Глава 4: Слезы и кровь

Следующие несколько дней были наполнены шепотом и различными теориями заговора о том, как погиб Джейк Яксли. Некоторые говорили, что он сошел с ума. Некоторые говорили, что он был под заклятием Империус. Мракоборцы расследовали его смерть, но никаких конкретных доказательств найдено не было. Гарри был единственным подозреваемым, так как именно он причинил ему вред ранее, но у него было твердое алиби. Дафна и Трейси подтвердили, что он был с ними в то утро. В конце концов был сделан вывод, что Джейк сошел с ума и покончил с собой. Это было нелогично и было ленивым способом закрыть дело, но волшебники никогда не славились как логичные существа. Даже его семья не была особо обеспокоена, так как он был их вторым ребенком, а не наследником семьи. Он не был в чем-то по-особенному уникален, чтобы считать это потерей. Яксли стыдились его за проигрыш первокурснику и за то, что он лишил себя жизни вместо того, чтобы планировать гибель Гарри Поттера. Из-за всех этих разговоров о смерти во всем замке царило уныние. Затем прошла неделя, и все вернулось в норму. Джейк Яксли был забыт, его смерть стала лишь туманным воспоминанием. Студенты были слишком заняты учебой и валянием дурака, чтобы долго переживать о смерти незнакомца. За Гарри теперь также шпионил директор Дамблдор. Одинокий домовой эльф следовал за ним по пятам повсюду. У старика были подозрения, что Гарри имеет какое-то отношение к убийству Джейка Яксли. Но без каких-либо доказательств он не мог указать на него пальцем. Его разум хотел верить, что Гарри не сделает ничего подобного, но совесть все равно заставляла его расследовать это. И он расследовал. Гарри на самом деле знал о своем преследователе. Он чувствовал постоянный источник магии, следующий за ним повсюду. Он был осторожен в том, что говорил своим друзьям. К счастью, его друзья больше никогда не заговаривали с ним о Джейке. Казалось, они хотели забыть о его тьме. Они просто хотели наслаждаться компанией Гарри, который всегда дарил им теплые объятия и по-доброму помогал в учебе, желая оставаться в неведении о его определенных наклонностях. В совершенно другом вопросе Гарри осознавал, что с учителем Защиты от Темных Искусств что-то не так. Его собственная магия оказалась отравлена какой-то чужеродной скверной. Подмену невозможно было не заметить. Гарри решил не расследовать это. Это была не его работа, он не собирался примерять на себя роль спасителя или детектива. Он не был ни тем, ни другим. Профессор был некомпетентен и бесполезен. Ему требовалось пять минут, чтобы прочитать всего один абзац. Его заикание также раздражало до чертиков; в некоторых случаях оно вызывало у Гарри желание убить никчемного профессора, но он сдерживался. Образование Гарри, впрочем, от этого не страдало. Ему нужна была только книга, чтобы выучить любое заклинание. И все же он недоумевал, почему директор назначил на эту должность такого жалкого человека. Ничего особенного не происходило, за исключением урока полетов. В котором Невилл Лонгботтом потерял контроль над метлой, что привело к перелому запястья. Он также выронил свою напоминалку, которую тут же подобрал Малфой. Жасмин увидела это и попросила Малфоя вернуть её. Малфой, будучи Малфоем, оскорбил её, назвав грязнокровкой. Рональд Уизли собирался проклясть Малфоя, но дальнейший конфликт был предотвращен вмешательством Гарри. Он не обязательно стал бы вмешиваться, если бы Жасмин не была замешана в этом деле. И так как она была его первым другом, или, по крайней мере, ему хотелось так думать, он решил помочь ей. — Драко, Драко, Драко. Наследнику благородного рода не подобает красть чужие вещи. Неужели семья Малфоев растеряла свое богатство, раз тебе приходится прибегать к таким подлым методам? — насмехался Гарри. Драко огрызнулся на него. Гарри выхватил напоминалку из его руки и передал её Жасмин, которая одарила его благодарной улыбкой. — Не смей... — начал Драко, но замолчал, увидев его демоническую ухмылку. — Не сметь что, Драко? — сказал Гарри, обходя его по кругу. — Ничего, — проворчал тот и ушел, скрывая свой страх. Гарри усмехнулся, присоединяясь к Дафне и Трейси, которые наслаждались зрелищем.

