того, как Андерсон придёт.       За окном грянул гром. Дождь усилился. Эмили сжала край одеяла, чувствуя, как в груди нарастает не страх провала, а страх того, что она создала нечто, что не может контролировать. В голове крутилась только одна мысль: «Что я наделала?»