Глава 2

      Напряжённую обстановку за столом нарушила официантка, принеся наш заказ. Потрясающий запах чая вмиг заполнил собой всё пространство, пытаясь принести легкости за столик.       – И всё же, как зовут сие прекрастное создание? – вновь обращая на меня внимание, спросил незнакомец. Его взгляд будто изучал каждый сантиметр моего лица, пытаясь там что-то найти.       – Сие прекрастное создание занято, Димон. Поэтому сворачивай обратно всю свою харизму и брутальность, вырубай прожигающий взгляд и по-нормальному представься, – раздражение всё никак не уходило из голоса Егора. Такое поведение из-за проявления излишнего внимания ко мне. Слишком личностного внимания.       Я привыкла, когда на меня пошло и возбуждённо реагировали в клубе мужики. Пёстрый макияж, вызывающая одежда, атмосфера вокруг. Всё было направленно лишь на обретение такого внимания. Но сейчас, сидя утром в кафе в простых джинсах и широком вязаном свитере, с отсутствием макияжа, я не ожидала даже приближённого эффекта.       – Прости, за мою бестактность, – немного виновато проговорил брюнет и протянул мне руку через стол. – Дмитрий Трояновский, можно просто Дима. А как зовут прекрасную незнакомку? – в глазах плясали искорки интереса.       – Алина, – твёрдо ответила я, вкладывая руку в предложеную им ладонь.       – Очень приятно, – хитро отвечает Дима, и галантно целует тыльную сторону моей ладошки. Смущение вновь зашевелилось в сознании, но рабочая маска безразличия не покидала моего лица.       – Прекращай, Димон, – ещё более раздражённо сказал Егор, сверля взглядом мою руку в руке Трояновского.       – Гляди, как разошёлся. Ещё никогда не видел его таким взбещённым, злым, – воодущевлённо говорил Дима своим басистым голосом.       Подозвав официантку, он делал заказ, руша остатки наших надежд на тихий завтрак в обществе друг друга. За его заигрываниями к всё той же официантке, я умыкнула момент прошептать Егору на ушко:       – Неужели мой парень ревнует? – пытаясь состроить удивление.       – Да! – всё так же раздражённо шепчет Егор внимательно смотря на меня. – Меня бесит, что он к тебе заигрывает и прикасается.       – Мой парень ревнует, – несколько самодовольно говорю я, пытаясь скрыть улыбку. Но, у меня это не особо получается.       – Э, голубки! – окликает нас Дима, отрывая от наших перешёптываний. – Скажи мне вот одну вещь, Егор. Как так, что я всюду ищу такую вот куколку себе в пару, но постоянно натыкаюсь на всяких шлюх. А ты даже не искал и нашёл такой бриллиант.       – А с чего ты взял, что я не шлюха? – интересуюсь я, расколачивая в чашке сахар.       – Да по тебе сразу видно, – усмехнувшись ответил Дима. – Твой взгляд чистый, без всяких выгод.       – И всё? – удивляюсь я, откладывая ложку на блюдце. Егор тихо смотрит на нашу небольшую перепалку, решив не принимать в этом участия.       – А этого не достаточно? – спрашивает брюнет, слегка приподнимая одну бровь. – Ну, окей. Слишком просто одета, отсутствуют всякие побрякушки, нет макияжа. И всё тот же чистый взгляд.       – Все твои доводы лишь фантики, – спокойно произношу я, смотря ему прямо в глаза. В них всё больше появляется заинтересованость мной. Но меня это мало заботит. Главная моя забота сидит рядом со мной, успокаивающе поглаживает мою ногу своими тёплыми пальцами.       – Прекратите пустые споры, – уже более спокойно говорит Егор, принимаясь за свой завтрак.