***

В середине октября, когда Гарри шел один по безлюдному коридору, он наконец решил что-то предпринять в отношении своего преследователя. Он стремительно развернулся и оглушил шпиона. Маленькая фигурка рухнула на пол. «Домовой эльф». Гарри подошел к лежащей фигуре и присел на корточки. Он приложил указательный палец ко лбу эльфа и обыскал его разум. «Значит, Дамблдор подозревает меня», — осознал Гарри. Он накачал эльфа своей силой, успешно освободив его от Хогвартса и поработив его. Затем он привел эльфа в чувство. Глаза эльфа размером с теннисный мяч распахнулись. Он почувствовал, как его верность переходит от Хогвартса к новому хозяину. — Как тебя зовут? — спросил его новый хозяин. — Я зваться Джанки, — эльф был вынужден ответить. Гарри в замешательстве приподнял брови и не смог сдержать смешок от забавного имени. — Теперь ты мой эльф, Джанки. Ты будешь выполнять мои приказы, — скомандовал Гарри. Эльф кивнул. — Ты будешь следовать за мной, как проинструктировал тебя Дамблдор, но ты не раскроешь ни одного из моих секретов. Ты будешь говорить, что я не делаю ничего плохого, что я просто учусь и провожу время со своими друзьями всякий раз, когда он тебя спросит. Ты также будешь сообщать мне, если Дамблдор решит что-то предпринять в отношении меня. Понятно? — Да, хозяин. — И ты будешь вести себя так, будто всё еще эльф Хогвартса. Ты никому не расскажешь об этом разговоре. — Да, хозяин. — А теперь иди. Эльф исчез и снова появился в конце коридора, теперь уже невидимый, снова следуя за Гарри.

***

В заброшенном классе трое первокурсников Слизерина делали домашнюю работу. Гарри закончил свои дела и встал. Он поднял руки, потянулся и кряхтя хрустнул суставами. Они сидели там больше часа. Дафна и Трейси все еще писали и удостоили его лишь коротким взглядом. — Я закончил, — сказал он. — О, неужели? Мы бы ни за что не догадались, — саркастично парировала Дафна. Было так утомительно писать в таком объеме. Гарри ухмыльнулся. — Почему ты такая раздражительная, Даф? — Я не знаю, почему мы должны строчить это огромное количество заданий, — с досадой бросила она. Гарри хмыкнул и сел рядом с ней, глядя в ее работу. — Ты уже почти закончила, — подбодрил он ее. Дафна одарила его невыразительным взглядом. — Что это за взгляд? — спросил он, обнимая ее за плечи. Она вздохнула и привалилась к нему. — Мы могли бы потратить время на практику новых заклинаний, но нет! Мы должны тратить время на это. Гарри снова прыснул, взъерошив ее светлые волосы, за что получил сердитый взгляд. Трейси игнорировала их, усердно работая и стараясь закончить свое задание. Она была почти у цели. — Я всё! — радостно воскликнула она, отложив книги и пергаменты. Дафна застонала, еще глубже утыкаясь лицом в шею Гарри. — Ну же, Даф, закончи это, и я дам тебе награду, — уговаривал он ее, поглаживая по волосам. Она мгновенно оживилась и выжидающе посмотрела на него. — Ты наконец-то научишь нас своей беспалочковой магии? — спросила она. Трейси тоже заинтригованно пододвинулась ближе к Дафне. Гарри закатил глаза. — Нет. Если бы я знал, как я открыл эту силу, я бы определенно уже научил вас, — мягко сказал Гарри. Дафна снова сникла, уронив лоб ему на плечо, и получила дружеское похлопывание от Трейси. Дафна хотела научиться этому методу. Это было бы так круто! — Не волнуйся, есть и другие способы стать могущественной, — утешил он ее. — Если ты так говоришь, — пробормотала она. — Сегодня я научу вас двум заклинаниям. Одному смертоносному проклятию и другому — полезным чарам. Дафна бросила на него странный взгляд, ее глаза начали сиять. — Когда ты выучил новые заклинания? — спросила она с любопытством. — В библиотеке, конечно. Как вы думали, что я делал всё то время, когда оставлял вас двоих и уходил из гостиной Слизерина? — спросил Гарри в ответ. — Мы думали, ты уходишь на встречи со своими другими друзьями, — ответила Трейси за них обеих. — Моими другими друзьями? — переспросил Гарри, озадаченный этим абсурдным заявлением. Он и не подозревал, что у него есть еще друзья. — Та синеволосая и бобриха-всезнайка, — проворчала Дафна. — Бобриха? Серьезно, Дафна? Малышка Дафна ревнует, что ее лучший друг