Эпилог

Ацуши сидел в машине с завязанными глазами. Сиденье было слишком мягким, пахло дорогой кожей, чем-то сладко-колючим и чьим-то парфюмом. Принюхавшись, Ацуши мог бы даже сказать, что источник запаха находится совсем рядом, но сил дотолкать своё тело в ту сторону у него не осталось. Все, кого он успел узнать и к кому привязаться, погибли. Он ел ужасно красивую и вкусную еду, которая вызывала тошноту. Он смотрел в заплаканное лицо Наоми и думал, что жизнь — слишком жестока и совсем не весела. Ее брат пожертвовал собой, чтобы Наоми выбралась отсюда, а теперь им предстояло сражаться друг против друга. Как… — Зачем вы всё это делали? …глупо. Ацуши пытался достучаться до Наоми. Уговорить сдаться вместе и уйти без денег, но живыми. Третье правило соглашения ведь никто ещё не отменял! Но она взяла нож и готова была драться до последнего. Игры меняли людей, превращали их в кого-то совсем другого, страшного и незнакомого. — Поздравляю с победой, — голос незнакомца звучал чётко и ясно, возможно, он не надел маску. Ацуши уже не хотелось снимать повязку и видеть его лицо. Неважно, молодое оно или старое, мужчина или женщина. Ему плевать. Уже плевать. — Это была интересная игра. — Зачем вы это делали? — Ты ведь видел когда-нибудь скачки, господин Накаджима? — “господин” прозвучало издевательски и ядовито, словно говоривший глумился над ним. Хотя почему “словно”. Почему-то голос показался Ацуши очень…юным. Дерзким. Раньше его бы это разозлило. — Люди всё равно что лошади. Я надеялся, что именно ты сможешь выиграть этот забег. — Кто вы такой? В памяти всплыл странный вопрос одного из солдат. Какое имя он назвал?.. Ацуши плохо помнил, голова кружилась и болела. После того, как он снова попросил остановить игры, Наоми протянула к нему руку… Они могли бы пойти домой. Найти этот дом вместе. Только, к сожалению, никакого хорошего конца Ацуши не полагалось, ведь Наоми воткнула себе нож в горло и тем самым подарила ему победу. От которой его мутило. — Считай это всё просто сном… и не самым плохим для тебя. Ты счастливчик, Ацуши Накаджима.   Ацуши сидел на берегу и пил пиво. На золотой карте, которую ему засунули в рот, был весь выигрыш, что остался после окончания игр. Он всё ещё не мог даже подумать о таком количестве денег и понятия не имел, на что их потратить. На вкус пиво было отвратительным, но от него в животе затыкалась бездонная чёрная дыра. Слёзы высохли, глаза болезненно вглядывались в море. Интересно, если бы он начал курить, Мори-сан сильно бы на него ругался? Куникида точно бы отчитал. Йосано прочитала лекцию о вреде табака, Рампо заявил, что конфеты вкуснее, а Кенджи позвал бы к себе в деревню пасти коров, потому что это было то, чем он занимался всю свою жизнь. Ацуши совсем не знал этих людей, а они не знали его. Они даже не были друзьями. И всё-таки воспоминания о них оседали горькой плёнкой на языке. Как жестоко и иронично, что из всех выжил именно бесполезный, трусливый и слабый мальчишка, который понятия не имел, как распорядиться свалившимся ему на голову богатством. Хотя… Клиника в старом районе Токио, рядом с булочной. Фамилия Мори. Интересно, много ли в Токио врачей с такой фамилией? Ацуши понятия не имел. И уж тем более никогда не был в Токио. Но, возможно, если он съездит туда и просто прогуляется по тесным улочкам, ему придёт ответ, что же делать дальше и как жить эту жизнь. В конце концов, Мори-сан обещал угостить его очадзуке, а обещания надо выполнять. Особенно те, которые взрослые дали детям, которые в них верят.