* * *

      – Алина! – позвал меня Егор, сидя в гостинной своей квартиры. Быстро натягиваю на себя серую футболку и, закрыв шкаф, направляюсь в сторону парня.       Егор сидел на светло бежевом диване всё в той же одежде. Чёрные джинсы и белая водолазка потрясающе на нём смотрелись. Вот только въерошеные волосы и искорки взволнованости выдавали состояние парня. Только подойдя к нему в плотную обращаю внимание на стекляный кофейный столик перед ним. На прозрачной поверхности лежали бумаги из того крафтового конверта, что отдал Дмитрий.       – Что случилось, Егор? – зарываюсь пальчиками в растрёпаную шевелюру парня и начинаю мягко перебирать её. Мне хочется забрать все переживания любимого через прикосновения.       – Присядь, малышка, – говорит Егор, похлопав рядом с собой по дивану. Занимаю предложенное место и с замиранием сердца жду дальнейших слов. Где-то глубоко в душе вновь колыхнулось чувство близкой разгадки какой-то тайны. – Расскажи, что ты знаешь о своём отце?       – Об отце? – переспрашиваю я, не понимая к чему подобный вопрос. – Ну у него была своя фирма, занимался застройкой жилищних комплексов. Я помню, папа подолгу пропадал на работе, занимаясь очередной сделкой. А когда мне было лет восемь, начал активно выпивать и играть в казино. Всегда приходил с разным настроением и перегаром, – тяжело вздохнув сказала я, начаная выкручивать свои пальцы от неприятных воспоминаний. Горячая ладонь Егора ласково накрыла мои, заставляя прекратить нервные действия. Через прикосновение я чувстовала его поддержку.       Приятное тепло от осознания рядом близкого человека растекалаось по телу. И в самый дальних уголочках сознания появилось чувство защищенности и уверености. Я теперь не одна.       – От радостных домашних разговоров и посиделок – ничего не осталось, – горько продолжила я, пытаясь просто рассказать , а не пережить это снова в подсознании. – Были лишь громкие скандалы и мамины слёзы. Было, что он поднимал руку на мать, когда она грозилась забрать меня и уйти. На следующий день после моего двенадцатилетия, я подслушала разговор родителей. Папа всё проиграл. Бизнес, машину, квартиру. Абсолютно всё чем он владел. И именно в ту ночь мама забрала меня и мы ушли. После этого, я не видела папу, – грустно закончила я свой рассказ.       – Больше ты о нём ничего не слышала? – спросил Егор, ласково большим пальцем поглаживая мою руку. Он не поворачивался ко мне, не пытался посмотреть на меня. Всё это очень настораживало, но понять в чём дело я пока ещё не могла.       – Через два года мы узнали, что отец умер. И вместе с эти известием и начался ещё больший крах нашей жизни. Он оставил огромные долги. А люди, которым он был должен, нашли нас и стали трясти с нас эти деньги.       – А кому он был должен? И как вы смогли выплатить?       – А мы и не выплатили, – отвечаю я. Егор резко разворачивается и смотрит на меня в недоумении. – Когда мама попала в больницу, я устроилась на работу в клуб. Еле как закончила девятый класс и бросила школу. Занималась разными подработками. Пыталась оплачивать лечение мамы. А эти люди, кому был должен отец, приходили раз в месяц и отбирали всё, что только находили. Часто приходилось потом голодать по нескольку дней, пока не заработаю какую-нибуть копейку, – я решила не говорить Егору об избиениях, что бы просто не вызывать жалости к себе.       – Господи! Так вот почему ты была такая худая, когда мы познакомились? – взволнованно спросил Егор. И получив утвердительный ответ крепко обнял меня, плотнее прижимая к себе. – Я убъю этих тварей! – зло прошептал парень и поцеловал меня в макушку.       – А почему тебе интересен мой отец? – тихо спросила я, поднимая на него взгляд.       – Малыш, я сделал ДНК тест, – отпуская меня сказал Егор. Он взял в руку одну из бумаг со стола и протянул её мне. – Морозов Станислав Владимирович не твой биологический отец.       В ушах начало противно пищать после слов Егора. Сердце сильнее начало качать кровь по телу, гулко отбивая чечётку в груди. В голове лишь полнейшее непонимание, как такое может быть. Человек, растивший меня с пелёнок, нежно говорящий "доченька моя" – не мой отец. А, просто, абсолютно посторонний человек.       – Этого не может быть... – шепчу я, внимательно вчитываясь в строки медицинского заключения.       – Ещё откопал, что такой тест на определение отсовства был проведён ещё десять лет назад. В архивах одной клиники хранятся все результаты, – тихо объясняет мне Егор и показывает ещё одну такую же бумагу, но с датой десятилетней давности.       – Это может быть подделкой? – интересуюсь я, с надеждой глядя на Егора. Отрицательный ответ.       Весь мой мир начинает рушиться. Пусть я уже давно жила без отца, но я знала, что он у меня есть. Что это мой родной человек, сколько бы он чего не сделал. Даже спустя все ссоры, крики и рукоприкладства, я всё равнь его любила. Но теперь, у меня будто выбили почву из-под ног. Этого просто не может быть. Обжигающая слеза скатилась по щеке, оставляя за собой мокрый солёный след.       – Почему мне об этом никогда не говорила мама? – тихо задаю вопрос, боясь даже представить, о истиных причинах такой лжи.       – Я думаю, она хотела тебя от чего то уберечь, – отвечает Егор и обнимает меня. Он пытается меня успокоить своими тёплыми и такими родными объятьями. Но, от этого, я лишь ещё сильнее начинаю рыдать. Слишком большая ложь. Слишком длительная ложь. Вся моя жизнь начинает проноситься в голове, в попытках найти хоть малейший повох или намёк, что в моей жизни есть ложь. Но, ничего не нахожу. А лишь в каждом воспоминании начинаю помечать своего отца отметкой "неродной".       – От чего защитить? От кого уберечь? – громко взрываюсь я, начиная захлёбываться собственными слезами.       – Моя малышка, – последнее, что я слышу перед сокрушительной истерикой.       Всё внутри переворачивается и ломается, сыпится и разбиваеться. Огромными болезнеными осколками впивается в голову и сердце. Они не дают сделать глубокий вдох. А лишь заставляют гореть всю меня в агонии понимания лживости. Лживости своего существования. Лживости матери, которая скрывала от меня такую информацию.