Гарри проводит время с другими девочками? — игриво ухмыльнулся Гарри. Дафна прищурилась. — Когда это я говорила, что ты мой лучший друг? — осведомилась Дафна, однако не отрицая этого. — Значит, я не лучший? — Гарри посмотрел на нее взглядом грустного щенка. — О, нет-нет. Ты мой лучший друг, — поспешно поправила Дафна, на секунду поверив, что он действительно расстроился. Трейси и Гарри посмеялись над ней. Дафна облегченно вздохнула: на мгновение ей действительно показалось, что она его обидела. — Да уж, очень смешно, — она одарила их мягким сердитым взглядом. — Так ты тайно проводишь время со своими другими друзьями? Гарри покачал головой. — К сожалению, мы просто знакомые. Они вежливы и дружелюбны со мной, но я не могу сказать, что мы на самом деле друзья, — задумчиво произнес Гарри. — Так вы хотите выучить новые заклинания? Дафна неистово закивала. — Тогда заканчивай работу. Мы с Трейси ждем тебя. Дафна неохотно продолжила писать, пока Гарри и Трейси молча наблюдали за ней. — Готово! — воскликнула она и поспешно потащила Гарри на свободное место в классе, где они могли попрактиковаться. Трейси с азартом последовала за ними. Дафна поинтересовалась: — Чему ты собираешься нас научить? — Ты ведь знаешь, что все остальные называют тебя Ледяной Королевой, потому что ты холодна с ними? — подначил Гарри, и его губы тронула усмешка при упоминании прозвища. — Ну? — она нахмурилась, не испытывая особых чувств по поводу этого печально известного прозвища. — Я собираюсь наконец сделать тебя Ледяной Королевой, — торжественно объявил Гарри, направляя палочку на скамью. — Глациус, — произнес он и взмахнул палочкой. Скамья мгновенно покрылась тонким слоем льда. Гарри продолжил заклинание, и лед быстро распространился по деревянной поверхности. В конце концов скамья полностью замерзла. Он прекратил заклинание и посмотрел на Дафну. — Это блестяще, — Трейси с энтузиазмом захлопала в ладоши. Дафна тоже с благоговением смотрела на скамью. — Ну что, Даф, хочешь научиться этому? — Да, — страстно произнесла она. Следующие полчаса были потрачены на обучение девочек заклинанию. Дафна оказалась прирожденным талантом и освоила его в первые пять минут; у Трейси поначалу возникли трудности, но она смогла научиться. К концу занятия обе девочки с детским восторгом замораживали всё, что попадалось на глаза; к счастью, они пощадили Гарри. — Какое второе заклинание? — спросила Дафна. Улыбка Гарри исчезла, и на его лице появилась злобная ухмылка. — Глациус Максима! — Гарри элегантно рассек палочкой воздух. Ледяной осколок длиной в фут врезался в стену и разлетелся на множество кусков, заставив девочек подпрыгнуть от неожиданности. — Это смертоносное заклинание. Оно пробьет человеческое тело, так что используйте его с умом, когда будете в опасности или когда просто захотите кого-нибудь взорвать, — Гарри хмыкнул, представив, как кто-то взрывается. Дафна решительно кивнула, в то время как Трейси колебалась, но согласилась выучить заклинание на всякий случай. Еще через час девочки были полностью вымотаны. Они очень устали, но улыбались, так как выучили два новых заклинания. — Пошли в Большой зал. Пора ужинать, — заметил Гарри, забирая свою сумку. — Гарри, понесешь мою сумку? Я так устала. Не знаю, смогу ли я дойти до Большого зала, — пробормотала Дафна. Гарри весело свистнул. — Уже пользуешься мной. Кто знает, что ты сделаешь в будущем с бедным маленьким мной, — вслух поразмышлял Гарри. У Дафны не было сил даже на то, чтобы сердито посмотреть на него, и она впихнула свою сумку в его ожидающую руку. Трейси тоже застенчиво отдала ему свою сумку, немного смущаясь из-за того, что заставляет его нести свои вещи. Гарри закатил глаза, но взял ее сумку. Он повесил их сумки на локти. — Дайте мне свои руки, — сказал Гарри, протягивая обе ладони. Они даже не спросили зачем и сжали его ладони. Он пошел вон из класса, увлекая их за собой. Через несколько минут обе девочки почувствовали, как их тела наполняются энергией, а усталость медленно уходит. — Что это было? — с изумлением спросила Трейси. — Моя магия, — ответил он, улыбаясь и шагая в сторону Большого зала рука об руку со своими друзьями.

