??? (Глава 20)

Под холмом городок пылал. Языки пламени взмывали к небесам, лизали облака, растворялись в воздухе. Огонь охватывал верхушки зданий, сжигал шпили башен, танцевал по крышам библиотек и школ. Крики людей, эльфов, орков заполняли воздух, к ним присоединялись испуганное щебетание птиц, отчаянно улетавших из города. Запах гари ввинчивался в ноздри, не давал дышать нормально. Он поднял руку к небу - в пальцах заиграл огонек. Кулак сжался и огонь погас. Потом вспыхнул и обвил всю руку, как рукав. Не сжигал, не причинял боль. Просто полыхал. Потом пламя приняло форму птицы и взмыло к небу - не в панике, как реальные птицы, а грациозно, расправив крылья, растопырив перья. И оставило за собой лишь дымный след, который рассеялся, как и птица, в ветру. Он повернулся и пошел вверх по холму. Камешки шуршали под ногами, трава колыхалась, когда он проходил мимо. Насекомые шебуршились под ногами. Птицы в кустах тут, в отличии от тех в городе, щебетали не от ужаса, а от спокойствия, заполняя воздух своим пением. На самой вершине холма вид на город раскрывался еще красивее… Или плачевнее. От строений остались лишь обугленные скелеты. Стены почернели от сажи. То место, которое совсем недавно жужжало от жизни, теперь разве что скрипело сломанными балками. Страх бы накрыл его, если бы не он начал пожар. Если бы не его руки призвали пламя, что расползлось по всем улочкам и закоулкам. Если бы не он пришел в этот мир только с целью уничтожать. Он опустился на траву и прикрыл глаза. Гарь отсюда уже почти не чувствовалась, сменяясь чистым, свежим воздухом. пахнущим разве что душистыми травами и полевыми цветами. Он лег на траву, раскинув руки, как в снежном ангеле, разве что в траве и без снега. Он был спокоен, возможно слишком спокоен для человека, кто только что сжег город. Он пролежал так еще наверное полчаса, пока вокруг гулял ветер. Он открыл глаза. Небо начало темнеть в вечерний синий. Он встал и потянулся. Посмотрел вниз. Все пламя потухло, некоторые почерневшие дома обвалились. Мир вокруг продолжал жить, но этому городу уже ничего не поможет. Трава обтекала его ноги пока он спускался вниз по холму, ближе и ближе к воротам города. Камешек поскакал из под ног, убегая вперед него. Он усмехнулся. Это было абсурдно. Все выглядело мирно. Будто ничего не было. Хотя он знал что было. Была катастрофа. И он устроил эту катастрофу. Он зашел в город и остановился перед доской с объявлениями. “            ежий домашний хл… дите на перекресток возле 5 ули… доро…” Вывески обгорели. Объявления съело пламя. Он поднял руку и поднес к доске. Огонь заиграл между пальцами и уничтожило остатки бумаги. Обугленные лепестки полетели по воздуху. И про хлеб, и про продажу дома, и про какое-то выступление. А потом и сама доска. Он повернулся. Какая-то женщина смотрела из развалин, как он сжигал доску, а потом быстро скрылась от него в страхе. Он усмехнулся. Местные жители смешные. Под ногами хрустели угли и щепки. В воздухе летала пыль и зола. Он остановился. Дорогу перегораживала упавшая балка. Под ногами зажегся огонь. Балка жалобно скрипнула, когда на нее наступили и развалилась после того, как по ней прошлись. Перед глазами выросла школа. Из подвалов, где, судя по всему прятались дети, ученики выползали на улицу, осматривая их разрушенный дом круглыми глазами. Завидев его, они бросились во все стороны, поныряли обратно в подвалы и испарились из вида. Он усмехнулся. Не от радости, а от странной пустоты внутри. Он ненавидел этот город. Этот город разбил его, отверг, когда ему нужна была помощь. Он не грустил от смерти города. Но видеть детей, разбегающихся от его вида… Это пугало. Это приводило его в себя. И это злило. Он развернулся и двинулся к выходу из города. Его цель достигнута. Ему больше ничего не надо. За стенами возвышался еще один холм. Он полез туда. Камешки сыпались из под ног, птицы вылетали из кустов, когда он проходил рядом. На верху холма он развернулся и устремил взгляд на разрушенные строения. Катастрофа закончилась очень быстро - он уничтожил все под корень. Жители притихли, чтобы не навлечь на себя еще больше бед. Город затих, будто никогда рынок не жужжал от разговоров и торговцев, будто никогда колокола не звонили никогда, будто никогда детский смех не звенел в воздухе. Будто город всегда был призраком. “Ну и зачем?” Он резко замер. За спиной раздался вопрос: тихий, спокойный, не удивленный. Он развернулся и его глаза расширились, как у тех детей. Перед ним стоял Междумирец. Его черные робы колыхались от ветра, капюшон прикрывал голову, а маска - лицо. Руки сложены на груди, каждая скрытая перчаткой. Его голос был глубоким и ровным. Междумирец наклонил голову ожидая ответа. “А ты что тут делаешь?”- его голос вырвался вызывающим и напряженным. Появление тут этого преступника явно его потрясло. Он поднял руку, зажигая там огонь. Междумирец фыркнул и покачал головой. “Не утруждайся. Это тебе не поможет. Не трать силы и магию” - Междумирец поднял руку и щелкнул пальцами. Огонь тут же погас. Он напрягся. Он остался безоружен. Этот человек (человек ли?) гораздо могущественнее, чем он ожидал. Нет, он конечно слышал про силы Междумирца, но не настолько же! “У меня к тебе предложение, маленький мироходец.” - Междумирец шагнул вперед. - “Я ищу ученика. С потенциалом. И с характером. Такого, у кого есть задатки стать могущественным. Такого, кто не станет склонять голову перед каждым встречным. Такого, на кого я смогу положится. Что скажешь?”