* * *

      Открываю глаза и вижу, что темнота заполнила собой всю комнату. Чёрный шелк постельного белья красиво блестел в лунном свете. А настольные часы оповещали о десятом часу вечера.       Голова расскалывалась, глаза нещадно жгли, а мысли не собирались в кучку. Истерика настолько сильно измотала меня, что организм отключился на добрую половину дня. Но, благодаря этому, сны не донимали моё сознание. А принятие лживости моих родителей всё никак не приходило ко мне.       Держась за гудящую голову прохожу в направлении кухни. В приоткрытом кабинете Егора не было видно. Темная гостинная тоже была пуста. И лишь в кухне, под неимоверно вкусные ароматы и приглушённый свет, я нашла парня.       Раскладывая по тарелкам что-то из противня, он выглядел просто потрясающе. Светло-серые спортивные штаны низко сидели на бёдрах. Из-под них виднелась чёрная резинка трусов. И больше ничем не прикрытое тело. Каждая мышца так соблазнительно перекатывалась под кожей.       – Малышка, ты проснулась, – с лучезарной улыбкой на лице произнёс Егор, отставляя на кухонный стол противень. Босыми ногами он подошёл ко мне и нежно чмокнул в губы.       – Голова просто расскалывается, – говорю Егору, обнимая его за талию. Голову устраиваю на плече парня, пытаясь сосредоточиться на звуке биения его сердца. Оно так размерено и сильно билось, что казалось заглушало мою боль.       – Сейчас дам таблетку и сядешь поешь, – ласковый поцелуй в лобик и парень пошёл доставать медикаменты. Подхожу к обеденному столу и усаживаюсь на мягкий стул. Содержимое тарелки меня невероятно порадовало. Стейк лосося запечённый с травами и овощами. А виноградный сок служил аперитивом к такой трапезе.       Егор поставил стакан с шипящей водой передо мной спустя пару секунд.       – Сейчас расствориться и можно пить, – проговорил парень и чмокнул меня в макушку. Заняв место рядом со мной, он внимательно вглядывался в моё лицо. Видимо пытаясь понять, о чём я сейчас думаю или хотя бы какие чувства испытываю. Но, было сложно что-либо конкретное вычленить из своего состояния. Разбитость и подавленость, чувство преданости било по всем воспоминаниям.       Я лишь беру в руки стакан и начинаю колыхать в нём воду. Пытаюсь сосредоточиться на своих действиях и прогнать прочь все воспоминания. Хотя бы на несколько минут, что бы перевести дыхание. И это начинает действовать. Все мысли начинаю уступать банальной сосредоточености на чём-то одном.       – А кто меня заказал? – спрашиваю неожиданно я. Ещё давно меня интересовал этот вопрос. Но за всем ворохом событий и ограничений трудно было удержать это в голове.       За эти три недели мы с Егором не касались этой темы. Его работа, мой заказ, почему всё вылилось в наши отношения. Все эти темы и вопросы мы договорились обсудить после моей поправки. А до того времени, просто отдаться нашим истинным чувствам друг к другу. Все эти дни мы посвещали лишь нашей любви, внезапно и так сильно вспыхнувшей ещё с нашей первой встречи. Он показывал мне жизнь, которая всегда была за окнами моей квартиры. Но, в силу своих проблем, она текла мимо меня. И за все эти эмоции и чувства, я была ему безгранично благодарна.       А сейчас, видимо, пришло время выбраться из нашего маленького мирка, такого безопасного для нас обоих. Настала пора узнавать, как нам жить в этом опасном мире, полном обманов и тайн, которые годами так нагло скрываются. Учиться ходить по лезвию его правды.       – Тебя заказала Наталья Панова, – обречённо вздохнув, ответил Егор, откидываясь на спинку стула. Видимо он тоже понял, что настало то время, когда все тайны и секреты наших отношений должны быть вскрыты. – Знаешь такую?