***

Был Хэллоуин. Трое первокурсников Слизерина направлялись в Большой зал на пир. Трейси весело напевала, пока Гарри и Дафна бросали на нее нежные взгляды. — Итак, Гарри, когда ты научишь нас новым заклинаниям? — спросила Дафна, когда они шли через подземелье. — Вы уже освоили те два заклинания, которым я научил вас раньше? — вопросом на вопрос ответил Гарри. — Конечно. Это было проще простого, — уверенно ответила Дафна. — Говори за себя. Мне потребовалось некоторое время, чтобы наконец освоить эти заклинания, и я до сих пор не уверена, действительно ли я ими овладела или нет, — пробормотала Трейси. — Поверь в себя, Трейси. Я видела твои заклинания, и да, ты действительно ими овладела, — подбодрила её Дафна. Их веселую компанию прервал Драко. Он остановился перед ними и самодовольно посмотрел на Дафну. — Вот, это письмо от твоих родителей. Они велели тебе прочитать его немедленно и в одиночестве. Это семейное дело, — посоветовал он, всучив конверт в руки Дафне и уходя, даже не взглянув на её спутников. — Трус. Если бы он посмотрел на меня, я уверен, он бы обмочился, — ворчливо сказал Гарри, желая увидеть ужас в глазах Малфоя. Они продолжили путь к Большому залу. — Конечно-конечно, большой и злой Гарри хотел поиздеваться над моим будущим мужем. Почему я не обижена? — пошутила Дафна. — Да ладно тебе, Даф, не говори, что тебе не хотелось бы это увидеть, — парировал Гарри. Дафна печально улыбнулась. — Конечно, я бы с удовольствием посмотрела, как этот хорек дрожит у твоих ног, но он мой нареченный. Я должна принять свою судьбу. Наступила неловкая тишина, пока они тащились по коридорам. Гарри остановил Дафну, положив руку ей на плечо перед дверями Большого зала. Она с любопытством посмотрела на него. — Ты можешь просить меня о чем угодно, Дафна, ты ведь это знаешь? Если ты хочешь, чтобы я уничтожил семью Малфоев, я сделаю это с улыбкой, если это спасет тебя от этого брака, — страстно предложил он, сжимая её плечо. Дафна покачала головой, нежно улыбаясь ему. — Это семейное дело. Я не могу рассказать тебе об этом. Брак с Малфоем — единственный способ уберечь мою семью от невыносимых страданий. Оставь это, Гарри, это неизбежно, — взмолилась Дафна, не желая надеяться на невозможное. Гарри просто тупо уставился на неё. Он снова пошел вперед, не говоря ни слова, и Трейси последовала за ним, бросив на блондинку сочувственный взгляд. — Идешь, Даф? — спросил он, когда увидел, что Дафна не сдвинулась с места. Она покачала головой. — Мне нужно прочитать это письмо. Идите вдвоем. Я присоединюсь к вам через десять минут. — Ты уверена? С тобой всё будет в порядке? — обеспокоенно спросила Трейси. Дафна улыбнулась, указывая на свою палочку. — Я уверена, что справлюсь, если что-то случится. Гарри и Трейси оставили Дафну позади и вошли в Большой зал. Они сели вместе. Трейси положила свою руку на руку Гарри, ободряюще ему улыбнувшись. Зал был украшен тыквами. Над головами, на столах — они были повсюду. — Не волнуйся. У Дафны иногда бывает такое подавленное настроение. В конце концов она из него выйдет, — заверила она его. Он угрюмо кивнул. Ему не нравилась мысль, что он не может помочь Дафне. Он был уверен, что если бы Дафна раскрыла свою проблему, он определенно смог бы ей помочь. Не было ничего, чего бы он не мог сделать. Когда пир начался, Гарри и Трейси начали беспокоиться о Дафне. Она сказала, что будет с ними через десять минут, но прошло уже полчаса. — Трейси, я думаю, нам нужно пойти за Дафной. Что-то не так, я это чувствую, — поспешно сказал Гарри. Трейси согласилась, и как раз в тот момент, когда они встали, двустворчатые двери Большого зала с грохотом распахнулись. Внутри пробежал профессор Квиррелл. — Тролли в подземелье! ТРОЛЛИ В ПОДЗЕМЕЛЬЕ! Решил, что вы должны знать, — сказал он дрожащим голосом, пошатнулся перед преподавательским столом и упал в обморок. В Большом зале внезапно поднялись крики и вопли. Студенты бегали туда-сюда, не зная куда деться. — ТИШИНА! — усиленный голос директора остановил всех на месте. — Профессора, за мной. Старосты, ведите студентов в свои гостиные. Гарри замер на месте. В голове была пустота. «Дафна в подземелье, Дафна в подземелье…» — ГАРРИ! — крикнула Трейси ему на ухо. Он посмотрел на её паникующий вид. Он кивнул, взял её за руку и выбежал из зала, пробегая мимо слизеринских старост, которые выкрикивали их имена. Они не остановились. Гарри чувствовал то, чего не чувствовал уже целую вечность. Страх. Первобытный, чистый страх

***

Дафна скорбно смотрела в спины своих лучших друзей, идущих по залу. «Как бы я хотела рассказать об этом Гарри и Трейси. Будь проклята родовая магия за то, что мешает мне». Она сердито сорвала печать с письма и направилась обратно в подземелья. Ее аппетит, судя по всему, пропал. Она читала письмо, яростно вышагивая по залу. Когда она закончила чтение, она споткнулась и упала на колени. К счастью, все были в Большом зале и не могли видеть, как бесстрастная Ледяная Королева выплакивает всё свое сердце. Дафна, Лорд Малфой «попросил» меня запретить тебе общаться с Гарри Поттером и Трейси Дэвис. Похоже, наследнику Малфою не нравятся твои спутники. Он также упомянул, что Гарри Поттер опасен, поэтому тебе следует держаться от него подальше. Они заявили, что если ты не выполнишь просьбы, то они не предоставят лекарство от проклятия крови твоей сестры. И я знаю, что благополучие твоей сестры является твоим главным приоритетом, поэтому я, как глава семьи, приказываю тебе прекратить общение с Гарри Поттером и Трейси Дэвис. Также контракт о помолвке был подписан, так что ты и твоя сестра выйдете замуж за наследника Малфоя, когда он достигнет совершеннолетия. Поздравляю. Лорд Сайрус Гринграсс. Дафна медленно поднялась на ноги, сжимая в руке смятое письмо. Она чувствовала, как родовая магия связывает ее, берет в плен. Она прислонилась к стене. Она была так поглощена своим горем, что не услышала звуков приближающегося к ней тролля. Прежде чем она успела пролить еще больше слез, она наконец услышала тяжелые шаги. Вместе со звуком пришел очень отвратительный запах. В нескольких футах перед ней стоял двенадцатифутовый тролль. Она ахнула от неожиданности, когда он обрушил на нее свою дубину, и едва успела увернуться. Его дубина задела ее плечо, и она закричала: ее рука, в которой она держала палочку, сломалась с громким хрустом. Она застонала от боли, но смогла увернуться от второго удара. Ей удалось нащупать палочку в кармане и перехватить ее левой рукой. Она отскочила в сторону от удара и направила палочку в голову тролля. — Глациус Максима! — закричала она в ярости и агонии. К сожалению, ее прицел был неточен, и большой ледяной осколок пролетел мимо ушей тролля и бесполезно врезался в потолок, осыпав их мелкими частицами льда. Прицел тролля, напротив, оказался верным, и дубина ударила Дафну в грудь; она отлетела назад и безвольно рухнула на землю. Она закашлялась кровью, заглушая свои крики боли, ее рот и шея стали багровыми. Она чувствовала невыносимую боль в груди, множество ее ребер было сломано. Она все еще вызывающе смотрела на тролля. «Жалкое зрелище. Что бы сказал Гарри? Проиграть безмозглому троллю... Позор тебе, Дафна», — корила она себя, пока ее дрожащая левая рука поднималась и наводилась на тролля, который шел к своей игрушке. «Умри!» — кричал ее разум. — Глациус Максима! — прошептала она тихо, и ледяное копье выстрелило в сторону тролля. Дафна уже закрыла глаза и была без сознания прежде, чем смогла увидеть плоды своего труда. Прицел был лучше, чем раньше, но все еще не идеален. Копье пронзило бедро тролля, и тот взвыл, почувствовав, как в ноге расцветает боль. Он пошатнулся вперед и снова ударил Дафну своей дубиной. Дафна не чувствовала боли, она уже была в стране грез.

***

Гарри и Трейси замерли, глядя на ужасающее зрелище. Дафна лежала неподвижно, пока гигантский тролль обрушивал на нее свою дубину. Изумление Гарри сменилось ненавистью. Ярость была такой сильной, что воздух вокруг него подернулся черным туманом. Он рванулся вперед и упал на колени перед Дафной. Он посмотрел троллю прямо в глаза. Даже тролль почувствовал опасность, в которой оказался. Невероятный хищник ступил в его охотничьи угодья. Охотник превратился в добычу. — Умри, — выплюнул Гарри, и тролль рухнул на спину, внезапно лишившись жизни. Гарри пронзил его грудь ледяным копьем только для того, чтобы иметь возможность объяснить инцидент, не раскрывая своей истинной силы. Он посмотрел вниз на Дафну и пришел в ужас, увидев, что ее грудная клетка проломлена, а из нее хлещет кровь; ее руки и ноги были в крови и выгнуты под странными углами. Она выглядела как сломанная игрушка. Трейси сидела рядом с ней, тихо плача. Гарри качнулся вперед и упал на колени; он чувствовал, как ее магия покидает тело, чувствовал, как ее душа растворяется в этом мире. — Нет, ты не умрешь. Останься. Я приказываю тебе, — мягко сказал он, коснулся ее магии своей собственной и насильно вернул ее в тело. Он подхватил ее на руки и помчался в Больничное крыло. По пути он миновал профессоров и директора, но был не в том настроении, чтобы разговаривать, поэтому продолжил бежать; за ним следовали Трейси и остальные. Мадам Помфри увидела их приближение и быстро подготовила для нее кровать. Гарри опустил Дафну на койку. Он взял ее за руку, но обнаружил в ней пергамент. Он незаметно спрятал его в карман, снова взял ее руку в свою и сжал ее. Трейси не видела, что он делает, и села рядом с ним. — Мистер Поттер и мисс Дэвис, покиньте комнату, иначе я не смогу ее лечить, — распорядилась она мягким голосом, видя, насколько эмоционально травмированы дети. Гарри не хотел оставлять Дафну, но Трейси вытащила его наружу. Он сполз по стене и опустился на пол. Он закрыл глаза и обхватил голову руками, пряча лицо. Трейси села рядом с ним за дверью палаты и положила руку ему на спину. Гарри беззвучно рыдал, слезы мочили его руки. Под всей этой скорбью скрывалась неутолимая ярость. «Кто-то заставил меня плакать, кто-то умрет». — Мистер Поттер, — голос директора вывел его из раздумий. Он поднял глаза и увидел профессоров и директора, смотрящих на них. — Извините, что беспокою вас. Не волнуйтесь, мадам Помфри спасет вашу подругу. Можете ли вы объяснить, кто убил тролля? — спросил он. Его скорбный взгляд впился в него. — Тролль уже был ранен заклинанием Дафны. Дафна лежала в луже собственной крови. Я не особо соображал, в голове была пустота, и я использовал единственное атакующее заклинание, которое знаю; я использовал заклинание Глациус Максима, чтобы убить его, — солгал он, не поднимая глаз; Трейси уткнулась лицом в его плечо. — Откуда вы знаете такое сложное заклинание? — съязвил профессор Снейп. За это он удостоился холодного, испепеляющего взгляда профессора Макгонагалл. — Мы изучали и практиковались, — пробормотала Трейси с плеча Гарри. Профессора кивнули и вошли в Больничное крыло, оставив их на время. Гарри внезапно вскочил со своего места, напугав Трейси. — Мне нужно идти, мне нужно побыть одному минуту, — сказал он и убежал, не дожидаясь ответа Трейси. Трейси была в замешательстве. Стоит ли ей пойти за ним или ждать новостей о Дафне от мадам Помфри? Она решила остаться. Она передаст информацию Гарри после того, как получит ее от целительницы.

***

Пройдя несколько коридоров, он огляделся и убедился, что один. — Джанки, — позвал он. Перед ним появился эльф. — Да, Хозяин. — Отведи меня в место, где никто не сможет меня найти, — приказал он. Эльф кивнул и перенес его на седьмой этаж. — Это Комната «Так и сяк», — сообщил он ему и быстро исчез. Гарри посмотрел на стену и почувствовал в ней высокую концентрацию магии. Он прижал к ней ладонь и закрыл глаза. «Ага!» — воскликнул он. Он прошелся взад-вперед перед стеной три раза. На стене появилась огромная деревянная двустворчатая дверь. Он толкнул её, вошел и закрыл за собой. Комната была очень большой, перед ним стояли сотни деревянных манекенов. «Потрясающе». Он достал из кармана письмо и наконец прочитал его. Перечитав еще раз, когда убедился, что не ошибся, он дал волю эмоциям и упал на колени. Манекены внезапно вспыхнули яростным золотым пламенем. — А-а-а! — закричал он, и пламя поднялось до самого потолка. Оно ярко горело, заливая комнату золотым светом. После того как деревянные манекены превратились в частицы жженой пыли, пламя исчезло вместе с яростью Гарри. Он лег на спину и уставился в потолок, который изменился, показывая звезды и луну. Мрачная улыбка появилась на его лице. — Ничтожна. Она ничтожна, так почему же я чувствую такую ярость? Все рано или поздно умрут. Я не должен позволять эмоциям сбивать меня с пути, — сказал он себе, стараясь не чувствовать боли. — Но она не ничтожна. Ведь так? Она твой друг, ты не позволишь, чтобы с ней что-то случилось. Ты весь мир сожжешь ради неё. Она и Трейси особенные. Тебе не стоит подавлять свои эмоции, ты можешь завершить свой путь вместе с ними. Ты даже можешь разделить с ними награду. Может быть. Только время покажет, согласятся ли они разделить твой приз, — говорил он сам с собой. Если бы кто-то услышал, как он разговаривает сам с собой, его бы объявили сумасшедшим. Он закрыл глаза и пролежал так час. С кряхтением он резко встал и покинул комнату. Он спустился по лестнице, прошел через множество коридоров и, наконец, достиг больничного крыла. Дверь была открыта. Он вошел внутрь и увидел Трейси, сидящую на табурете и держащую Дафну за руку. Дафна всё еще была без сознания. Он подошел к Трейси, которая его не заметила. Он осторожно обнял её сзади, положив голову ей на плечо и обхватив руками её живот. Слабая улыбка появилась на её лице, когда она почувствовала голову Гарри у себя на плече. — Ты в порядке? — спросил он, понимая, насколько она, должно быть, раздавлена. Она кивнула, хотя и неохотно. Он сел на край кровати Дафны и погладил её мягкую щеку. — А ты? — поинтересовалась она. — Теперь я в норме. Когда Даф проснется? — Мадам Помфри сказала, что она, вероятно, очнется через пару дней, но ей придется быть прикованной к постели как минимум месяц. Многие её кости были сломаны, легкие пробиты, руки и ноги тоже переломаны. Сердце было повреждено. Она считает чудом, что та всё еще жива. Но я знаю, что это ты спас её. — Трейси улыбнулась, затем улыбка переросла в тихий смех, а потом в икающие рыдания. Она вскочила с табурета и крепко обняла Гарри. Её лицо сильно прижалось к его плечу, Гарри обхватил её за талию и сжал. — Всё хорошо, Трейси. Не волнуйся. Всё хорошо, — заверял её Гарри, пропуская пальцы сквозь её волосы. — Спасибо тебе огромное, Гарри, за то, что спас её. Я не знаю, что бы я делала без неё. Мне было так страшно, я думала, она умерла. Спасибо, спасибо тебе огромное, Гарри! — плакала она. Гарри отстранился от объятий и посмотрел на неё с доброй улыбкой. — Конечно, Трейси. Вы обе мои лучшие подруги, я всегда буду спасать вас обеих, каждый раз. Трейси улыбнулась сквозь слезы и снова заняла свое место на табурете. После этого они оба молчали и смотрели на неподвижную фигуру Дафны, надеясь вскоре увидеть её бодрствующей. Спустя некоторое время в больничное крыло пришла семья Дафны. Огромный мужчина с холодными черными глазами, женщина, напоминающая Дафну своими светлыми волосами и красивым лицом, маленькая девочка с черными волосами и синими глазами с до боли знакомым лицом. Девочка быстро подбежала к кровати и с тревогой посмотрела на сестру. Она тут же обняла Трейси. Трейси улыбнулась ей и погладила по голове. Затем она посмотрела на Гарри и спросила. — Ты Гарри Поттер? Тот самый, которого моя сестра упоминает в каждом письме. — Гарри нежно улыбнулся. Так вот ради кого Дафна хотела пожертвовать собой. — Думаю, да. Не знаю, есть ли другие Гарри Поттеры. Она покраснела, заставив Гарри хмыкнуть. Она сердито посмотрела на него из-за воспринятого оскорбления. «В ней есть черты Дафны», — подумал он, видя её свирепый взгляд. Следующие полчаса были потрачены на объяснение того, как Дафна получила травмы. Они опустили некоторые детали, чтобы сохранить силу Гарри в секрете. Лицо Сайруса Гринграсса помрачнело, когда он узнал, что Гарри спас жизнь Дафне. «Я просто надеюсь, что мальчик не знает о долгах жизни», — отчаянно подумал он. Гарри, конечно же, знал о долгах жизни и знал, что Дафна теперь обязана ему долгом жизни, но он пока не собирался ничего требовать. В его голове формировался смутный план, который он мог использовать, а мог и нет, и в котором долг жизни определенно помог бы. Сайрус Гринграсс попросил их оставить их для семейного общения, на что Гарри неохотно согласился. Он вместе с Трейси покинул больничное крыло, и они направились в свои спальни. Когда они вошли в гостиную Слизерина, все были там. Ученики не сводили с него глаз. Судя по всему, история о том, как он одолел горного тролля, уже разлетелась по всей школе. Он проигнорировал их всех и пошел в свою комнату, а Трейси последовала за ним. Никто не попросил её остановиться, даже несмотря на то, что это нарушало правила. Они были слишком заворожены историей, чтобы заботиться о том, почему девочка идет в комнату мальчика в такой час. Гарри вздохнул, входя в комнату, и уже готов был закрыть дверь, когда увидел Трейси, стоящую перед ним. — Что? — спросил он её мягким тоном. Она сказала что-то неразборчиво. — Скажи это чуть потише, а то так громко, что я не могу разобрать ни слова, — саркастично сказал он. Она нахмурилась, но повторила. — Я не хочу спать одна сегодня ночью, — сказала она. — Конечно. Присоединяйся ко мне в постели, — небрежно ответил он, затаскивая её внутрь и закрывая дверь. Она выглядела удивленной, но счастливой. — Ты уверен? — спросила она. Гарри посмотрел на неё многозначительно. — Да ладно тебе, мы просто собираемся спать. Мы же не сексом будем заниматься. То есть, я не против, ты одна из самых милых девочек, но подожди пару лет, пока гормоны не заиграют в моих венах и я что-нибудь не почувствую, — он ухмыльнулся, видя, как её лицо краснеет с каждым словом. Гарри начал смеяться над её пунцовым лицом. — Нахал! — крикнула она, прыгнув на него и принимаясь щекотать, чувствуя себя глупо из-за того, что всегда краснеет от его грубых словечек. Смех Гарри усилился, пока он пытался отбиться от её рук. Он подхватил её за талию и бросил на кровать. Она вскрикнула, приземлившись на его постель. Она сердито посмотрела на его самодовольное лицо, схватила подушку и попыталась заехать ею по его наглой физиономии. Он увернулся и наколдовал другую подушку. — Сама напросилась, дорогая, — он ухмыльнулся, и началась битва на подушках, которая продлилась полчаса. После битвы они прижались друг к другу, Гарри обнимал её сзади, «ложечкой». Мягкая спина Трейси прижалась к груди Гарри. Его одна рука была на её талии, а другая перебирала её шелковистые каштановые волосы. Оба довольно улыбались. — Странно ли, что мне кажется, будто я знаю тебя всю жизнь и всегда чувствую себя так уютно рядом с тобой? — рассеянно спросила она. — Не знаю. Но я чувствую то же самое, — пробормотал он с улыбкой. Она повернулась так, что оказалась лицом к нему. Она с любовью улыбнулась ему. Гарри ответил тем же. — Спокойной ночи, Гарри, — сказала она и поцеловала его в щеку. Она поспешно отвернулась и вернулась в прежнее положение. Её лицо горело. «Будет ли он смеяться надо мной из-за поцелуя? Было ли это плохо? Почему он так молчит?» — паниковала она. «Собирается ли он разорвать нашу дружбу? Пересекла ли я черту?» Чего она не знала, так это того, что Гарри и сам покраснел и не знал, что делать. Его рука была на щеке, которой мгновение назад коснулись её мягкие губы. Через минуту он крепко прижал её к себе и зарылся лицом в её волосы, вдыхая её уникальный аромат. «Ой!» — она подавила вскрик от того, как близко он её обнимал. — Спокойной ночи, Трейси, — пробормотал он со странным, приятным оттенком в голосе. Она облегченно вздохнула и с сияющей улыбкой закрыла глаза, наслаждаясь ощущением его мягкого теплого тела позади неё.